Ореол для полётов постепенно расширялся. Тим и Драко увлеченно осваивали манёвры. Им удавалось виртуозно скользить между стволами близко стоящих деревьев, нырять в глубокие просторные овраги и даже заглядывать в скрытые от людских глаз, тайные норы лисиц. Тим и не предполагал, что лисы роют столь глубокие многоходовые норы. С каждым следующим полётом, он открывал для себя всё новые законы, по которым живут лесные обитатели. Драко рассказывал мальчику о лесной жизни, как будто, сам родился и рос на Земле.
- Откуда ты всё знаешь? – удивлялся Тим.
- Мне дедушка показывал.
- А мы с моим дедом так дружески не общаемся… Хотя, у него есть чему поучиться.
- Переживает за тебя?
Мальчик вздрогнул.
- Откуда знаешь? Ты что, следишь за мной?
Повисло молчание. Они незаметно для Тима расположились на стволе поваленного дерева, и Драко сосредоточенно карябал тоненьким прутиком на расчищенном от травы островке какие-то непонятные знаки.
- Это немного по-другому, чем ты думаешь. Во время полёта, когда ты на мне, я тебя чувствую и знаю всё, что знаешь ты. Знаю раньше, чем ты совершишь любое движение. Твоя мысль отражается во мне, как в зеркале. Твой страх, твоя радость – все твои чувства. Я не специально, я и не думал в тебя проникать. У нас есть волновое чувствование, оно очень тонкое.
- И ты можешь мной управлять? Моими мыслями?!
- Нет. Этого нельзя. Есть непреложный закон. Если бы я это себе позволил, меня бы здесь никогда не было.
- Почему?
- С таким сознанием, как тебе подумалось, драконам не разрешили бы проникать на чужую территорию. Вот ты знаешь, чему ты учишься во время полётов?
Тим задумался.
- Скорости, манёврам, набирать высоту и…
- Ты учишься чувствовать меня так же, как и я тебя, это называется синхронизация, а если точнее, проникновение.
- И тогда я всё о тебе узнаю?
- Что ты хочешь знать?
- Ну… как у вас там на звёздах, какие города, природа. На твоих родителей посмотреть.
- Когда мы сольёмся, ты увидишь все эти картины.
- Мы что, туда полетим?
- Ваше тело не приспособлено, чтобы выдержать такие температуры, дышать в наших условиях. Ты увидишь их как картинки внутри себя. Для такого видения не нужны глаза. Как будто ты просто знаешь и всё. Когда это получится, ты сам поймёшь. Ощущения не объяснить. Вот, если бы ты никогда не ел сладкого, как бы ты понял, что такое сладость?
Тим опять задумался.
- Выходит, за всё это время я ничему не научился? – на его лице отразилось разочарование.
- Почему? Ты не боишься высоты, ты виртуозно обходишь препятствия, знакомишься с растительным и животным миром вашей планеты… В пределах этих широт, конечно. Разве в городе ты всему этому научиться бы? Ты взрослеешь.
- Но я тебя совсем не чувствую. Ты словно машина подо мной.
- Чтобы это произошло нужна ситуация.
- Ситуация?
- Да… Когда у тебя не останется выбора. Или слиться со мной – проникнуть в меня, чтобы вырулить, или… смерть.
Мальчик инстинктивно втянул голову в плечи.
- А если смерть?
Друг не мигая смотрел Тиму в глаза. И вопрос остался не отвеченным.
«Так вот чего боится дед, - промелькнула мысль».
- Не этого он боится. Он боится, что мы оттуда не вернёмся.
- Откуда оттуда?
- Оттуда, где могут быть следы твоего отца. Если бы он был в зоне досягаемости, я бы давно нашёл его. А в Т-зоне гасятся все сигналы. Она охраняется.
- Кем охраняется?
- Теми, кто хотел нас поработить и кто держит в плену наших собратьев.
- Ты хочешь их освободить?
- Их нужно сначала найти… Найти то место на вашей Земле, где расположена точка входа на эту территорию. Территория в другом измерении, её не видно простому глазу, как Шамбалу, слышал про такое место? То, что альпинисты пропали в горах, и те, что отправились их искать тоже пропали, наводит на мысль, что точка входа находится именно в горах Гурла-Мандхата. Это место, которое мы ищем. Но мы не можем туда проникнуть без наездника, даже если найдём. Чтобы проникнуть туда, нам нужен человек. Понимаешь?
Тим замер, даже дыхание остановилось.
