| «Клементина» |  |
Предисловие: Мистический детектив
—Сложный вопрос, — сказал профессор, — вы не учили, я полагаю. Приходите ещё, — и поставил неудовлетворительную оценку в зачётном листе.
Так закончилась студенческая жизнь несостоявшегося учёного.
Пересдавать он не собирался, сразу уехал домой и поселился в глуши. Там ему не было скучно: пели птицы, под окнами ходили дикие кабаны, лисы выглядывали из-за кустов — всё это нравилось и никогда не надоедало. «Не то, что там, в шумном городе: спешка, толкотня, неразбериха», — думал студент-неудачник.
А ещё он думал, что неплохо было бы смастерить приспособление для считывания мыслей на расстоянии, для этого нужно…
Он всё придумал; для реализации не хватало только голоса другого человека, а так как кругом были только звери и птицы, то мысли считывались с них. Не составляло труда узнать, куда двигалось стадо кабанов, у лисы маленькие лисята, пять штук; она им поймала зайца. Жизнь в лесу кипела, и Паис находил себе занятия, упражняясь на зверях, считывая их мысли.
Время шло, и уверенность в своих силах появилась, но ненадолго. Оказалось, что с человеческого голоса считывать мысли невозможно, животные — другое дело. Надо было проверять своё изобретение дальше, но уже с людьми. Возвращаться в город не хотелось, к родителям тоже: они считали сына неудачником и лентяем. Тогда Паис пришёл к друзьям: они его не забыли и рады были видеть. Друзьям было невдомёк, чем занимался Паис, а он им не рассказывал. Правда, сказал одну вещь, что лучше бы знать, что в голове у преступников, как раз говорили о совершённом преступлении. Всерьёз его не приняли, смеяться тоже не стали.
— Что бы это дало? Мысль — не доказательство преступления. Я бы убил того и этого злодея, но не сделаю этого. Что ты будешь судить за мои мысли? — спросил друг.
— Что будет человек делать дальше — вот что интересовало бы меня, — ответил Паис.
Больше никого не затронула эта тема, и разговор перевели на жертву. Убитая была женой предполагаемого убийцы. Доказательств не было, но все были уверены, что именно он убил её. Следствие шло своим чередом, а люди судачили, обвиняя и осуждая злодея.
Паис интересовался делом из своих соображений: ему не терпелось «залезть» в мысли преступника, но он пока не знал убийцу и его жертву. Когда представился случай увидеть предполагаемого преступника, он представил его в виде животного, авось получится. Представил в виде кабана — нет, не выходит, перебирая образы зверей, он остановился на лисе — да, «отзывается». Тогда впервые услышал человека: «Как много людей на меня смотрит. Что скажу? Будут мучить? Я не любил её, но не убивал — вот что скажу».
Проклятий от обвиняемого Паис не слышал, как и раскаяния. Предполагаемый убийца постоянно повторял имя «Клементина», ничего не добавляя при этом. Когда послышались угрозы в адрес обвиняемого, его страх усилился и: «Скорей бы всё закончилось», — «услышал» Паис.
Приговор не был оглашён, и на следующий день то же: следствие не выяснило всех обстоятельств дела, обвинение строилось на неприязненных оценках знакомых. И главное: «Кому ещё это убийство нужно?»
Чья-то мысль тронула Паиса. Кто-то пытался «говорить». Среди зрителей на судебном заседании было много незнакомцев. В перерыве заседания гул голосов насторожил бывшего студента. Как рёв зверя, пробивался голос убийцы: «Она убита мной, — говорил он, — оружие у меня», — голос ругал убитую женщину, называя её неверной.
Паис стал оглядываться, взглядом пытаясь найти «говорившего». Увы! Рядом стояла только женщина, взгляд был устремлён на него, будто хотела, чтобы он её дослушал. «Она недостойна его», — после этого женщина отвернулась.
Паис не был уверен, что «голос» принадлежал именно ей и продолжал вслушиваться в толпу, но больше ничего не услышал.
В ходе судебного заседания выяснилось, что это сестра обвиняемого. Она выступала в качестве свидетеля, жалела жертву, называя её «хорошей». Про брата говорила немного, больше про детство, когда они играли вместе, и он был «честным». Это не добавило обвинению ничего, и опрос свидетелей продолжился. Было ясно, что женщина причастна к смерти невестки, и брат смотрел на неё напряжённо: «Говори, говори», — будто просил он.
Паис больше не ходил на судебные заседания: ему стало понятно молчаливое согласие сестры и брата. Клементина убила свою невестку, а брат не выдал сестру. На оглашение приговора Паис не пошёл; он был не в пользу подсудимого, однако все сошлись на том, что ввиду отсутствия прямых доказательств преступления, апелляция скорее всего будет успешной.
Паис на время прекратил работу над своим изобретением, сочтя результаты многообещающими, но требующими осмысленного подхода. Тогда как мысли могут не соответствовать делу, а мысленное признание не является сутью содеянного. Клементина не убивала невестку, а брат не признался в преступлении даже в мыслях.
|
