её с собой».
Вдруг он заметил в пыли, под стулом, игрушечную машинку. «Кажется, эта та самая, что малыш показывал бабушке в первый день. Забытая, никому не нужная машина.
Господи, да никогда уже не вернуть, не переиграть – её любовь, её поцелуи, её кротость. Какая безумная тоска! Брошены вещи позади, и закончена навсегда игра.
Но будет ли помнить он? Она была последней из последнего века – и ему за неё теперь прожить».
