Летом все поет о жизни, все подчинено тому, чтобы прославить и возблагодарить ее!

видели.
Кукушка
Кукушка во время моего отдыха на поваленной березе, не заметив меня, села где-то почти рядом
и с каким-то придыханием, вроде того, как если бы нам сказать: - а ну-ка, попробую, что будет? -
кукукнула.
- Раз! - сказал я, по старой привычке загадывая, сколько лет еще остается мне жить.
- Два!
И только она выговорила свое "ку" из третьего раза, и только собрался я сказать свое "три"...
- Кук! - выговорила она и улетела.
Свое три я так и не сказал. Маловато вышло мне жить, но это не обидно, я достаточно жил, а вот
обидно, что если эти два с чем-то года будешь все собираться для какого-нибудь большущего
дела, и вот соберешься, начнешь, а там вдруг "кук!"... Все кончится!
Так стоит ли собираться?
"Не стоит!" - подумал я.
Но, встав, бросил последний взгляд на березу - и сразу все расцвело в душе моей: эта чудесная
упавшая береза для последней своей, для одной только нынешней весны раскрывает смолистые
почки.
Ветер в лесу
Ветрено, прохладно и ясно. В лесу "лес шумит", и через шум слышна яркая летняя песенка
подкрапивника.
Лес шумит только вверху, в среднем ярусе, в молодом осиннике только дрожат и чуть слышно
постукивают друг о друга нежные круглые листики. Внизу в травах полная тишина, и в ней,
слышно, работает шмель.
Сушь
Продолжается сушь великая. Речка пересохла совершенно, мостики деревьев, когда-то
поваленных водой, остались, и тропинка охотников по уткам сохранилась на берегу, и на песочке
свежие следы птиц и зверушек, по старой памяти приходящих сюда за водой. Они, правда,
находят воду для питья кое-где в бочажках.
Рожь наливает
Рожь наливает. Жара. По вечерам солнце косыми лучами ложится на рожь. Тогда каждая полоска
ржи, как перина: это вышло оттого, что воде между полосками было хорошо стекать. Так на
перинке со скатами рожь выходит лучше. В лучах заходящего солнца теперь каждая полоска-
перина так пышна, так привлекательна, что самому на каждую хочется лечь и поспать.
Горлинка
Мирный звук воркующей горлинки свидетельствует в лесу всем живущим: жизнь продолжается.
Закат года
Для всех теперь только начало лета, а у нас закат года: деньки ведь уже убывают, и, если рожь
зацвела, значит, по пальцам можно подсчитать, когда ее будут жать.
В косых утренних лучах на опушке ослепительная белизна берез, белее мраморных колонн. Тут,
под березами, еще цветет своими необыкновенными цветами крушина, боюсь, что плохо
завязалась рябина, а малина сильная и смородина сильная, с большими зелеными ягодами.
С каждым днем теперь все реже и реже слышится в лесу "ку-ку", и все больше и больше нарастает
сытое летнее молчание с перекличкой детей и родителей. Как редчайший случай - барабанная
трель дятла. Услышишь вблизи, даже вздрогнешь и думаешь: "нет ли кого?" Нет больше общего
зеленого шума, вот и певчий дрозд - поет как хорошо, но поет он один-одинешенек... Может быть,
эта песенка теперь и лучше звучит - впереди самое лучшее время, ведь это самое начало лета,
через два дня Семик. Но все равно, того чего-то больше уж нет, то прошло, начался закат года.
https://kupidonia.ru/
*********************
Материалы из Сети подготовил Вл.Назаров
Нефтеюганск
3 июля 2025 года.
**********
ПРИЛОЖЕНИЕ
Звуки и краски лета. Очерк рязанского
писателя и журналиста Ивана Назарова


Коротка июньская ночь. Едва природа успевает погрузиться во тьму, а на востоке уже
проступает розовеющая полоска неба. Она обозначает границу, отделяющую утро от ночи. И
хотя в этот ранний час земля ещё пребывает под пологом ночи, животный мир уже на ногах и
выдаёт себя всевозможными звуками и суетой. Значит, для обитателей дикой природы новый
день уже наступил и хлопот с ним не счесть.
