Глава 11
Иногда и враг говорит интересные вещи.
Звонок телефона застал Клима уже в дверях. Рабочий день кончился и, в принципе, его можно было проигнорировать, но многолетний опыт показывал, что бегать от неприятностей дело бесполезное. Если что-то серьёзное, то достанут и дома, так что лучше уж не откладывать. И с первых слов разговора Сергей понял, что не ошибся.
- Сергея Николаевича Климова я могу услышать?
- Да, это – я.
- Просили передать, что вас будут ждать в восемь там, где вы прошлым летом покупали розы. Приезжайте один.
- Кто это говорит? – но его словно не слышали.
- Вас будут ждать в восемь там, где вы прошлым летом покупали розы. Приезжайте один, – и на том конце положили трубку.
Интересно! Дело в том, что под этой незамысловатой фразой подразумевался вполне конкретный случай, имевший место на привокзальной площади год назад. Клим действительно тормознул у цветочного киоска, чтобы купить цветы. У Петюниной жены был день рожденья, а Лилька больше всего на свете любила розы. Выбрав три штуки и расплатившись, Сергей укладывал букет на заднее сидение, когда взгляд его упал на несущуюся по площади синюю «копейку». В машине было двое: один сидел за рулём, а второй передёргивал затвор Калашникова. В этот момент они поравнялись с черным мерседесом, стоящим метрах в тридцати от климовской машины, притормозили, и началось…. За то время, пока Клим вытаскивал свой ПМ, стрелок успел выпустить по Мерседесу треть магазина. Сергей в который раз порадовался, что вопреки правилам всегда носил патрон в патроннике. Первым же выстрелом он снял автоматчика. Вторая пуля пробила скат переднего колеса, и машина, потеряв управление, врезалась в столб. Водитель выскочил из машины и попытался бежать, но Клим был уже рядом и одним ударом отправил того на землю. За тем, не торопясь, надел на него наручники и только после этого огляделся. К нему от вокзала бежал постовой, на ходу расстёгивая кобуру. Из-за угла с воем и световыми эффектами вылетел жигулёнок вневедомственной охраны. Сергей на всякий случай достал удостоверение, но из машины вышел зам начальника ОВО майор Прохоров. Они хорошо знали друг друга, поэтому представляться не пришлось.
- Климов?! Привет! Что тут стряслось? Я посты проверять ехал, а тут слышу, стрельба!
- Да, вот, похоже, на ровном месте на «заказуху» нарвался. У тебя рация работает?
- Работает.
- Скорую вызови и оперативку из управления.
- В тебя, что ль стреляли?
- Да, нет. Вон мишень, - и Сергей показал на расстрелянный Мерседес.
- Трупы есть?
- Да ещё не успел проверить. Пошли-ка, посмотрим.
Они подошли к покорёженному автомобилю. Весь салон был усыпан битым стеклом вперемешку с мозгами и кровью. Зрелище то ещё.
- С водителем всё ясно, ему пулями полголовы снесло. А пассажиры….
В этот момент бесформенная куча на заднем сидении зашевелилась, и кто-то застонал.
- Ну-ка, майор, помоги-ка!
С этими словами Клим открыл дверцу и полез в салон. На сидении, лицом вверх лежал детина неимоверных размеров, по-видимому, охранник. Полы пиджака распахнулись, и из-под них выглядывала кобура с пистолетом, которым тот так и не воспользовался. С трудом отодвинув эту тушу, на полу между сидениями Сергей обнаружил человека.
- Тут один живой!
Вдвоём они осторожно вытащили окровавленного человека наружу.
- Касательное в голову, - намётанным глазом определил Клим, – жить будет. Аптечку давай.
- Трифонов, быстро аптечку!
- Так, нету товарищ майор!
- Из Мерседеса возьми! Да поживей ты…, - и Прохоров витиевато выругался.
Сергей быстро и умело сделал перевязку, благо опыт в этом отношении у него был большой. Не смотря на кровь и многочисленные порезы, лицо раненного показалось Климу знакомым.
- Чёрт возьми! Чёрт?! – перед ним был никто иной, как Станислав Вениаминович Чертанов по кличке Чёрт, личность по-своему легендарная, правая рука Сергея Балабрина по кличке Бобёр лидера Балабринской группировки. Бобёр курировал одно из самых доходных направлений бизнеса – дорожный. Ни для кого не секрет, какие деньги «закапываются» в землю, при строительстве этих транспортных артерий. А туда, где крутятся большие деньги, всегда тянутся руки, желающие эти деньги потрогать, авось, чего и прилипнет. И прилипает, надо понимать, неслабо. В последнее время Бобра решили потеснить москвичи. Балабрин сопротивлялся, как мог. Но силы оказались неравными. После попытки занять рынок «мирным» путём в ход пошла тяжёлая артиллерия. В общем, разгорелась самая настоящая война со стрельбой взрывами и прочей атрибутикой. Сколько всего людей было закатано в асфальт, как в прямом, так и в переносном смысле, Клим сказать затруднялся, но он точно знал, что в этот список можно включить и заместителя мера Милютина, откровенно лоббировавшего определённые компании, и с десяток сошек поменьше. На Чертанова, например, покушались уже третий раз, но осторожный, обладающий звериным чутьём, Чёрт пока успешно выживал. Вот и сейчас двоих его людей упаковывали в полиэтиленовые пакеты, а Станислав Вениаминович отделался мелкой царапиной. Ну, да что удивляться? Будь по-другому, он бы выше бригадира не поднялся. Тем временем раненный пришёл в себя и, увидев Клима, оскалил зубы в неком подобии улыбки.
