непослушных волос. Они попросили нас по очереди вставать и называть свою фамилию. Все старались говорить четко и громко, надеясь произвести впечатление.
Записали только Витю С. и Колю В. Витька был высоким и худым, с веснушками, а Колька — крепыш, всегда готовый к драке. Мы гадали, кого из них выберут. Витька, наверное, больше подходил под образ "позднего ребенка" — такой трогательный и беззащитный.
Прошел год. Я уже почти забыл про киностудию Довженко, когда по телевизору объявили премьеру фильма "Поздний ребёнок". Конечно, я его посмотрел. Фильм показался мне скучным. Сюжет тянулся медленно, диалоги были напыщенными, а игра актеров — неестественной. Но я досмотрел его до конца, надеясь увидеть своих одноклассников.
Но ни Витьки, ни Кольки в фильме не было. Ребенка играл какой-то Дима Шкреба. Он был пухлым, с круглым лицом и большими, выразительными глазами.
Позже я узнал, что его отец, Павел Шкреба, был одним из режиссеров театра Франко, а его мама — любимая актриса Нонна Копержинская. Все стало понятно. Блат.
Почему взяли Диму, я так и не понял. Наверное, у него была "арбузная" голова, как отзывались о нем другие персонажи из фильма. Это было обидно. Витька и Колька были куда интереснее.
Прошло еще несколько лет. Я уже учился в старших классах и увлекся кино. Однажды, пересматривая старую комедию "За двумя зайцами", я обратил внимание на режиссера фильма "Пляшка". Им оказался Константин Ершов.
И тут меня осенило. Один из тех двух мужчин, что приходили к нам в класс, был Константин Ершов! Тот, что в помятой куртке и с копной непослушных волос. Режиссер "Грачей", фильма ужасов "Вий" и "Пляшки" из "За двумя зайцами".
Тогда я понял, что кино — это не только талант и удача, но и связи, и случайности. И что даже если тебя не выбрали на роль в скучном фильме, это не значит, что ты не сможешь найти себя в чем-то другом. А Витька и Колька? Витька стал инженером, а Колька — военным. Оба добились успеха в своих сферах, и, возможно, даже не вспоминали тот день, когда их фамилии были записаны на листке бумаги, который так и не привел их на большой экран. А я? Я продолжал смотреть кино, но уже с другим пониманием. Я научился видеть за красивой картинкой труд режиссеров, операторов, сценаристов, и, конечно, тех, кто остался за кадром, но чья работа была не менее важна. И хотя Дима Шкрёба, с его "арбузной" головой, так и не стал для меня героем, его участие в фильме стало для меня уроком. Уроком о том, что мир кино, как и любой другой мир, полон своих правил, своих неожиданностей и своих тайн. И иногда, чтобы понять их, нужно просто досмотреть фильм до конца.
На катке
Однажды ко мне подошёл Саша Ч. и похвастался:
— Вчера с такой девчонкой познакомился — голубая мечта!
— Где? — спросил я его.
— На катке. Высматриваешь симпатичную девчонку, крутишься возле неё. И как только она упадёт, подъезжаешь к ней, помогаешь встать и предлагаешь научить её кататься. Потом проводишь домой, ну, и всё остальное.
— Как же я её буду учить, если сам еле стою на ногах?
— Не беда, пару раз сходим вдвоём, научишься, а потом будешь учить других!
Я согласился, и в воскресенье мы поехали на каток. Саша повозил меня минут пять, а потом исчез. Вскоре я заметил его, катающегося за ручку с какой-то дамой. Я же еле передвигал ноги и постоянно падал. Приятно было, когда чистили лёд, и можно было попить в столовке горячего чая. Домой я едва доехал, а на завтра случилась крепатура. Но через день снова был на катке. Кататься я стал ещё хуже. Наверное, из-за крепатуры. Но всё равно продолжал кататься и высматривать симпатичных девушек.
Наконец, я заметил девушку, которая мне понравилась, и стал крутиться возле неё. Ждать пришлось недолго, она упала, я тут как тут, быстро подъезжаю к ней, чтобы помочь встать и… падаю рядом с ней. Я ударился копчиком, и мне было больно. Я еле поднялся, она подхватила меня под руку, и мы отъехали в сторону. Постояв минут пять, мы направились пить чай. Девушку звали Рита. Она была очень приветливой. Я рассказал, что подъехал к ней, чтобы помочь, не уточнив, что ждал этого специально.
— Так ты из-за меня пострадал? — оживилась она.
— Выходит, что из-за тебя.
Кататься мне уже не хотелось, и я поспешил попрощаться.
— Знаешь что, — сказала она, — я тебя провожу домой. Вдруг у тебя сотрясение мозга, и тебе в дороге станет плохо.
Меня ещё никто из девушек не провожал домой. Оказалось, нам было по пути. Мы много говорили, было весело и интересно, хотя спина и болела. То, что она меня провела домой и манера общения с ней меня очень задели. Мне показалось, что я начинаю в неё влюбляться.
Несколько дней я пробыл дома, а потом каждый день ездил на каток. Я ждал, что Рита появится, но её не было. Каждый раз, когда я выходил на лёд, сердце замирало от надежды, но вместо этого я только видел других девушек, которые не могли заменить её.
Прошло несколько дней, и вдруг я увидел её с парнем, намного старше меня. Они смеялись и катались вместе, а Рита сделала вид, что не знакома со мной. Я почувствовал, как внутри всё сжалось. Это было очень обидно. Я решил, что это случайность, и в следующий раз она кататься будет только со мной.
Я забросил учёбу, все дни проводил на катке, надеясь, что она вернётся. Я научился сносно кататься, но её так больше и не встречал. Каждый раз, когда я видел другую девушку, мне казалось, что она не может сравниться с Ритой. Я не мог отвлечься от мысли о ней.
