На протяжении многих лет это чужое окно было моим безмолвным приятелем: каждый раз проходя мимо, первым делом обращала внимание на, ставшую уже привычной, груду книг на подоконнике — между нами происходил примерно такой диалог — я мысленно спрашивала: "Ну, как ты, ничего?", а окно беззвучно отвечало: "Как видишь, всё по-старому, живём помаленьку". И довольные, мы вновь возвращались к своим обязанностям.
Сезоны, люди, дни сменяли друг друга в мелькающем калейдоскопе, и если и было что-то в мире прочным и незыблемым, так это подоконник с неизменной горкой книг. Горка была живая, она то уменьшалась в размерах, то расширялась, как Вселенная, что означало: книги читают, причём активно.
Но однажды, идя знакомым маршрутом и уже заранее готовясь к встрече, я подняла глаза и вместо привычной аккуратной стопки книг увидела закрытую наглухо железную створку. Прежние хозяева, по-видимому, съехали, забрав мебель и книги с собой, а новые — ещё не вселились.
Проходили дни, створка в суровой непреклонности оставалась на месте, навевая лёгкую грусть.
Наконец в какой-то момент железные оковы пали, точнее, поднялись вверх, явив миру сияющее окно. На подоконнике высилась горка рулонов туалетной бумаги.
). 
