Кстати, к концу этого долгого первого месяца работы в салоне Олесю не на шутку начал тревожить денежный вопрос. Потому что о нем как-то деликатно все умалчивали. Это уже потом Олеся поняла, что, несмотря на громкий статус федеральной компании и официальное трудоустройство, зарплата здесь была серая. Часть денег - очень маленькую - переводили на карту, а оставшуюся сумму брали наличкой из кассы. Об этом не упоминалось на собеседовании. Об этом тактично молчали опытные сотрудники. Об этом вообще не принято было распространяться.
Вот и с Олесей на эту тему никто не говорил. Устроилась, работает, - ну, и ладно!..
Но прошел уже месяц…
Олеся всегда была девушкой экономной, и определенный резерв денег у нее всегда имелся, даже в самые сложные времена. Но он был не такой большой, чтобы можно было пока даже и не задумываться о его пополнении. И Олеся терпеливо ждала, когда ей будет начислена хоть какая-то зарплата. Но тщетно.
Если уж говорить начистоту, то Олеська была просто стеснительной закомплексованной дурой, которая почему-то всегда считала разговор о деньгах чем-то постыдным. Но ей реально как-то неудобно было заводить речь об этом, тем более, что трудоустройство в компании было официальным, - а следовательно, обойти ее в этом вопросе, вроде бы, никак не могли.
И, тем не менее, было похоже на то, что обошли.
В какой-то момент Олеся пришла к небезосновательному выводу, что про нее просто почему-то забыли. И осмелилась-таки поднять этот вопрос перед Сергеем.
И оказалось, что да, - уважаемый региональный управляющий действительно просто забыл о ней. Он реально получил в центральном офисе ее зарплатную карточку еще месяц назад, - сразу же, как только были поданы ее документы. Но, поскольку руководитель (!!!) за целый месяц не удосужился ни разу (!!!) наведаться, хотя бы ради любопытства, в новый, только что открывшийся салон, где сидел в гордом одиночестве неопытный, необученный и вообще ничего пока не понимающий сотрудник, он так и не сумел передать эту карточку Олесе. А потом, с течением времени, вообще напрочь забыл о ней.
При этом уважаемый Сергей был несказанно удивлен тем, что его новая сотрудница еще ни разу не получала зарплату, поскольку деньги на карточку начислялись аж два раза в месяц. Интересно, а как она должна была их получить?.. Голубиной почтой, - не иначе…
Кстати, третье начисление, - то, которое выдавалось наличкой, - происходило с задержкой почти на месяц, - по итогам предыдущего периода, - и до него действительно было пока еще далеко. Но на карточку деньги начислялись Олесе уже дважды за это время. Вот только о существовании этой самой карточки она до той поры даже и не ведала!..
Узнав об этом, Олеська снова чуть было не разревелась от обиды и отчаянья. В ее жизни всякое бывало, - и предыдущее начальство тоже никогда не порхало вокруг нее с ангельскими крылышками. Но вот с таким полнейшим равнодушием и безразличием, - причем, и к самому новому сотруднику, и к открывшемуся салону, да и к самой работе вообще, похоже, - Олеся реально столкнулась впервые. Этого управляющего действительно не интересовало ничего, - кроме его пресловутых продаж. И он пальцем о палец не готов был ударить, чтобы самостоятельно сделать хоть что-то, - даже ради увеличения этих самых продаж. Все это было возложено на сотрудников.
По большому счету, он просто числился на этой красивой должности и снимал сливки. В самих салонах он появлялся нечасто и только в случаях крайней необходимости. Рассчитывать на него нельзя было ни в чем. Но тогда Олеся еще не знала об этом.
Сотрудницы других салонов, кстати, в Сергее души не чаяли. Он был прямо-таки их кумиром, - весь такой хороший, добрый, заботливый, трудолюбивый, умный. Но сама Олеся, как ни старалась, не сумела обнаружить в нем ни одного из вышеперечисленных качеств. Она со временем лишь разглядела в нем хитрого и лживого приспособленца, который сумел очень хорошо устроиться, таская каштаны из огня чужими руками.
С виду он действительно был очень хорошим. И даже милым. Пока салон работает безукоризненно и приносит прибыль. Главное, не кантовать при этом лишний раз самого уважаемого начальника. Потому что, при возникновении в подведомственных ему салонах хоть какой-то малейшей проблемы, требующей вмешательства начальства, он тут же раздражался, начинал нервничать, психовать и отфутболивал куда-нибудь звонившего ему человека, не решая ничего и не помогая ничем. Именно так и происходило с Олесей все это время. Создавалось впечатление, что, если хочешь быть на хорошем счету у этого, с позволения сказать, человека, то его вообще не стоит беспокоить. Ни по каким вопросам.
Но вот только Олеся, при всем своем желании, оставить его в покое не могла. Она была новым человеком в организации, сдуру попавшим в только что открывшийся салон, - да еще и находящийся в другом городе. Ей просто физически больше не к кому было обратиться с возникающими проблемами. А их было немало. От недоразумений с той же документацией до претензий сотрудников торгового центра, в котором находился салон. И самостоятельно решить их Олеся была просто не в силах. Уже только потому, что она впервые сталкивалась с подобными неприятностями, и, следовательно, представления не имела, как с ними разбираются в данной организации.
