сориентироваться - находился в расслабленном состоянии, не думал о постороннем.
Толпа высыпалась из-за угла, куда ему с Тиффани следовало свернуть, и повалила прямо на них. Марк остановился. Двигаться вперед было невозможно, не задев кого-либо из парней. Поворачивать назад нельзя - стая бросится вдогонку и разорвет. Был бы он один, попробовал спастись бегством и трусом бы себя не почувствовал. Но с Тиффани…
Сколько их?
Семеро молодых, возбужденных парней, официально не достигших взрослого возраста – самые опасные. Они не обременены понятиями о порядочности, их не успели внушить вечно озабоченные безденежьем матери и вечно сидящие в тюрьмах отцы. Они обозлены на целый свет, потому что рождаются у лузеров и становятся лузерами. Они ищут общества таких же ущербных и, сколотив банду, кипят желанием показать себя героями, чтобы завоевать авторитет. Завоевать самым примитивным способом - чужой кровью.
Поодиночке, Марк справился бы с любым из них. Против толпы шанса нет.
Будь, что будет. Сделал беспечное лицо, девушку задвинул за спину. Слабо понадеялся – может, ребята совсем не ищут приключений, лишь демонстрируют браваду и кураж?
Не успел додумать, один из парней, проходя мимо Тиффани, дернул сумку. Остановился, открыл, стал копаться, выискивая ценные вещи и деньги. Нет, только не это, мелькнуло у Марка. Сумка имела в тот момент большую ценность для него, чем для хозяйки.
- Отдай, это не твое! – крикнул и бросился к обидчику.
Рванул сумку из рук. Второпях не удержал, она упала. Наклоняться, поднимать, значит, поставить себя в уязвимую позицию, стать легкой жертвой. Наступил ногой. Предвкушая развлечение, толпа загомонила, окружила. Кто-то двинул Марка по плечу, чувствительно. Он пошатнулся, но с места не сошел.
- Не трогайте его! – крикнула Тиффани и встала рядом, сжав кулаки.
На нее засмеялись и оттащили в сторону.
- Не прикасайтесь к ней! – крикнул Марк и получил в левую челюсть.
Двинул обидчика наотмашь кулаком, тот отлетел к стоявшей у тротуара машине. Его жест был расценен как нападение на сородича. Стая надвинулась, удары посыпались со всех сторон.
Марк отбивался, но силы были неравны. Против многорукого, озлобленного монстра не придумано средств самообороны, кроме пистолета, и он опять пожалел, что не приобрел. Потом подумал – хорошо, что не приобрел, эти подонки застрелили бы его раньше, они же без оружия из дома не выходят.
А так есть шанс выжить, хотя и небольшой, но лучше, чем никакого. Марк прикрыл голову руками и старался оставаться на ногах, надеясь, что Тиффани удастся вызвать полицию. Хотя проблематично - телефон ее разбит, свой доставать нет смысла, его сразу отнимут.
Тиффани пыталась помочь: бегала по кругу, стучала по спинам нападавших кулачками, раздавала пинки, которые не только не наносили ущерба - не ощущались в пылу борьбы. Тогда она изловчилась и двинула ближайшего к Марку врага каблуком в ногу. Получилось больно. Тот рыкнул, развернулся, толкнул ее в грудь так, что отлетела на пару метров и упала.
Стесала ладони и локти, разозлилась, оглянулась в поисках подручного оружия – камня или палки. Увидела лишь собственную сумку. Эх, давно собиралась купить газовый баллончик, сейчас бы пригодился. Ну, за неимением другого оружия… Подняла сумку и, размахивая, как мягким молотом, принялась хлопать ею по черным головам.
- Прекратите сейчас же! – кричала грозным голосом, надеясь остановить агрессоров.
Остановить, конечно, не удалось, ее не слышали и не воспринимали как опасность. Возможно, смеялись в душе. Глупая. Тряпичной сумкой надеется отвлечь от приятнейшего занятия – драки семерых на одного. Ну, пусть потешится, попрыгает вокруг, думали и отмахивались от нее, как от надоедливой мухи. Пару раз отвесили пощечину, чтобы не приставала и не мешала шоу.
