Я знаю, что такое железная леди. Это была моя бабушка. Манеры определяют сознание, так говорила она, а я не смела спорить с ней вслух, но про себя думала, что это какая-то старорежимная ерунда. Потребовалось много лет, чтобы я поняла истинность этих слов.
Манеры включали в себя всё: походка, всегда прямая спина, сидение на стуле, не касаясь спиной спинки стула. Голос, не позволяющий себе визга, крика.
Когда бабушка сердилась, я определяла по интонации: чем ниже звучал голос, чем реже и отчетливей произносились слова, тем больше сердита бабушка. Обращение ко мне полным именем: "Галина" - это катастрофа! Бабушка на пределе своего гнева.
Аккуратность до педантизма. Уличное платье тут же снималось, вешалось в шкаф или отдавалось в стирку. Домашнее платье никогда не было донашиванием того, в чем уже не выйдешь "в люди". Никаких халатов, которые, кстати, назывались капотами, и были предназначены только для прохода в ванную комнату и затем в спальню, где капот снимался и надевалась домашняя одежда. Это были по сезону платья, юбки, блузы.
Непременный ежедневный душ и утреннее умывание ледяной водой.
В самые тяжелые времена бабушка перешивала себе и детям одежду, но всегда было четкое разделение на домашнюю одежду и уличную.
Важное место занимало поведение за столом, понятно, что с мала детей приучают пользоваться столовыми приборами. Учат детей есть красиво, аккуратно, с закрытым ртом, беззвучно. Но еще не хватать еду, даже если ты очень голоден. То есть ребенку прививают умение сдерживать себя, терпеть какие-то неудобства.
Манеры действительно влияли на сознание. Приученный к порядку ребенок не мог заниматься в школе кое-как. Структурировался не только быт, но и мышление.
Я помню, как пришла с улицы с разбитой коленкой, бабушка промыла мои раны, перевязала колено, а потом подвела к зеркалу и попросила посмотреть на себя, на кого я похожа, когда плачу. Открытый в плаче рот, перекошенное лицо.
- Неужели тебе так больно, что ты не можешь сдержать себя? Ты же выглядишь очень некрасивой, это неприлично!
Мне было лет 5 или 6, я помню этот случай. Сначала я заорала, что мне очень больно, но бабушка опять повернула меня к зеркалу и я замолчала, мне стало стыдно. Помню, что я тихонько подвывала, но уже с закрытым ртом, а бабушка обняла меня и гладила по голове и плечам.
- В жизни всем бывает больно. Нужно уметь терпеть и не опускать себя. Сила человека в умении вести себя и контроле над собой.
С улицы я приносила разнузданные словечки и выражения. Жили мы в своем доме, а рядом был многоквартирный дом и все ребятишки играли на площадке около большого дома.
Бабушка не обращала внимания на плохие слова, но если я произносила их второй раз, то меня усаживали на беседу. И когда я, возмущенная, кричала, что все говорят слово "дура", почему я не могу так сказать о девчонке, которая меня обижала?
Спокойно и терпеливо бабушка говорила, что не все дети рождаются в семье, где есть мама, папа, бабушка, где родители зарабатывают неплохо и в доме есть все: и еда, и одежда, и фортепиано, книги, альбомы с иллюстрациями картин из музеев. Некоторые рождаются в бедных семьях, детей некому воспитывать, мамы и папы на работе, как у тебя, Галочка. Но с тобой дома бабушка и няня, а дети не знают как правильно вести себя, их не учат манерам. И потому пусть невоспитанные дети называют тебя плохими словами, они не виноваты! Их просто не воспитали, не научили красиво вести себя. А тебя, Галочка, учат, значит ты не имеешь права вести себя так, как эти дети.
Ты обязана жалеть их за то, что они живут в худших условиях. У них нет няни, которая живет с нами и еще помогает нам убирать дом и готовить еду.
С детства меня наказывали, если я смела крикнуть или не поблагодарить Мадоновну, так я называла Марию Спиридоновну, когда училась говорить, и так ее стали называть мама и папа, а бабушка сердилась, хотя Мадоновна очень любила, когда ее так звали. Она была членом семьи, обожала меня и благоговела перед бабушкой!
- Учись у бабуленьки, сейчас таких, как она, не сыщешь! Повезло тебе, ой как повезло, Галочка! - приговаривала Мадоновна.
Наказывали меня тем, что сажали в кресло, но его разворачивали к окну.
"Сиди, смотри на улицу, а мы не хотим видеть невоспитанную девочку!" Мадоновна, "нечаянно", невзначай проходила мимо и потихоньку поворачивала кресло так, чтобы я могла увидеть комнату, меня очень обижало, что меня не хотят видеть.
Потом она мне исподтишка махала рукой, дескать, вставай и иди, извинись! Меня прощали сразу, но мне так тяжело было извиняться!
Сейчас я знаю, что сидела в наказании я не больше получаса максимум, но мне казалось, что очень долго.
Бабушка учила меня игре на фортепиано, французскому языку, рисованию акварелью, но главное она смогла воспитать не просто терпение к грубости, хамству, но и внушить чувство некой вины: это люди, которым не повезло, они родились и прожили в бедности, в среде грубых и невоспитанных людей.
Они говорят так, как привыкли с детства, но это не повод для тебя говорить, как они, внушала мне бабушка.
Давно нет моей бабушки, но она, пережившая столько горя и лишений, осталась для меня несгибаемым примером хороших манер, воспитанности, приветливости ко всем людям. Она помогала многим, отдавала чистую, выглаженную одежду бедным соседкам, подкармливала соседских ребятишек. На праздники пекла свое фирменное печенье и угощала им детишек во дворе. Просила родителей-врачей, они покупали лекарства, которые было не достать в аптеке, и передавала больной соседке.
Я не помню ни на одних похоронах, которые видела, столько народа, сколько собралось, когда провожали бабушку в последний путь.
Мою бабушку, мою железную леди.
ЦАРСТВИЕ НЕБЕСНОЕ БАБУШКЕ!