- Ну, что Сергей Николаевич, небось, сам не рад, что вмешался, а? Пристрелили бы меня – тебе меньше работы!
- Убьют тебя, другой придёт! Мне от этого не легче. А вот «глухарь» мне на шею совсем не улыбается.
- Так выходит, ты тоже из своих меркантильных интересов пулял? Как и эти, залётные?
- Считай, что так!
- Ну, да пустое это всё. Ты мне жизнь спас, за мной должок! А я, ты знаешь, с долгами всегда рассчитываюсь.
Тут он говорил правду. Долги, если только он сам это признал долгом, Чёрт отдавал всегда. Будь то пуля в живот или пара тысяч баксов за преферанс. Ходила хохма, что как-то в ресторане, изрядно приняв на грудь, Чертанов подсел за стол к какой-то молодой парочке. Парень хотел, было возмутиться но, увидев четырёх накачанных жлобов, увял. Неизвестно, о чём они там говорили, но, в конце концов, Чёрт предложил поиграть в карты. И ставку предложил ненавязчиво так: по штуке зеленью за кон. Через час игры паренёк задолжал около ста тысяч, а Чёрт всё не успокаивался. Наконец партнёр не выдержал и начал слёзно умолять отпустить их с женой на все четыре стороны. По-видимому, Чертанов был в хорошем расположении духа, он предложил последний кон. И ставку назвал соответствующую: с одной стороны он прощал долг и в придачу дарил свой шестисотый Мерседес, с другой ни много ни мало – жизни незадачливых посетителей. У поседевшего на нервной почве парня хватило ума не отказаться. По большому счёту, разницы для него уже не было никакой. Чёрт не только умел сам платить по счетам, но и кредитором был жёстким. Одному Богу известно, сколько его не рассчитавшихся должников покоилось в Красавинских озёрах. Он обычно говорил: «Неважно, сколько я недополучу с этого! Важно, что следующий заплатит вдвое больше и вовремя!» Вот такая вот философия. В общем, неизвестно как там этот парень играл, но случилось небывалое – Чёрт проиграл! Даже не поведя бровью, он щёлкнул пальцами, и ему подали уже заполненный бланк генеральной доверенности, где оставалось вписать только данные и ключи от Мерседеса. Чертанов достал «паркер» и твёрдой рукой вписал всё необходимое. Отдал это всё, уже начавшему сходить с ума партнёру, а за тем сделал ещё один широкий жест: дал им неделю, чтобы исчезнуть из города и пообещал не искать. Вот такой вот весёлый мужик, мать его….
На этом они с Климом и разошлись. И вот этот звонок. Сергей понял, кто вызывает его на встречу, но сто раз всё взвесил прежде чем направить свой «жигулёнок» к вокзалу. С одной стороны было интересно, зачем его мог вызвать Чёрт. С другой – в памяти ещё были свежи воспоминания о парке, и если это звенья одной цепи, то ожидать можно было всякое. Прежде, чем остановиться, он сделал пару кругов по площади, но ничего настораживающего не заметил. Наконец, припарковал машину напротив вокзала. Перед тем, как выйти, расстегнул куртку, передвинул кобуру поближе, проверил, легко ли вынимается пистолет, и только после этого направился к киоскам. Едва он купил пачку сигарет, как к нему подошёл дедок совершенно бродяжьего вида и жестом попросил закурить. На словах, однако, он произнёс совсем другое: «Сергей Николаевич? Встаньте на обочине и голосуйте. Подъедет синяя шестёрка, садитесь на заднее сидение» Исчез он так же как и появился – незаметно. Клим подумал: «А что, Станислав Вениаминович, ты тоже конспирацией не гнушаешься?!», но сделал так, как сказали. И действительно, около него тут же остановилась синяя шестёрка и, едва Сергей в неё сел, рванула в сторону Лехова. Через пару кварталов машина притормозила, и в неё сел неказистый мужичёк в стареньком плаще. Даже те, кто хорошо его знал, ни за что не узнали бы в этом человеке всемогущего Чёрта. Машина проехала ещё несколько кварталов и, заехав в какой-то двор, остановилась. Водитель, не проронивший за всю дорогу ни слова, также молча вышел. Подождав ещё некоторое время, Чертанов, наконец, повернулся.
- Ну, что ж Сергей Николаевич, вот и пришло моё время по счетам платить!
- Так, я вроде бы не напоминал?
- А я сам, мил человек, помню, сам! Мне никогда никто не напоминает! – в голосе прозвучала сталь. На какое-то мгновение во внешне добродушном лице Чёрта проглянула его истинная звериная сущность. Но он быстро овладел собой, и его голос стал мягким и завораживающим.
[justify]- 