… И вдруг я оказалась в густой поросли дубняка. После зеленого, яркого ельника, показался он мне особенно серым, неприветливым. Но чем дальше в него забиралась, тем больше удивляли эти крепыши, - в кривых дубках ощущалась такая упругая сила, что казалось, нипочем им ни осенние дожди-непогоды, ни злые морозы. Бродя среди них под сочный шелест опавших листьев, я невольно заражалась их энергией и уже не вспоминалось недавнее, - тревожное, зовущее.
Спустившись к узкой лесной речушке, присела на берегу и невдалеке, на охристо-сером фоне дубняка, увидела на оголенных ветках калины алые капли ягод, повисшие над тяжелой темной водой. И была эта калинка такой одинокой, потерянной среди напористых дубков! И казалось,
что вырвавшись из цепкого плена, бросилась она от них прочь, но на ее пути неумолимой преградой легла река. И осталась она здесь, на этом берегу, в отчаянии протянув к другому берегу то, чему отдала все силы, - алые капли ягод.