"ХОЛОД СВОБОДЫ"...ГЛАВА № 14...В СВЯЗКЕ С ПРОШЛЫМ.

" НЕ СМЕЙТЕ ГОСПОДА ДАЖЕ ПОМЫСЛИТЬ ОБ ОНОМ, ТЕМ ПАЧЕ О СМЕРТИ НАШЕГО ГОСУДАРЯ ОСВОБОДИТЕЛЯ ЕВРОПЫ. СИЕ НЕ ПРИЕМЛЕМО ДЛЯ ПРАВОСЛАВНОГО РУССКОГО НАРОДА, ДАЖЕ ЕСЛИ ИМПЕРАТОР ШУТ В ПОВЕДЕНИИ И ДАЖЕ МЕРЗАВЕЦ  В ПОСТУПКАХ СВОИХ БУДЬ ОН ДАЖЕ ТРИЖДЫ ДЕСПОТ... ВОИСТИНУ ГОСПОДА, СИЕ КРАЙНЕ НЕЛЕПО.  СУД ДАЖЕ НАД ИРОДОМ, ПОДВЛАСТЕН И ВПРАВЕ ТВОРИТЬ ТОЛЬКО БОГ, А НЕ ПРОСТОЙ СМЕРТНЫЙ... ИНАЧЕ ЭТА НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ ОТЗОВЁТСЯ НА ПОТОМКАХ И НАШИХ СЕМЬЯХ, ЧТО ЛЯЖЕТ СМЕРТЕЛЬНЫМ ГРЕХОМ НА ДУШИ НАШИ, ИБО ДАЖЕ ВЕЛИКИЙ ЦИБАЛЬБО, НЕ РАЗРЕШИТ ЭТО НЕ СВОЙСТВО НЕБЕС АДОВА... ЭТО ВАМ НЕ КИЕВСКИЙ ЕВБАЗ...И НЕ ДВОР ЛЮДОВИКА XVIII, ЗДЕСЬ НЕ ТОРГУЮТСЯ, ЗДЕСЬ ЭШАФОТ ДЛЯ ГРЕШНИКОВ ВОЗВОДЯТ. И ВООБЩЕ ГОСПОДА ОФИЦЕРЫ, ДЛЯ ТОГО ЧТОБЫ ПОНЯТЬ ЧТО ТАКОЕ РАБСТВО И БОГ, ЧЕСТЬ И СОВЕСТЬ, ИНОГДА НАДОБНО ПРОЖИТЬ ЦЕЛУЮ ЖИЗНЬ, А ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ОСОЗНАТЬ ЧТО ТАКОЕ СВОБОДА И СВЯТОСТЬ, ДОСТАТОЧНО ОДНОГО ДНЯ..."        Князь Щепин-Ростовский Д.А. 1825 год.

Благородным поступком, как считали многие дворяне и общество России,  ИМПЕРАТОР Александр II, своим Манифестом об амнистии 1856 года, возвратил из Сибири в Россию, КАК ИНЫЕ ДУМАЛИ «государственных преступников», и разрешил иным, в частности и князю Щепину-Ростовскому Д.А. и его детям, родившимся в Сибири, вернуться в Отечество. 

"-ЧТО БЫЛО,ЗНАЮ, ЧТО БУДЕТ ЗНАТЬ НЕ ХОЧУ. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ТРЕБОВАЛИ ОНОГО РЕШЕНИЯ РАДИ СПОКОЙСТВИЯ В ОТЕЧЕСТВЕ. КАЖДЫЙ, КТО ХОТЯ-БЫ РАЗ УВИДЕЛ МОИ АЛТАЙСКИЕ КАЛЬЦИТЫ, СКАЗАЛ-БЫ ЧТО И НА ЗЕМЛЕ СУЩЕСТВУЮТ РАЙСКИЕ МЕСТА... РОССИЙСКИЕ. В НИХ КАК В ДУШАХ СВЯТЫХ, РАЗБРОСАНЫ КРИСТАЛЛЫ НЕЗЕМНОЙ ЧИСТОТЫ И КРАСОТЫ ГОСПОДА!РАЗВЕ ГОСПОДА МЫ МОЖЕМ БРОСАТЬ СВОИ И ЧУЖИЕ ЖИЗНИ НА АЛТАРЬ СМЕРТИ, КОГДА СУЩЕСТВУЕТ ТАКИЕ БОЖЕСТВЕННЫЕ ПОТАЙНЫЕ КРАСОТЫ НЕБЕС? МЫ НЕ КЕЛЬЧЕВСКИЕ ( М.М.- автор) И НЕ МОЖЕМ УПОДОБЛЯТЬСЯ ОНЫМ ПОЛКОВНИКАМ НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ..."