В это время года голоса многих птиц уже поутихли. Выкармливая свою прожорливую детвору,
им теперь не до песен. Но есть птицы, которые приступают к гнездованию позже. Это иволги,
чечевицы, дубровники, щурки, мухоловки, пеночки, славки, камышевки. Наслаждаясь
беззаботной жизнью, солисты наполняют природу своими голосами. И есть те, кто готовится к
повторному гнездованию. Тут и синицы, и белые трясогузки, и ласточки, и жаворонки, и много
других. Первые выводки эти звонкоголосые птицы уже воспитали и теперь, празднуя свой
очередной «медовый месяц», они вновь услаждают природу восторженными песенками.

В лесах голосят зяблики, отовсюду доносятся свистящие и трескучие трели пеночек, в
перелесках «играют на флейтах» иволги, на лугах кричат коростели и бойкими звуками «спать
пора!» призывают ко сну перепела, а в оврагах, заросших черёмухой и крапивой, всё ещё
сходят с ума соловьи. Иные солисты, чеканя свои трели под аккомпанемент озёрных лягушек,
не унимаются даже ночью. Услаждать природу соловушки будут до той поры, пока не начнёт
колоситься рожь. Есть даже поговорка: «Когда рожь выбрасывает колос, соловей теряет
голос». Обычно к середине июня они «немеют». Но и с закрытием концертного сезона
соловьёв июньская природа не лишается своей прелести, – певцов по-прежнему много и все
они веселят природу своими затейливыми песенками.

Американские учёные пришли к выводу, что песни птиц играют в природе столь же важную
роль, как воздух и вода. По их мнению, каждая пташка, находясь на своём месте и внося в
окружающую среду свои звучащие нотки, принимает участие в создании общей картины
гармонии звуков, служащей в природе умиротворяющем музыкальным фоном. Учёные
сравнивают его с произведениями великих композиторов, в коих упорядоченность нот
доведена до совершенства, знатоки музыки испытывают от этого небывалое наслаждение.
Вот и в природе гармония птичьих песен оказывает благотворное влияние на её обитателей.
Животные, прислушиваясь к музыкальному фону, ведут себя сообразно упорядоченности его
нот. Когда царит гармония, их жизнь спокойна, размеренна, а коль нарушена – испытывают
дискомфорт. Хищники, например, становятся излишне агрессивными, а жертвы – наиболее
уязвимыми. К сожалению, за последние годы музыкальный фон природы сильно нарушился. В
результате участившихся лесных пожаров и других природных катаклизм, мир птиц
катастрофически убывает в числе. И это, по мнению тех же учёных, грозит глобальным
разбалансированием жизненно-важной составляющей благополучия природы.
Но вернёмся к звукам июня. На заходе солнца дневные птицы замолкают. Однако природа не
затихает. На смену дневным голосам приходят ночные. Они, конечно, не столь благозвучны,
как дневные, за исключением соловья, разумеется, этот поёт и ночью. Но магическое
очарование в них тоже присутствует. Взять хотя бы козодоя. Кстати сказать, свое, по сути,
нелепое название эта птица получила на основании старого народного немецкого поверья,
будто присаживаясь у самых ног скота – овец, коров и коз – она способна выдаивать их. На
самом же деле птицу привлекает отнюдь не скот, а собиравшиеся около животных насекомые,
на которых она охотится.
Днём козодой, благодаря своей покровительственной окраске оперения так прекрасно
маскируется под сучок, как на дереве, так и на земле, что пройдёшь рядом, и внимания он не
привлечёт. Но с приближением сумерек птица выходит из дремотного состояния и, будто
заведённая, начинает надсадно стрекотать. Её дребезжащая трель тянется от двадцати секунд
до нескольких минут, в сумерках тихого летнего вечера она слышна довольно далеко. Кто хоть
раз слышал эту необычную мелодию, то уже никогда не спутает песню козодоя с голосами
других птиц. За сумеречный образ жизни его ещё называют полуночник.
