Лиля познакомилась с Волошиным в 1908 году в Париже на одном из литературных вечеров после окончания Императорского пединститута, где Елизавета Дмитриева изучала староиспанский и старофранцузский язык. И причем, познакомил пару поэт Николай Гумилев, питавший романтические чувства к Лизавете.Несмотря на то, что прихрамывающая и слегка полноватая девушка не была красавицей, Волошин был очарован ее непосредственностью, остроумием и добротой. Он сразу обратил на нее внимание: «Лиля Дмитриева. Некрасивое лицо и сияющие, ясные, неустанно спрашивающие глаза ».
После отъезда Волошина они стали переписываться. Он присылал ей свои стихи, книги, познакомил ее с сочинениями Штейнера, дарил подарки: сердоликовые четки, венок из коктебельской полыни. Она рассказывала ему о своей не слишком веселой жизни, наполненной муками и страданием.В своих дневниковых записях Лиля признавалась, что мечтает увидеть Бога и дьявола. А еще хочет, чтобы в ее жизни появился человек, который бы стал ее зеркалом. Таким зеркалом и был поэт Максимилиан Волошин.
Он был старше девушки на десять лет, и эта его опытность, внушительная фактура и жизненная мудрость окончательно вскружили ей голову. Поэтому самым счастливым отрезком своей жизни Елизавета Дмитриева считала именно свои романтические свидания с Волошиным. И это при том, что в это время он был официально женат! Встреча с Волошиным изменит жизнь скромной Елизаветы Дмитриевой, сначала вознеся ее на пьедестал, а потом резко сбросив вниз. И падение это, надо сказать, было очень болезненным. А случилось это так.
Как-то раз Максимилиан Волошин обнаружил на морском берегу старую корягу из корня винограда, на которой угадывались очертания мордочки. Да и вообще он напоминал чертенка из сказки. В итоге поэт принес найденыша к себе домой и вместе с Лизой даже дал ему имя — Габриах. Так называли доброго демона, охранявшего дом от злых духов. Какое-то время чертенок жил в доме Волошина, а потом Лиза уехала вместе с ним в Петербург. На какое-то время о находке забыли.
Вскоре Волошин и Дмитриева создали самую известную литературную мистификацию XX века- прекрасный образ Черубины де Габриак. Волошин придумал легенду, литературную маску Черубины и выступал в качестве посредника между Дмитриевой и редактором журнала «Аполлон» С. Маковским.Стихи в редакцию поступали от имени Черубины де Габриак, но под этим псевдонимом писала только Лиля.
Идея придумать несуществующего поэта и публиковать под его (её) именем стихи принадлежала, конечно же, Волошину. Неодолимая тяга к мистификациям жила в нём изначально, впитанная, что называется, с молоком матери, которая, судя по её воспоминаниям, тоже страдала склонностью к розыгрышам и мистификациям. Вот весьма характерное стихотворение, написанное Волошиным в 1911 году.
Обманите меня... но совсем, навсегда...
Чтоб не думать, зачем, чтоб не помнить, когда...
Чтоб поверить обману свободно, без дум,
Чтоб за кем–то идти в темноте наобум...
И не знать, кто пришёл, кто глаза завязал,
Кто ведёт лабиринтом неведомых зал,
Чьё дыханье порою горит на щеке,
Кто сжимает мне руку так крепко в руке...
А очнувшись, увидеть лишь ночь и туман...
Обманите и сами поверьте в обман.
Волошин играл роль режиссера и цензора, подсказывал ей темы, выражения, давал задания, но писала только Лиля . Ей в то время было девятнадцать лет. Это была девушка небольшого роста с внимательными глазами и выпуклым лбом. Она была хромой от рождения и с детства привыкла считать себя уродом. Но несмотря на хромоту и некрасивость, Лиля Дмитриева не была обделена мужским вниманием. Тут и философ Радлов, и какой-то Леонид, и переписка со студентом из Тюбингена… и НИКОЛАЙ ГУМИЛЁВ...