Давление властей и  чиновников на каторжан закончилось, о продлении их семьям мучений каторги, было уже не возможно по определению, хотя многие были чрезвычайно возмущены этим указом нового императора, так как считали сие решение поспешно и политически безграмотно. Срок каторги для героев мучеников отечества 14.XII.1825 года был практически закончен, и им пришлось даже оказать некую помощь некоторым «государственным преступникам» в возвращении их и их семей в Россию. Но это была скорее видимость прощения властью каторжан, осуждённых Николаем I-Окаянным, была более притворна, и особо заметна в том, что надзор и слежка за дворянами и каторжанами продолжалась и далее многие годы. В самом же Кургане, ходили слухи принесённые из Тобольска, что само решение было принято императором Александром II, в результате очень сложной политической сложившейся обстановке в Европе и Польше. Все ещё помнили совсем недавнее стояние около столицы России Санкт-Петербурга англо-французского флота, тогда ещё при императоре Николае I, в 1854 году. И как он был напуган, все это отметили тогда при имперском дворе, и как же он жалел что рядом с ним нет ныне графа Аракчеева, бога артиллерии. Николай Павлович, был потрясён такой явной наглостью врагов России за которыми он лично наблюдал через подзорную трубу, их явным политическим давлением на него. как-то и обстрелом-бомбардировкой Соловецкого монастыря. Это была не стрельба из пушек  по стоящей мирно Гвардии на Сенатской площади и более похожее на бойню, чем на законные действия императора самодержца...Как сказали о нём при дворе. это был страх загнанного в капкан зверя, дикость силы и полное бессилие пред произошедшим. Но когда об этом спросили его адъютанта, тот с улыбкой произнёс:-

" УМНЫЙ ПРАВИТЕЛЬ ВСЕГДА ЗНАЕТ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ГОВОРИТ И ИГРАЕТ РОЛЬ СТАРЦА ПРОВИДЦА, СТАРОСТЬ ЭТО БЕДА ДЛЯ ЛЮБОГО, ИБО НЕЛЬЗЯ НАЧИНАТЬ ДЕЛО КОТОРОЕ НЕ ЗАКОНЧИЛ РАНЕЕ... "

  Тогда всё это повлияло на политику России в Европе и даже внутреннем напряжением политической обстановке в Обществе самой России... Хотя, зная историю России и Британии, удивляться этому было непозволительной роскошью, ибо все дворяне изучали и знали положение особого статуса о рангах, где чёрным по белому написано, что в присутствии государя императора, без его высочайшего позволения, говорить кому либо и что либо, или с кем либо...строжайше ЗАПРЕЩЕНО, тем более мешать государю откушать в 2 часа пополудни. Так неужели сие лицо опустится до разговоров со смутьянами нарушающих мир и покой в империи. Быти " подвижным комендантом" непозволительно для чести дворянина. Вся эта дворцовая и "уличная политическая" чехорда дипломатии, привела к недостойным слухам и неверию к власти чиновников и двору. В армии, частях и полках уже тогд был слышен ропот, а позже и к неповиновению нижних чинов своим командирам, сие вызывая допросы по форме, а не по существу. Как говорят юристы при такой ситуации, непозволительность иных действий. За угрозы власти и чиновникам, кому либо, за какие-то действия против Закона и противо порядка, последует немедленное наказание. По этой причине из армии стали увольняться офицерские чины  и среднего звена хозяйственники...Но это ныне в прошлом...

Важно совсем другое для нас господа, вполне очевидно что именно воспитание деда и отца, на юного князя Дмитрия Александровича, искренне преданных  имперской власти и роду царствующего дома, оказало влияние на  поступки  и принятие ответственных решений декабриста, и как итог пережить годы страданий и каторги. Странное дело совсем  в другом, дворяне преданные отечеству и императору, как основе устоев в отечестве, оказались на тридцать лет в изгнании в ссылке и на каторге, при этом искренне  желая сохранить самодержавие, но при  принятии Конституции ограничивающей её права, изменив потестарную власть на  общественную, истинно народную. Хотя у многих, прошедших горнило Сенатской площади, такая деятельность и перемены, вызвали противодействие и непринятие норм патриотизма для народа в целом. Ибо спешка в переустройстве самосознания крестьянской и рабочей массы, может привести народ и дворянское содружество в политические битвы, а возможно и к революции, то есть балансирование на грани войн. Спорные движение к демократии вызвали отторжение. И по закону закономерности, нет такого права, которое не было-бы нарушено в первый же день. Часть дворян не пожелали быть Илотами как в Спарте, пред влиятельными властями, тем более восприемниками политики-погани католической в лице ПАПЫ РИМСКОГО ПАВЛА  V, истинно заявлявшего своей пастве:

