дверь.
Азазель кинул крупную купюру на стол, совершенно не примериваясь к таким мелочам как сдача и потянул Вармо за собой. Тот послушно поплёлся за перворождённым демонам, на ходу размышляя о его странном методе. Почему Азазель сразу не пошёл к Ахерону, если был послан за ним? разведывал обстановку? Ждал реакции?
Спрашивать Вармо не решился. А зря. Спроси он откровенно, Азазель бы может и ответил бы, что работа, любая работа, даже самая срочная – всего лишь работа, и он, как демон, не отлынивает от неё, но и себя побаловать не упустит возможности!
А может и не ответил бы Азазель. Кто ж его знает!
***
Вармо был разочарован. Он ждал демона, который хотя бы походил бы внешне на Азазеля! Понятно, что тот должен был, скрываясь в людском мире, иметь людской облик, но и тот ведь должен бы быть достойным – вон, Азазель как себя подаёт? А этот?!
Низковатый, с добродушной улыбкой, с явно намеченным пивным животом… Вармо даже решил, что это какая-то шутка, но Азазель склонил голову в приветствии:
– Благодарю тебя за приют твой и пищу.
Вармо запоздало повторил жест Азазеля, держась позади демона, но разочарование уже просочилось на его лице, сложило уродливый рисунок. Но Ахерон не обиделся. Он расхохотался, обращаясь к нему:
– Что, малыш, не ждал такого?
– он ещё молод, и идёт из людей, – вступился Азазель, – прости его.
Вармо смутился, опустил голову, не понимая, почему он должен вообще испытывать смущение от демона, который, оказывается, сидит где-то в кафе на втором этаже и там же властвует, при этом на демона не походит вовсе?!
– На молодость и глупость обижаться – сил не хватит, – отмахнулся Ахерон и жестом предложил присесть.
Кабинет его представлял собой целую груду вещей. Бумаги, папки, канцелярские принадлежности – здесь всего было в избытке и трудно было даже определить сразу где и что находится. Одно, впрочем, сразу привлекало внимание – стена, завешанная разными фотографиями и…грамотами?
Вармо вгляделся. Точно. Какая-то ассоциация кондитеров вручила Ахерону специальный приз, некая гильдия шоколадников направила благодарственное письмо, ещё какие-то гильдии, объединения хвалили то его, то заведения. Что-то уже желтело, выцветало – годы брали своё над бумагой.
– Это моя стена славы, – объяснил Ахерон, – свидетельство того, чего я добился.
– Ты и без этого многого добился, – заметил Азазель. – Кто положил воинство мятежников у Чёрных Врат? Кто воскресил Симеона? Кто, в конце концов…
– Ай! – Ахерон даже отмахнулся, прерывая Азазеля с каким-то раздражением, – что ты мне вспоминаешь мои годы? Разве же я хоть как-то имею к этому отношению? Силы во мне было много, всегда была эта сила. А я-то сам? А? а вот это уже моё. Не Люциферово, не Володычье, а моё! Вон, прямо напротив твоего лица висит грамота за третье место по приготовлению горячих соусов!
– Третье? – Азазель обалдело взглянул на него. – Почему третье?
– Потому что комочки образовались, перекипятил, – буркнул Ахерон, – очень сложно поймать тот момент, когда соус вот-вот закипит, знаешь, он идёт приятными пятнами сначала, чуть темнеет…
Ахерон остановил сам себя, покачал головой, заметил:
– Ты же не о соусах пришёл узнать. И не о моих местах.
– Верно, друг мой, – Азазель не стал таиться. Он, конечно, рассчитывал привести Ахерона в более дружеское и тёплое чувство, но и без этого было очевидно – Ахерон откажется. И тогда…
Тогда придётся выполнить свой долг. Дезертиры тьме не нужны.
– Конец света, – Ахерон вздохнул, – совсем конец. Дожили, да? А казалось, что так далеко!
Здесь Ахерон был прав. Казалось, это слишком далеко, это не случится. Но нет! вот он уже, на носу, а они, выходят, за свои тысячи лет не успели приготовиться.
– Ты же знаешь мой ответ, зачем пришёл? – спросил Ахерон, глянув на Вармо, – обучать что ли?
– Передавать опыт, – поправил Азазель, – он ничего, вполне перспективный.
Вармо, оценив, что говорят о нём, распрямился, напряжённо глядя то на одного демона, то на другого.
– Да пусть, не возражаю. Но ответ мой ты знаешь, – Ахерон потерял к Вармо всякий интерес, – мне вот это всё уже не надо, сам понимать должен. Я не цепная собака, чтобы всю свою жизнь мотаться от Володыки до Люцифера.
– Это не война Люцифера. Это последняя война, – поправил Азазель.