Оно будет продолжаться. До победного конца. Сейчас собьют ее приятеля на тротуар, будет легче его обрабатывать. Ногами. С полного размаха. Несколько хороших ударов, и он захлебнется собственной кровью.
За что?
Найдем за что!
За рабство предков, за дискриминацию родителей, за собственное бесцельное существование. Пусть отвечает один за все.
Прикончат его и пойдут дальше – бахвалясь, обсуждая содеянное: «я его под дых», «я его в солнечное сплетение». Разговоров хватит до утра, потом завалятся спать, вечером соберутся в стаю для следующей акции. Весело!
Несмотря на окровавленные ладони и горевшие от ударов щеки, Тиффани не унималась. С настойчивостью человека, раздраженного своим бессилием, бросалась в копошащуюся гущу и кричала изо всех сил, пытаясь привлечь внимание проходящих и проезжавших.
– Сейчас позвоню в полицию! Всех заберут. За ограбление и покушение на жизнь двоих людей. Еще попытку изнасилования. За это газовую камеру дают!
При упоминании о газовой камере, один из нападавших отделился от кучи, просверлил Тиффани взглядом. Эта жужжащая муха надоела. Избавиться от нее одним ударом и навсегда.
Она прочла смертный приговор в его налитых злобой глазах. Испугалась по-настоящему. Попыталась прикрыться сумкой, он вырвал ее, отбросил подальше. Девушка попятилась. Развернулась и бросилась бежать.
22.
Неслась как ураган и, несмотря, что на каблуках и со сбитыми коленками, до «Анаконды» добралась за пару секунд.
- Даглас! – крикнула Тиффани в открытую дверь.
- Что такое? – отозвался охранник, выходя на ступеньки.
- На нас с Марком напали... – начала объяснять, задыхаясь от бега и возмущения. - У меня сумку отобрали... Позвони в полицию. Иначе его убьют. Их семеро... Вон, смотри. Видишь куча?
Даглас сбежал на тротуар и буквально в двух шагах увидел шевелящуюся толпу, услышал крики. Помедлил мгновение. Обычно охранники не вмешиваются в конфликты, происходящие за пределами заведения. Но в данном случае пострадавшая – артистка клуба, причем одна из лучших. Если с ней что случится, и станет известно о бездействии Дагласа, уволят без разговоров - трусы на его должности не нужны.
- Брайан! – крикнул он напарнику, высунувшемуся из прохода. – Я пойду разберусь. Постой пока один.
Брайан кивнул. Нет проблем. Время позднее, вернее – раннее. Новых посетителей нет, со старыми он один справится. Они здесь неагрессивные, только подвыпившие, иногда просят о мелочах: кого довести до машины, кому найти в карманах ключ.
По дороге Даглас достал служебный мобильник, набрал девять-один-один. Остановился неподалеку от места потасовки и, услышав голос оператора службы спасения, проговорил:
- Массовая драка на Авеню Фонтанов. – Говорил нарочно громко, чтобы услышали нападавшие и успели скрыться.
Большинство из них он знал в лицо, заметил даже собственного семнадцатилетнего племянника, который два года назад бросил школу, ушел из дома и теперь жил где попало. Остальные - мелкие дилеры и сутенеры местных шлюшек. Им не с руки попадать в каталажку, ему не с руки их предавать, как родственников - по цвету кожи. Пусть знают, что скоро приедут копы и убираются восвояси.
- Номер одиннадцать-двадцать пять, неподалеку от ночного клуба «Анаконда». Группа из... – Посчитал. - ... из семи молодых человек избивает одного мужчину... Да, афро-американцы... Да, белый... Лежит... Не знаю... Не шевелится... Проверить не могу.
Один из парней – в красной ветровке с тремя белыми адидасовскими полосами на рукавах услышал и повернулся посмотреть - не розыгрыш ли. Высокий и широкий, как автобус, охранник стоял, занимая полтротуара, и, показывая на аппарат в руке, сказал, не повышая голоса:
- Парни, вам лучше смыться, пока полиция не явилась.
