Идиот
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Рассказ
Автор:
Баллы: 4
Читатели: 333 +1
Внесено на сайт:
Действия:

Идиот

  - Убью! - прошипел Иля, осматривая с порога комнату своей хрущевки. В помещении царил полный бардак. Ковер был сбит и задран, стул валялся на боку, рядом с ним - черепки цветочного горшка, диванная подушка и постельное белье из шифоньера, изощренно вымазанные в черной, жирной земле. В воздухе витали стойкие запахи помойного ведра. В кармане у кухонной двери были разбросаны окурки, грязные пакеты, вымазанные в пепле и кетчупе колбасные обертки вперемешку с рыбьими скелетами. Само ведро с оторванной пластмассовой ручкой просматривалось глубоко под обеденным столом.
  Испуганный миниатюрный розовый кролик, плотно прижав уши, задрожал в своей клетке. Замер, глядя сквозь стекло аквариума, вечно жующий пушистый хомяк. Спрятала морщинистый перископ в свой круглый панцирь большая туркменская черепаха. В доме запахло грозой.
  - Ну, кабысдохи, держитесь! Пришел ваш последний час! Запорю! - сделав страшное лицо, он нашарил на полке мухобойку и медленно двинулся внутрь разгромленного жилища. Под диваном придушенно пискнуло.
  - Выходи, подлое отродье! Бить буду! Считаю до трех! Раз! Два...
  На счет "три" из-под дивана с грохотом выскочил бело-черный французский бульдожка и, истерично заскоблив когтями по крашеному полу, рванул в кухню. Опытный Илья успел вытянуть ногу - летящий ракетой собакевич споткнулся и, проехавшись по гладкой поверхности своим тупым носом, вместо кухни, выпулил себя прямиком в прихожую. Разбив, как биллиардный шар, обувной строй, собака лихорадочно заметалась в узком пространстве.
  Бульда, хоть и была всего лишь девятимесячным щенком, легко догадалась, что сейчас ей придется оплачивать сегодняшний бордельеро. Она уселась у дверей прямо на задницу, вытянув все свои лапы вперед, наклонила голову набок и жалобно заскулила.
  Глядя на эту покорную, придурковатую позу, на большие круглые вишни слезящихся собачьих глаз и на дрожащие локаторы ушей, обозленный было Илья, вдруг смягчился, несколько раз врезал хлопушкой по косяку, плюнул и, обозвав собаку дурищей, пошел искать главного виновника сегодняшнего праздника непослушания - большую трехцветную кошку.
  Когда Иля повернулся, квартирная принцесса уже вышла из своей роскошной коробки на шифоньере, спрыгнула вниз, и благородно, с брезгливостью, поднимая белые лапки, ступала по испачканному ковру, продвигаясь прямо на кухню, чтобы проверить свою миску. Она была спокойна, величава и безоговорочно уверена в своей безнаказанности.
  - Ксюша! Ну почему ты такая зараза, а? Зачем ты эту дурочку опять подставила? - он схватил кошку под теплый живот и приподнял над собой. Наглые кошачьи глаза недовольно смотрели на человека.
  - Чего тебе, двуногий уродец? Почему чашки пустые? Ты рыбы принес? - кошка укоризненно мяукнула, - Так ей и надо, этой твоей собачине. Идиотка она! Буду я еще из-за нее расстраиваться. Не хрен было приводить в дом всякую дрянь. Собака - враг человека! Кролик - придурок! Мышь - вообще молчу! А эта костяная шайба? Тьфу, стыдно сказать! Чего тебе со мной плохо было? Жили ведь как люди - мир да согласие. Теперь расхлебывай.
  - Точно, сам виноват, - Илья смотрел в насмешливые кошачьи глаза и думал, как так получилось, что он оброс всеми этими животинами? И чем больше их становилось, тем легче появлялись новые. Их кто-то приносил (хомяк), просил приютить на время и забывал ( кролик), дарил ( черепаха), привозила дочь ( кошка), привозили для дочери ( собака).
  Черт знает что! Вчера вечером в дверь позвонили. Он открыл - девочка, в руках трехцветная крыса, говорит: вам не надо? Это был уже перебор и он, извинившись, решительно закрыл дверь. При этом из-под ног выглядывали любопытные кошачье-собачьи глаза.. Любвеобильный щенок был явно не против, а кошка презрительно усмехаясь, как бы говорила: "Ну-ну, идиотус, ну-ну...Крысы нам тут точно не хватает".
  Ксюша была не дура. Она была уже старослужащей в этой золотой роте - три года и имела над обитателями абсолютную власть. Беспрекословное подчинение поддерживалось силой - когти и зубы стремительно шли в ход, при малейшем бунте. Особенно доставалось бульдожке-французику по кличке Буся. Щенячьи трепки не прекращались ни днем, ни после отбоя, ни в ходе игр, ни при раздаче кормов.
