молодые ёлочки и берёзки, а несколько старых деревьев, не вписавшихся в проект ландшафтного дизайнера, спилили. С замершим сердцем Марина бросилась за дом, к старому клёну…
… Невысокий пенёк — всё, что осталось от верного друга.
Наступила чёрная полоса жизни. Сначала ожидаемый, но от этого не менее больной, уход мамы. Затем маленький лучик надежды в виде долгожданной беременности, и удар от её внезапного прекращения. Потом сгорел дом, который они с мужем начали строить, успели вложить кучу денег, но не успели застраховать. И, наконец, финальный аккорд, ввергший Марину в глубокую депрессию — нелепая гибель мужа.
Единственной отдушиной, связывающей резко постаревшую женщину с этим миром, дающей ей хоть немного воздуха воспоминаний, стал пенёк старого клёна. Каждый день она приходила к нему и рассказывала, как когда-то, о своей жизни. Он не отвечал, но ей становилось легче.
Пенёк приходилось защищать. Сначала от дачников, увидавших в нём бесплатные дрова для бани. Тогда она наврала, что пенёк до сих пор числится на балансе коммунальщиков как дерево, и халявщиков ждёт огромный штраф за самовольную порубку. Потом от самих коммунальщиков, убедив их, что эта территория не относится ко двору дома, и за корчевание пней здесь они оплату не получат.
Следующими стали алкаши, сколотившие на пеньке столик для своих конференций. Марина чуть в больницу не попала, надышавшись вонючей жидкости, которую ей посоветовали разлить вокруг места симпозиума сердобольные соседки. Правда, на алкашей это не подействовало. А вот участковый решил этот вопрос за две минуты и без всякой химии.
Такое усердие в охране остатков живой природы не осталось незамеченным. Пенёк получил название «маринкиного», а она сама статус бабы «со сдвигом». Зато больше никто на это место не посягал.
Со временем всё как-то улеглось, утряслось и встало на мирные рельсы. Через несколько лет Марина вылечилась от депрессии, стала следить за собой, и все вдруг заметили, что это молодая и очень красивая женщина. Результат не заставил себя долго ждать. Вскоре её на работу стала увозить престижная иномарка, которая сначала парковалась у подъезда по вечерам, а потом стала постоянным жителем двора.
Хозяин машины вежливо здоровался с соседями, но выглядел так солидно, что о том, кто он и откуда, никто спрашивать не решался. Марина же в ответ на расспросы лишь улыбалась. Всё, что удалось узнать от старшей по дому — женщины, которой по долгу службы должно быть всё про всех известно — новый жилец в квартире прописан, а Марина сменила фамилию.
Впрочем, это было написано на её лице. Женщина помолодела ещё на несколько лет. В положенный срок она поняла, что ходит по земле не одна. Врач подтвердил — ждите, всё будет хорошо. Первым о долгожданном событии узнал счастливый будущий отец, а потом Марина по привычке пришла к своему другу.
Женщина сидела на пеньке и улыбалась. Сообщив бывшему дракону важную новость, она хотела погладить его, опустила руку и вдруг увидела у нижнего края, пробивающийся из-под корня стебелёк. Росток был ещё совсем маленьким, всего с тремя листочками, но зато он весело махал ими и трещал без умолку:
— Ну вот и я. Ты ждала меня? Я пришёл. А где мой друг? Он ещё не появился? Ты познакомишь меня с ним?
