Дневник Грабителя. История 1: Дебют у «Сладкой Булочки»

Запись от 12 октября. Сегодня был наш дебют. Название звучит гордо, как премьера в Большом театре. Только наш «Большой театр» — это забегаловка «Сладкая Булочка» на окраине города, чей хозяин, дядька Степан, по нашим подсчетам, должен был хранить в сейфе недельную выручку. Мы с Артуром готовились тщательно. Целую неделю Артур, наш техник, идеалист и параноик, изучал в Интернете инструкцию к сейфу «Уралец-5». Он с умным видом твердил: «Вася, это элементарно. Тут главное — почувствовать шестеренки. Это как искусство». Я, честно говоря, всегда чувствовал себя идиотом рядом с ним, особенно когда он начинал говорить о «шестеренках».

Мы вломились в три ночи. Разбить стеклянную дверь оказалось проще, чем я думал. Она звякнула и осыпалась, словно сбрасывая хрустальные туфельки. Внутри пахло старым маслом и грустью. Артур, облачившись в черный обтягивающий костюм, от которого его тощее тело выглядело как спагетти в трауре, сразу пополз к сейфу. Я занял позицию у входа с монтировкой, чувствуя себя грозным стражем.

«Ну что, Паганини? Чувствуешь шестеренки?» — ехидно спросил я.
«Тише, Вася! Я на пороге экстаза!» — прошипел он, прильнув ухом к железной дверце.

Прошло пятнадцать минут. Артур вздыхал, потел и бормотал ругательства, которые звучали как термины из квантовой физики. Внезапно сработала сигнализация. Но это была не пронзительная сирена, а веселая, плясовая мелодия «Барыни».

«Что это?» — взвыл я.
«Похоже, у него установлена сигнализация «Ностальгия», — выдавил Артур. — Она не пугает воров, а вызывает у них приступ ностальгической тоски!»

Мы стояли после зала, залитого ярким светом и оглушительной «Барыней», в полной прострации. Через пять минут к заведению подъехала машина. Не полиция. Это был сам дядька Степан в засаленном халате и тапочках на босу ногу. Он зашел внутрь, посмотрел на нас, на Артура, прилипшего к сейфу, как моль к шубе, вздохнул и сказал: «Мальчики, вы бы лучше помогли мне пирожки в тесто завернуть. А этот сейф я с прошлого года не запираю. Замок сломался, а новый жалко денег. Деньги-то я домой ношу».

Мы онемели. Артур медленно отлип от «Уральца-5». Его лицо выражало такую профессиональную обиду, что я еле сдержал смех.
«Как не запираете?» — просипел он. — Я тут полчаса шестеренки чувствовал!
«Ага, чувствовал, — хмыкнул Степан. — А они там все слипшиеся от варенья. Внук как-то дверцу испачкал».

В итоге мы помогли ему подмести осколки стекла. Он нас даже покормил пирожками с капустой и дал пятьсот рублей на такси, сказав: «На, сынки, не замерзните по дороге. И на будущее — грабить надо не тех, у кого плохо с деньгами, а тех, у кого плохо с совестью». Мы ехали в такси молча. Артур смотрел в окно на уходящие фонари и тихо сказал: «Все равно я был близок. Я почувствовал одну шестеренку. Она была… печальная». Наш дебют провалился. Но пирожки были действительно вкусные.