Весна пришла, и каток закрылся. Я остался без своего любимого занятия и без надежды увидеть Риту. Я часто вспоминал тот день, когда она меня провела домой, и как легко нам было общаться. Я понимал, что, если человек тебе очень нравится, нужно быть более хитрым и настойчивым.
Но теперь было слишком поздно. Я решил, что нужно двигаться дальше. Я начал заниматься другими увлечениями, но в глубине души всё равно надеялся, что однажды встречу её снова. Время шло, и я постепенно стал забывать о своей первой любви, но воспоминания о Рите всегда оставались со мной, как светлый момент в жизни, который научил меня ценить настоящие чувства и не бояться проявлять инициативу.
День рождение бабушки
Конец октября всегда приносил с собой не только прохладный ветерок и золотую листву, но и особенное предвкушение. Для нашей семьи это было время двойного праздника: дня рождения моей бабушки и, как это ни парадоксально, финального тура чемпионата страны по футболу. И, конечно же, мы всегда отмечали бабушкин день рождения в ближайший выходной, который, разумеется, совпадал с этим долгожданным футбольным событием.
Гости начинали собираться к семи вечера. Не потому, что так было принято, а потому, что именно в это время начинался матч нашего любимого «Динамо». Вся квартира наполнялась гулом голосов, запахом свежей выпечки и, конечно же, предвкушением игры. Телевизор становился центром притяжения, а диван и кресла – местами для самых преданных болельщиков.
Семь вечера. Гудок. Мяч в игре. И вот уже все, от мала до велика, прильнули к экрану. Бабушка, обычно такая оживленная и гостеприимная, тоже забывала о своих угощениях и поздравлениях. Ее глаза, обычно полные теплоты, теперь были прикованы к полю, а руки сжимались в кулаки при каждом опасном моменте. В воздухе висело напряжение, смешанное с надеждой. Каждый пас, каждый удар, каждый сейв вратаря вызывал бурные эмоции. Крики радости, вздохи разочарования, одобрительные возгласы – все это сливалось в единый хор болельщиков.
Время шло незаметно. Часы на стене отсчитывали минуты, а мы, словно завороженные, следили за перипетиями игры. Девять вечера. Финальный свисток. И, как это часто бывало, «Динамо» побеждало. Побеждало в игре, а значит, и в чемпионате. Вздох облегчения прокатывался по комнате, сменяясь ликующими возгласами. Улыбки расцветали на лицах, плечи расслаблялись.
И только после того, как эмоции от победы немного улеглись, когда последние поздравления футболистам прозвучали из телевизора, мы вспоминали. Вспоминали о нашей имениннице.
– Бабушка, с днем рождения! – раздавалось со всех сторон. Все, довольные и счастливые, усаживались за стол, который уже давно ждал своего часа. На столе красовался торт, фрукты, салаты – все, что бабушка так любила. Но главным блюдом вечера, помимо праздничного стола, становились, конечно же, футбольные страсти.
– А помнишь, как Петров прошел по флангу? Просто гениально! – начинал кто-нибудь.
– А тот удар в девятку! Я думал, мяч порвётся! – подхватывал другой.
– И вратарь наш сегодня просто молодец, ни одного шанса не дал!
Бабушка, с улыбкой слушая эти оживленные обсуждения, тоже вставляла свои комментарии, вспоминая моменты, которые ей особенно запомнились. Она, конечно, любила футбол, но больше всего любила видеть нас всех такими счастливыми и единодушными. Ее день рождения, хоть и отодвигался на второй план на пару часов, всегда был наполнен искренней любовью и вниманием. И эти футбольные вечера, когда радость от победы смешивалась с теплом семейного круга, стали для нее такими же дорогими, как и сам праздник. Она знала, что после финального свистка, после всех бурных эмоций, ее ждет самое главное – наша любовь и наши поздравления. И это было лучшим подарком, который мог ей преподнести этот особенный, футбольный день рождения.
Она знала, что после финального свистка, после всех бурных эмоций, ее ждет самое главное – наша любовь и наши поздравления. И это было лучшим подарком, который мог ей преподнести этот особенный, футбольный день рождения.
С годами футбол становился все более зрелищным, а матчи – все более напряженными. Но неизменным оставалось одно: наша семейная традиция. Даже когда «Динамо» проигрывало, что случалось редко, но все же случалось, атмосфера после матча была особенной. Мы все равно собирались за столом, поздравляли бабушку, но разговоры были уже другими. Вместо бурных обсуждений голов и сейвов звучали вздохи разочарования, но и в них проскальзывала нотка поддержки и надежды на будущие победы. Бабушка, мудрая и добрая, умела находить слова утешения, напоминая, что главное – это не результат, а участие и командный дух.
Помню, как однажды, когда бабушке исполнилось восемьдесят, матч был особенно драматичным. Последние минуты, счет ничейный, и вот он – решающий гол! Вся комната взорвалась криками радости. Бабушка, забыв про свой возраст, подпрыгнула с кресла и даже станцевала небольшой танец. Это было так трогательно и искренне, что мы все рассмеялись и обняли ее. В тот вечер, кажется, даже торт показался нам вкуснее, а поздравления – душевнее.
С каждым годом гостей становилось все больше. Приезжали внуки и правнуки, приводили своих друзей. И каждый раз, когда начинался матч, комната наполнялась новыми голосами, новыми эмоциями. Но суть оставалась прежней: футбол объединял нас, а день рождения бабушки становился поводом для еще более теплого и искреннего единения.
Сейчас, когда бабушки уже нет с нами, эти воспоминания стали для меня особенно ценными. Я часто пересматриваю старые фотографии,