  Буся в иерархии квартиры была самым, что ни на есть, зачморенным духом. В кошачий хребет давно уже стоило вцепиться знаменитой бульдожьей хваткой (буськины зубы вполне созрели для этого), но французик был наидобрейшим существом, наделенным легким, покладистым характером, и зла совершенно не помнил. Он воспринимал кошачьи подлости, по-солдатски, стойко, принимая их как неизбежность щенячьей судьбы. Собака никогда не повышала голоса на Ксюшу, только пищала и скулила, улепетывая от наглой и злой дембельской морды и длинных когтей домашнего Фредди Крюгера.
  Сегодня, кошка с собакой вновь играли в "дембельский поезд". Ксюша, шастая по подоконнику, роняла горшок с цветком и он красиво раскалывался об пол - бух! Последний звонок, поезд отходит! Сверху лапой она открывала дверь шифоньера и выбрасывала, как проводница, с полки постельное белье. Неожиданно падала на собаку сверху, словно фурия, отчего та торпедой, с визгом, влетала в кучу цветочной земли, разнося ее по всему полу. Скорый поезд летел стрелой, унося пассажирку в родные края! Дембеля-дембеля-дембеля!!!
  После дембеля - обязательный собачий хоккей. Кошачьей лапой выцарапывается из-под дивана старушка-черепашка, переворачивается на спину и лихо гоняется носами по полу. Гоняется до тех пор, пока не забивается победный гол - бедняга вколачивается в угол, за пылесос.
  Дальше, обычно осуществлялась операция прорыва на кухню. Все происходило как-то так.
  Иля всегда уходя закрывал кухонную дверь на бумажку, плотно, чтоб звери не лазили там без дела. Но хитрая Ксюша вылезала на балкон, перепрыгивала на кухонный карниз и залезала через форточку на кухню. Оттуда кошка просовывала лапу в щель под дверями, заводя и провоцируя собаку. Энергичная, доверчивая Буся не могла долго сдерживаться - давила на дверь, напрыгивала на нее со всей дури и лихорадочно скоблила краску когтями. Дверь, в конце концов, с грохотом раскрывалась и вдохновленные бойцы начинали гоняться друг за другом по тесноте четырех с половиной квадратных метров, роняя табуретки, кастрюли и путая провода. Рано или поздно дверцы мойки распахивались и животные наконец-то добирались до вожделенного помойного ведра, радостно разгоняя по полу его содержимое. Это был апофеоз праздника!
  Вслед за этим, звери заслуженно отдыхали на куче белья. Не исключено, что в это время Буська вылизывала кошке шкуру - собака была страшная лизунья. Вторая ее кличка была "Слюноубийца" - она увлекалась и могла насмерть зализать кого угодно от непонятного щенячьего счастья, накатывавшего на нее неумолимо, как цунами, стоило только поднести к ней лицо.
  Салага - розовый кролик Чапа и черпак - мохнатый хомяк Иваныч наблюдали за дембельскими оргиями с восторгом, сетуя, что не в силах вырваться из своих камер и тоже дать жару. Особенно всех радовал хоккей с чуркой - черепахой. Ее - холоднокровную рептилию народ недолюбливал. Старая карга, так тебе и надо! У нее даже имени своего не было. Илья как-то поначалу пробовал называть ее банально - Тортиллой, но имя не прижилось.
  Когда в замке слышался звук ключа, Ксюша живо взлетала в свою коробку, оставляя собаку на растерзание человеку. Глупая Буся первой попадала под тяжелую длань, и ей, первой же, естественно, и доставалось в гневе. Кошка же спокойно наблюдала за экзекуцией со своего чердака, зная мягкий и отходчивый хозяйский характер. Обычно до ее трепки дело так никогда и не доходило. Вот ведь, психолог шерстяной!
  Илья прибрал дом, вынес ведро и помыл пол.
  Опять, ну, черт возьми! Уже третий раз за неделю. Возя тряпкой по полу, он философски продолжал размышлять о том, зачем ему это все надо, и не нашел, что себе на это ответить.
  - Я просто идиот, - грустно подумал он, доставая из пакета рыбу, говяжью печенку, кулек с зерном и раскладывая еду по мискам.
  Через час он лежал на диване у телевизора с копошащимся в волосах Иванычем и облепленный со всех сторон теплыми, мягкими телами его друзей, гладил ребристый панцирь хронической потерпевшей - рептилии. Зверинец мирно гнездился вокруг своего благодетеля и мир находился в долгожданном равновесии. Каждому солдату досталось по участку тела своего генерала.
  - Зачем - зачем...? Затем! - неожиданно вслух сказал он сам себе и чмокнул Бусю в мокрый черный носишко, - Затем, вот и все...
  Вдохновленная собака принялась лихорадочно лизать Илью в лицо.
  - О, Господи! Ну, какой же я, все таки, идиот!
 
 
 
***

Оценка произведения:
Разное:
Обсуждение
Гость      14:39 26.12.2012 (1)
Комментарий удален
     15:44 26.12.2012
1
Зато добрый. :-)
Книга автора
Архивные секреты литератора 
 Автор: Наталья Юльевна Игнатова
Реклама