– Да пусть хоть так! Мне она не упёрлась. У меня поставки теста вчера сорвались, вот это было почти концом света. Знаешь как трудно найти нормального поставщика? А вы мне тут…
– Ты воин, – напомнил Азазель. Он знал, что переубедить Ахерона не удастся, но он должен был попробовать. – Твоё место на войне.
– Моё место там, где я счастлив, – возразил Ахерон, – а я, знаешь, счастлив. Мне нравится кормить людей и нравится придумывать новые позиции в меня. и война у меня уже давно своя. То война с налоговой, то с инспекциями! И мне никто не спешит помогать. А для меня это важно. Важнее ваших войн. Даже если весь мир сгинет, он возродится снова. и снова будут эти двое, которые плетут друг против друга интриги. А такие как ты и я снова будем искать себе хозяев. Но я не хочу больше служить, я хочу умереть так, как мне нравится.
В смерти своей, окончательно смерти он не сомневался.
– Ты и правда умрёшь, – предупредил Азазель, боковым зрением наблюдая, как Вармо напрягся, видимо, ожидая драки. Но драки не будет. – Умрёшь как дезертир.
– Зато я точно на своём месте, а не в служении, – Ахерон, конечно, не испугался. – Помнишь, что он нам обещал в тот день? Помнишь? Перед пожаром? Он сказал, что мы должны быть свободными, и, выходит, я стал свободным. Я стал свободным и оказался не нужен в таком качестве всей наше й тьме.
– За языком последи, – посоветовал Азазель равнодушно. Всё это он слышал, знал, понимал. Но его место было в армии Люцифера, подле него, вечного его друга, Хозяина и покровителя.
– Всё равно умирать! Так что скажу. Всё это было лишь его игрой, интригой. Он хотел не свободы нам, а власти себе. А убеждал себя…
– Ты пойдёшь с нами? – перебил Азазель. Он-то привык. Он-то хорошо знал Люцифера, а вот Вармо таких речей слушать нельзя. это, конечно, будет хорошим уроком для него, этаким испытанием, но зачем? Нужны воины, твёрдые, уверенные, а не те, кто привязан к своей судьбе и сути.
Ахерон взглянул на Азазеля, улыбнулся:
– Нет, не пойду. Я не пойду на вашу войну.
– Это наша война.
– Всё равно не пойду. Я останусь здесь.
Азазель поднялся. Вармо вскочил за ним, готовый, если придётся, броситься на Ахерона.
– Ты знаешь что будет? – спросил Азазель безнадёжно. Ахерон кивнул, страха в его глазах не было и не могло быть. Он, в отличие от многих, успел приготовиться к исходу, даже с учётом того, что его исход был в Пустоту, в которой ничего уже не осталось, и ничего не могло родиться.
– Мы что…сейчас? – Вармо не сдержал ужаса. Он знал поручение, но не ожидал, что всё так будет быстро и на месте.
– Сейчас, – ответил за Азазеля Ахерон и попросил: – будешь уходить, возьми с витрины пару образцов. Я пробую по-новому взбивать крем для пропитки коржей. Вспомнишь меня добрым словом.
Азазель промолчал. Тяжело ему было сделать необходимое. Тихая зависть к спокойствию демона коснулась его. Ахерон же встал, приблизился. Он с трудом доставал до плеча Азазелю.
– Давай уже! – весело сказал Ахерон и Азазель покорился долгу.
Быстрый взмах руки и всё кончено. Конечно, убить тоже можно по-разному, но Азазель не планировал жестокости в любом раскладе. Он хотел сохранить достойную память, даже если она будет и недолгой.
Сердце – кого оно удивит? Всякое бывает на свете, а вопрос сердечных заболеваний очень остро стоит в людском мире…
***
Вармо догнал на улице.
– Почему он отказался? Его меч… – новоиспеченный демон никак не мог взять в толк ни того, почему Азазель его мало уговаривал, ни того, почему Ахерон не захотел жить в неволе тьмы, ни того, почему он не сопротивлялся.
Вармо не договорил, увидев что-то в лице Азазеля. Тот не был рас положен к разговорам, да и что он мог объяснить молодому ещё демону, чья душа недавно жила в человеке, о том, что Ахерон был самым счастливым из тех, кого он знал и поступил так, как считал возможным? Он поступил как демон – ушёл, когда на его комфорт покусились, когда ему предложили оставить прошлый мир, так нужный ему.
– Кто следующий в нашем списке? – спросил Азазель. Говорить об Ахероне не хотелось. Не при Вармо, не с ним. можно говорить о нём только с тем, кто понимает об отступниках куда больше, чем новоиспеченные демоны. Настоящих отступниках, которым одинаково плевать на свет, на тьму – на всё, кроме своей свободы.
(*) Примечание: Апокалипсис на пороге…
(Рассказ принадлежит к вселенной рассказов о трёх царствах: Небесном, Подземном и Людском. На сегодня готов один сборник «Их обугленные крылья – 1», в процессе – бесконечном процессе, так как
