Жила-была в Нью-Йорке семья вдумчивых людей. В этой семье рос мальчик по имени Ричард. Было ему шесть лет, и сам он тоже был очень вдумчив. Мальчик любил гулять с отцом по парку и расспрашивал обо всём на пути: почему каркает ворона, почему селезень топчет утку, почему негр спит на лавочке под покрытием из газет? Однажды на прогулку мальчик взял с собой тележку, положив в неё мячик. Каждый раз, дёрнув повозку за ручку, малыш замечал, что мяч ударяется о её заднюю стенку. Это повторялось всегда: резко потянет — и мячик откатывается обратно.
— Папа, почему так происходит? — спросил он отца.
— Всё из-за инерции, сынок, — рассеянно ответил тот.
— А что такое эта... инерция, па?!
— Ну вот видишь, — ответил отец, скривив в зевке рот, — когда мяч откатывается это и есть проявление инерции, сынок. Учёные это так называют. Но по-настоящему никто не понимает, как эта штука работает.
С годами мой герой вырос в серьёзного учёного-физика: окончил Массачусетский технологический институт, затем Принстонский университет и стал одним из создателей квантовой электродинамики. Он работал над созданием атомной бомбы, имея собственное представление о мирном атоме: пусть бомба будет у справедливых американцев, лишь бы её не было у нацистов. Трагедию жителей японских городов Хиросима и Нагасаки он и представить себе не мог; тут ему вдумчивости не хватило. Годами позже, занимаясь теорией магнитного поля, Ричард построил диаграммы движения элементарных частиц. Диаграммы назвали его именем. Создал партонную модель нуклона. Спустя много лет он получил Нобелевскую премию по физике вместе с множеством других наград.
На закате жизни Ричард Фейнман частенько вспоминал ту прогулку с отцом, тележкой и мячиком в ней. Тот день, когда он встал на путь в мир непознанного. Путь этот начинался одним простым вопросом. Однажды спросив, его самого потянуло к поиску ответа. И остановиться на полпути он уже не смог.