- И ты хочешь туда проникнуть вместе со мной? - Еле слышно прошептал он. Это был даже не шёпот. Шелест.
- Пока не знаю. Знаю, что у нас с тобой схожие цели и думаю, что это веская причина, чтобы получить твоё согласие.
Внутри Тим очень гордился, что ему оказано такое высокое доверие, но червячок сомнения, который посеял дед, всё же точил. И самым отвратительным было то, что для друга он сейчас был совершенно прозрачен с этим его проникновением. «Драко чувствует, что я сомневаюсь в его мотивах».
- Так у нас с тобой ничего не получится, - прервал друг ход его мыслей, - проникновение достигается через абсолютное доверие.
Тимом овладел жгучий стыд.
- У тебя есть цель… Твоя… И ты выбрал меня только потому что я из-за отца соглашусь!
Драко не дал ему договорить. Он решительно поднял вверх свой стальной коготь, и чешуйки на его спине тревожно завибрировали.
«Что-то мне это напоминает, – мелькнула мысль, - а-а-а, в пещере горного короля, мы с мамой недавно слушали эту композицию».
- Стоп! Когда мы познакомились я ничего не знал о твоём отце, ты сам рассказал, какая у тебя мечта.
- Почему же выбор пал именно на меня, почему ты прилетел именно в тот момент, когда я сел на карусель твоего деда?
- У нас есть книга. Её называют «Книга судеб» или «Книга прошлого и будущего». Но будущее может меняться. И там есть указание на тебя, как на того самого наездника, кому удастся проникнуть в Т-зону. Но если у нас с тобой ничего не получится, то это событие отодвинется ещё на тысячу лет. Не ваших земных лет, это было бы слишком просто. Ваша тысяча – это мгновение для нас. У вас - людей есть право выбора, оно есть у всех во вселенной, поэтому будущее – не постоянная величина. Будущее, как мечта… мираж… мания, если хочешь. Не знаю, как это можно точнее описать.
- Доверие, - прошептал Тим, он опять задумался, - до какой же степени нужно себя расслабить, чтобы доверить другому всё – сомнения, ошибки, свой стыд.
Он сосредоточенно тёр висок.
- Но это же невозможно.
- Почему? Я же тебе доверяю.
- Ты одержим своей идеей. Тобой движет желание освободить своих, и…
Драко выглядел совершенно расстроенным.
- Да. Ваше эго – самая жуткая вещь, которую только можно было придумать. Наши его называют скво – «сквозь», вы словно прошиты вашим эгоизмом. Впитано с молоком, как самый первичный инстинкт… Самосохранения, - Драко в упор смотрел на Тима.
- Нет! Давай, как камикадзе, будем вспарывать себе живот ради идеи.
Они замолчали.
- Знаешь, с этой мыслью нужно переспать. Часто бывает, что осознание приходит не сразу. Я ведь от тебя ничего не требую… Я не могу требовать доверия. Его нужно заслужить.
И снова в груди мальчика поднялась волна обжигающего стыда.
- На сегодня занятия окончены.
Тим потупился.
- Мы же хотели расширить территорию полётов… Во-он до того холма.
Драко стал ещё более серьёзным. Его способность шутить в самые тяжёлые моменты всегда восхищала Тима.
- Я не в голосе сегодня, - друг изобразил своими чешуйками что-то вроде покашливания, - там за холмом есть гнездо, я собирался тебе его показать. Давай запланируем это на послезавтра.
- А завтра?! Мы разве не увидимся завтра?
- Завтра я должен побыть у дедушки. А ты со своим сходи куда ни будь. На рыбалку. У вас сейчас как раз карась пошёл, поможешь ему. Бабушка и мама будут рады.
Обратный путь они преодолевали пешком. До велосипеда, спрятанного в зарослях, шли около трёх часов. Тим не ощущал усталости как раньше. «Мои ноги во время полётов стали выносливее, - размышлял он про себя, - прежде я бы устал от такой прогулки».
Он посмотрел на свою руку, сжал кулак и отметил, что эта конструкция теперь выглядит гораздо внушительнее, чем вначале лета.
«Значит, и руки мои крепнут от наших полётов».
- Ты просто растёшь. Не заметишь, как голос начнёт меняться, - прервал молчание Драко. По его тону невозможно было понять, какое у него настроение.
«Да-а-а, проникновение – это наверное здорово, я бы понимал его без слов. Это наверное, как у дельфинов».
- Примерно, - согласился друг.