Или взять ушастых сов. Своё название эти ночные птицы получили за торчащие на макушке
перья, похожие на уши. В июньские ночи подрастающий молодняк то и дело издаёт
характерные посвисты. Зачем они это делают? – спросит читатель. Дело в том, что гнездо
совята покидают, ещё не умея летать. И, рассредоточившись в кронах деревьев, они
обозначают своё местонахождение характерным свистом. Ориентируемые на эти звуки
родители несут пойманную мышку тому, кто наиболее голоден. Проголодавшийся птенец
свистит громко и беспрестанно. Поэтому поселяясь по соседству с человеком, эти совы
способны не только стращать людей своими таинственными звуками, но и лишать их сна. Лет
десять назад в селе Стенькино, что в 20-ти километрах от Рязани, несколько пар ушастых сов
для выведения потомства облюбовали в местном парке старые постройки грачей.
Появившиеся совята, а их общее число достигало без малого три десятка, разбрелись по
всему парку. По ночам оттуда доносился такой свистящий шум, что местные жители, невзирая
на душные ночи, были вынуждены плотно закрывать окна и форточки, лишь бы не слышать
этот адский галдёж.
И ещё одно магическое представление в июньскую ночь. В это время года на фоне
таинственной тьмы леса как по волшебству появляются удивительные творения природы –
маленькие светящиеся искорки. Смотришь под ноги и недоумеваешь: откуда в траве взялись
крошечные огоньки? Дотронешься рукой, но жара от них не почувствуешь. Чудо! Огоньки эти
принадлежат крошечным насекомым, они так и называются – светлячки. Фонариком природа
наделила только самочек. Крыльев они лишены. Поэтому чтобы привлечь на свидание
крылатых кавалеров им необходимо подсветить себя, дескать, я здесь, прилетай ко мне! Как
только суженый явится, самочка свой «огонёк любви» тут же погасит. Нет не из-за экономии
энергии, вырабатываемой её крошечным организмом в брачную пору, а из-за того, чтобы не
навлечь на себя беды – хищников-то в траве много. Вот такие чудеса творятся в мире
июньской природы.
Наряду с летними концертами птиц и таинствами ночи июнь славен ещё и массовым цветением
травостоя. Теперь куда ни глянешь – везде полное торжество цветов и фантастическая
палитра красок. Роскошные разноцветные ковры укрывают землю всюду. Фееричными
ароматами объяты поляны и опушки лесов. Будто к празднику принарядились луга, закрайки
полей, обочины дорог. Даже озёра и затоны на реках «кричат» обилием цветущих водных
растений – кубышки и белой кувшинки, от которых исходит пряный ни с чем несравнимый
аромат. Запах этот резок и настолько своеобразен, что кажется не от мира сего, а пришедший
к нам из далёкого космоса. Аромат знакомый мне с детства. На соседствующих с нашим селом
озёрах кубышки с кувшинками всегда были под пристальным вниманием детворы. Помнится,
возьмёшь в руки цветок, потрогаешь его шелковистые лепестки, и от ладоней ещё долго
будет исходить въедливый «неземной» аромат.
В летней палитре красок особенно обращают на себя внимание поляны цветущей смолки.
Растение образует такие огромные заросли, что диву даёшься. Увидишь эту чародейственную
красоту и начинаешь тереть глаза: уж не мерещится ли? На прошлой неделе, проезжая вдоль
опушки леса, я повстречал чудо-поле, раскинувшееся на многие сотни метров. От обилия
смолки поле это в свете солнца «горело» пурпуром и, волнуясь от набежавшего ветерка,
походило на раскалённую лавину, выплеснувшуюся из жерла вулкана. И всё это в обрамлении
синих метёлок цветущего люпина. Чудо!
В кладовой природы первого месяца лета много цветов. И все до удивления пригожи,
способны не только восхищать и очаровывать великолепием форм и ароматов,