"- ГОСУДАРЬ, КОТОРЫЙ ОТКАЖЕТСЯ ПОДЧИНИТЬСЯ ПАПЕ, ДОЛЖЕН БЫТЬ УБИТ. ДУХ НАПРАВЛЯЕТ И УКРОЩАЕТ ТЕЛО, ПОЭТОМУ СВЕТСКОЙ ВЛАСТИ НЕ ДОЗВОЛЕНО ВОЗВЫСИТЬСЯ НАД ДУХОВНОЙ, ТАК ЖЕ КАК РАСПОРЯЖАТЬСЯ ЕЮ ИЛИ ПОДАВЛЯТЬ ЕЁ, ЧТО БЫЛО-БЫ РАВНОСИЛЬНО МЯТЕЖУ И ЯЗЫЧЕСКОЙ ТИРАНИИ. СВЯЩЕННИКУ СЛЕДУЕТ СУДИТЬ ИМПЕРАТОРА, А НЕ ИМПЕРАТОРУ СВЯЩЕННИКА, ИБО АБСУРДНО УТВЕРЖДАТЬ. ЧТО ОВЦА НАПРАВЛЯЕТ ПАСТУХА..."

Власть российская всегда была хитра и каверзна к фаворитам и обществу, при том и разумна в поступках полного совокупления в политике с народом...притом иногда способная и на сильные политические шаги. Так в 1837 году в Сибирь прибыл с визитом наследник русского престола, сын Николая I Павловича Романова, цесаревич Александр Николаевич Романов. Император  Николай I, очень разумно и ловко использовал начинающиеся разногласия в Обществе, общества России начинающего вновь поднимать  и озвучивать настрой настроения народа России, и даже переходящих часто в возмущение устройством политических противоречий, разногласий в вопросах отмены крепостного права в Отечестве, считая это ныне основным барьером в системе политики, внутренней политики в России. Он удачно использовал для этих целей своего сына Цесаревича Александра, чтобы соскоблить и смыть с себя преступления 1825 года, привлекая к сему стихотворца и писателя Ершова Петра Павловича жившего тогда в Тобольске, куда, как клубничка на торте, и был направлен Цесаревич для обсуждения норм и ограничений в политике  содержания каторжан-государственных преступников 1825 года и поляков осуждённых по таким же противоречащих закону российского государства Законов, а в целом осознания политической обстановки в Сибирском Крае. и особо попытаться ещё ближе сблизить Россию и Сибирские Края. Одного они только не учли, продажность людскую, чиновников и предательство. Некоторые  историки, не знающие и видимо судя по своим поступкам, продажность чиновников того периода  и режима той власти, сомневаются в действии властей в отношении каторжан и в некой степени и нашего героя, на то время уже позволившего себе даже дважды (?) сложить свою личную жизнь в браке. Первая  гражданская супруга,  потерявшая сына Ваню, и после его короткой жизни ( около месяца) покончила жизнью видимо по этой причине. Это отмечено  в судьбе декабриста, несчастия преследовали сию великодушную Душу невыносимой болью отца потерявшего своего любимого дитя, и мучительным сердечным страданием, а  его товарищами судьбою. Власти же, списывая случай в отчётах, лишь обычным стечением обстоятельств, посчитавшими близость князя некими личными симпатиями и причинами. Они, обговаривая эту страшную судьбу поселенки, предполагали, и возможно не без основания, что ребёнок был не князя, а князь,  жалея молодую одинокую женщину, искренне по возможности помогал ей чем мог, впрочем, как и многие его товарищи по Петровскому Острогу, и лишь только это их сблизило, но об этом ныне, впрочем как и тогда, ведает один только Бог. А мы знаем, что  обычно и довольно часто люди списывают на него все беды, несчастия, невезения и промахи в своей грешной жизни....