- Да, валите отсюда, иначе... – Тиффани добавила угрозу в нецензурных выражениях. Воодушевленная присутствием Дагласа и надеждой на скорое появление стражей порядка, она сложила руки на груди и переступила с ноги на ногу.
Угроза хоть и прозвучала комично из уст девчонки, имела под собой основание.
- Братья, расходимся, - сказал поклонник фирмы «Адидас» и положил руку на спину ближайшего товарища. – Копы едут.
При упоминании о копах, стайный инстинкт поостыл. «Братья», только что резво махавшие руками и ногами, остановились, огляделись – оценить ситуацию и подвести итог.
Ситуация под контролем, итог положительный: бойцовский пыл удовлетворен, враг повержен. На сегодня приключений достаточно.
Завтра новый день и новое приключение - драка или что-нибудь посолиднее, типа дорожной разборки со смертельным исходом. Создать конфликт просто: подрезать чужое авто, и если водитель остановится для выяснений, начать стрелять. А если тот тоже вооружен, пристрелит кого-нибудь в ответ? Неважно. Главное – весело.
Молодая кровь бурлит, требует акции, и они обязательно ее найдут. На свою голову.
23.
Когда группа распалась на отдельных индивидуумов, один из них – на вид самый старший и самый крепкий, поступил, на первый взгляд, нелогично. Наклонился к жертве, тронул за плечо.
- Вставай, мужик, - сказал обычным тоном, будто только что участвовал не в избиении Марка, а в совместной выпивке.
Тот слабо пошевелился, подняться не смог.
Тогда афро взял его за подмышки и буквально поставил на ноги, еще придержал, чтобы он не слишком шатался. И продолжил заботиться: поправил его разорванную рубашку, стряхнул пыль со спины. Поднял выпавший из кармана ай-фон и... спрятал себе в карман. Бросил острый взгляд на «Ролекс», просчитал: часы на кожаном ремешке, снимать долго – вдали уже слышны сирены. Удовлетворился ай-фоном.
- Ну, ты не обижайся, ладно? – «попросил». Засунув руки в карманы свободных спортивных брюк, он походкой довольного жизнью человека направился в тот переулок, откуда они все явились.
Его «коллеги» от дружественных проявлений воздержались. Быстренько договорились, где встретятся в следующий раз, и разбежались в разные стороны. Прежде, чем исчезнуть, парень в красной ветровке потряс черным кулаком в сторону Тиффани и вернул угрозу:
- А ты, сука, берегись. Знаю, где работаешь. В следующий раз подкараулю и ... - Он выдал длинную тираду, в которой было столько матерщины, что смысл потерялся.
Перебежав дорогу, он на той стороне оглянулся, вроде хотел еще что-то угрожающее крикнуть напоследок. Передумал. Развернулся и исчез за углом кафе «Ароматный каппучино» - того самого, где ранее этой ночью Марк занимал наблюдательный пункт.
Сейчас бы он до него не дошел. Голова – как шар для боулинга, тяжелая и все время хочет скатиться на грудь. Правая рука серьезно повреждена, пальцы онемели и не двигаются. В желудке тошнота такая, что хочется блевать изо рта, носа и ушей одновременно. Ноги ноют и не желают стоять. Чтобы не упасть, он облокотился спиной о стоявшую у обочины машину.
- Спасибо, Даглас. - Тиффани чмокнула его, куда достала – в мягкую шею, и бросилась к Марку.
Она хотела поддержать его, но неудачно – тронула пострадавшую руку, от нее прошел по телу электрический разряд в десять тысяч вольт. Марк застонал, качнулся в сторону и, не удержав равновесия, сполз на тротуар. Закрыл глаза – голова поплыла. Открыл.
Увидел сидевшую на коленях Тиффани. Она держала ладонь над его щекой и гладила по воздуху, боясь прикоснуться. Наклонилась к самому уху и заговорила – торопливо, будто боялась, что им кто-то помешает, и