Взять, для примера, ту же уценку покрытых биологическими жидкостями диванов. Направляя нового неопытного сотрудника на работу в стоковый салон, - а Олеся вообще до той поры не знала, что таковые существуют, - Сергей просто махнул рукой на эти жуткие диваны и сказал, что их надо уценить. Но вот только на деле оказалось, что все это не так-то просто. Центральный офис, в лице занимающейся этим очень неприятной и грубой сотрудницы, попросту не желал снижать на них цену, якобы, вообще не понимая, что с ними не так, и на каком основании Олеся вообще смеет настаивать на снижении цены?.. На предоставленных Олесей фотографиях она видела прекрасные диваны, которые нужно продавать за полную стоимость и не придумывать, что это невозможно…
Сергей, которому Олеся позвонила и обрисовала ситуацию, сказал лишь: “Ну, все же как-то снижают цену!.. Позвоните в другие салоны!..”
Наверное, все действительно как-то ее снижают… Девочки из других салонов рассказывали, что они и ругаются с этой сотрудницей, и умоляют ее, и письмами закидывают… Олесе хотелось просто схватиться за голову. Она готова была написать письмо и приложить к нему фотографии. Но ни ругаться из-за, простите, обделанных диванов, ни умолять какую-то твердолобую москвичку, считающую себя гораздо выше тупых провинциалов, она, ей-богу, была не готова!..
Да она просто даже и не желала этого делать!
Вопрос с Олесиными выходными, спустя месяц, по-прежнему так и не разрешился и тоже каждый раз вгонял Сергея в ступор. Он реально словно не мог понять, зачем они вообще ей нужны? Но Олесе-то что было делать?.. Вообще-то, она изначально устраивалась на график пять - два, так что на работу совсем без выходных она как-то тоже не подписывалась!.. А сменщицу найти ей Сергей никак не мог, поскольку все появляющиеся периодически кандидаты на эту должность его просто категорически не устраивали. Он выбирал, очень долго и тщательно, и всем без исключения отказывал, хотя девушки, приходившие в салон и заполнявшие анкету, саму Олесю, по большей части, устраивали. А потом ей уже вообще стало все равно, - лишь бы хоть кого-нибудь взяли, наконец!..
Но Сергей был против всех кандидатов. Зато не имел ничего против того, чтобы Олеся продолжала работать без выходных.
Иметь с ним дело было непросто. Нет, он никогда не кричал, даже голос не повышал, - он просто сразу же отделывался от Олеси под любым благовидным предлогом. И он категорически не желал решать, как руководитель, ни одной из возникающих у нее регулярно проблем, честно предоставляя ей возможность расхлебывать все самостоятельно.
К концу первого месяца у Олеси возникло не слишком приятное ощущение, будто она упорно бьется лбом о бетонную стену. Но эта стена, разумеется, была крепкой и не желала ей поддаваться.
Олеся была очень даже неглупа от природы, имела прекрасную память и легко обучалась. По опыту своей работы в предыдущих организациях, она всегда знала, что обычно для того, чтобы полностью войти в курс дела, ей требуется пара недель, - не больше.
Обычно это происходило примерно следующим образом. В первый день она просто смотрела на все квадратными глазами и, разумеется, вообще не понимала пока, что от нее требуется. Но уже к вечеру ей обычно удавалось это четко уяснить. Поэтому во второй день Олеся уже сама делала все, что ей было положено, - разве что еще немного медленно и неуверенно. День на третий она, в принципе, уже переставала ощущать себя новичком, вполне уверенно выполняла то, что от нее требуется, - и при этом у нее уже хватало сил и времени интересоваться тем, что происходит вокруг нее, и осваивать что-то новое, - даже то, что, в принципе, и не входило в круг ее непосредственных обязанностей. Но ей просто всегда было интересно знать всю подноготную работы в данной организации.
Примерно недели через две Олеся, по обыкновению, чувствовала себя на любом новом рабочем месте, как рыба в воде. Она была к этому времени совершенно уверена в себе и в своих способностях, и, как правило, знала уже гораздо больше того, что от нее требовалось в соответствии с занимаемой должностью.
И - все. Дальше уже никто, - ни коллеги, ни она сама, - не вспоминал о том, что она, в принципе, новичок в данной организации.
Так бывало всегда. На протяжении всей ее жизни. Но этот раз оказался полным исключением из правил.
Даже спустя месяц работы здесь, Олеся все еще чувствовала себя полной дурой, не понимающей смысла того, что от нее требуют. Забегая немного вперед, - через полтора года ситуация ничуть не изменится. Куда бы Олеся ни тыкалась в своих тщетных попытках хоть что-то прояснить или наладить, она со всех сторон встречала мощное сопротивление. В первую очередь, со стороны своих достопочтенных коллег, которые, вместо того, чтобы хоть чем-то помочь, только стремились чуть ли не силой урвать из ее салона какой-нибудь дефицитный диван, на который был большой срок ожидания. Они накинулись на нее буквально с первого дня; они скандалили, угрожали и жаловались начальству, и Олесе стоило огромных трудов не позволить им растащить ее салон по кусочкам.
Если бы она не была заранее предупреждена о такой ситуации, - ее, неопытную и ничего не понимающую, за неделю оставили бы в пустом салоне, - разве что, со стоковыми диванами, - и никому не было бы дела до того, как бы она потом продолжала здесь работать…
Всем было известно, что продавать диваны из салона проще всего. Потому что вот он тут стоит, уже готовенький, и не надо ждать три месяца, - забирай прямо сейчас!.. И добрые коллеги - продажники готовы были глотку перегрызть ради того, чтобы отнять эти чертовы диваны друг у друга. У них имелся в наличие уже готовый клиент, который желал получить диван прямо здесь и сейчас и ждать его изготовления три месяца не собирался. Поэтому очень легко было просто забрать этот самый диван из другого салона, получить свой процент, выполнить свой план
