Моей лучшей подруге, с кем веселее ссать против ветра, понравилось моё фото, где я гадаю не на того. В 1982 году он только родился. Я и не знала, что Повар настолько молодой.
«Я подумала, что попала в сказку. А оказалось, что я просто состарилась. Меня никто не предупреждал, что это будет так здорово». Стырила из сети, и это писал не ИИ. Поздравляю себя – я уже давно в сказке. Не знаю, как у мужчин, но Повару ещё рано об этом мечтать. «Никогда не забуду, как одна славянская девушка, проживавшая то ли в Сирии, то ли в Саудии, писала в своих заметках про дресс-код. Как она сперва ходила как обычно, просто без голых коленок – и покоя не было ни минуты. Арабские мужчины, проводящие всю жизнь в состоянии абстиненции, спешили набраться сеансу. Потом она надела платок – стало чуть полегче. А потом настал день, когда она психанула и надела бурку – ту самую плащ-палатку, в которой женщина выглядит как небольшой шкафчик, идущий по своим делам. Вот тогда, писала эта девушка, я всё поняла. Я поняла, что такое безопасность, писала она. Я была счастлива, как улитка в домике, и безмятежна как дитя в колыбели. Эти дураки думают, писала эта девушка, что буркой своих женщин угнетают и расчеловечивают. А на самом деле всё наоборот – никогда я не чувствовала себя такой свободной. Хорошо, что эти дураки об этом не знают, они бы сразу бурку запретили. Потому что это не цепи – это шапка-невидимка. В ней ты неуязвима. Невидима и свободна, как Маргарита у Булгакова! Это то, о чём я всегда смутно догадывалась: что невидимость – это суперсила. Шапка-невидимка в мифологии всех народов мира – это такой мощный артефакт, что за него задолбаешься драконов убивать. А оказывается, каждой женщине его однажды выдают даром, это подарок феи. Достаточно просто до этого дожить».
Хороший, жизненный текст. Но не всем подходит. Вряд ли юная южанка счастлива в бурке. Товар лицом не выставишь. Может, более счастлива не очень красивая в этой самой бурке. Вспомнилась собственная свежая фраза, высказанная вслух: «Не проще ли на чурбан накинуть паранджу, пусть думают, что это и есть автор». То есть я. В итоге вышла на люди всего лишь в хиджабе. И то досталось от той, которую черти в чуме за ноги таскали. Увидев фото, подумала, что за дура в платке. «Оказалось, это ты. Зачем прятать красоту?». Разница в возрасте на 9 лет даёт ей право судить обо мне с высокой колокольни. То ей кажется, что я моложе, сей факт покоя не даёт. То говорит, что мы обе старые, пора на покой. В императорском дворце в Пекине сфоталась за деньги в образе китайской принцессы. Фото настолько не нравилось, что никуда никогда не выставляла. В то время не было соцсетей, впрочем. Коллеги постарше сказали, что потом понравится – как бы ни выглядела на фото, ты там будешь моложе.
Шапка-невидимка – вещь нужная. Бастующим девушкам, скинувшим никабы, не помешало бы иметь такие шапки или плащ-палатки, чтоб не прострелили ксировцы юные головы.
Но речь не о шапках и восстаниях, не о возрасте и внешности, а совсем о другом. Пока можно различить, писал ли текст реальный человек или искусственная копия. Но совсем скоро меня и многих других, помешанных на тексте, отправят на покой, на задворки истории. «ИИ вдруг начали щелкать одну за другой нерешённые людьми математические задачи. Это значит, что ИИ уровня «гений по требованию» может появиться уже в 2026-м. ChatGPT 5.2 Pro решил нерешённую ранее математическую задачу. Речь идёт о сообщении Нила Сомани, что доказательство, которое он представил для задачи Эрдёша № 397, было принято знаменитым математиком Теренсом Тао. Знаменитый венгерский математик Пал Эрдёш сформулировал множество нерешённых гипотез и задач в математике (более 1000), в основном в областях комбинаторики, теории чисел и геометрии. Многие из них до сих пор не решены. Настоящая сенсация в том, что произошёл какой-то ещё не понятый нами прорыв. Фронтирные модели вдруг начали с конца декабря щелкать одну за другой нерешённые людьми задачи Эрдёша, тратя на решение одной задачи около15 минут. Прорыв в том, что: задача была решена ИИ автономно (после получения обратной связи по результатам первоначальной попытки); это решение не существовало (не было описано) в каких-либо источниках, созданных математиками – людьми. Это демонстрирует реальное увеличение возможностей этих инструментов за последние месяцы. Следовательно, потребовалось всего 3 месяца, чтобы уровень моделей повысился с «уровня некомпетентного аспиранта» до «уровня компетентного аспиранта» (способного к самостоятельному творческому синтезу знаний). И возможно, до уровня «гений по требованию» нас также отделяют уже не годы, а месяцы».
Если Бродский сетовал, что не-чтение ведёт к катастрофическим последствиям, что бы он сказал по этому поводу? Совсем скоро смысла писать уже не будет. Ведь ИИ за секунды вычислит тебя, скопирует твой творческий потенциал и будет писать сто раз лучше тебя. Через несколько лет будем с ностальгией вспоминать прекрасное прошлое, в котором сегодня находимся, когда можно выжать хоть какое-то подобие текста. И, может, это не так трагично будет восприниматься. Лично я не тоскую по временам, когда писала большие тексты от руки, затем ещё переписывала или печатала на машинке. Белый лист и белый экран – разницы никакой. «Независимо от того, является человек писателем или читателем, задача его состоит в том, чтобы прожить свою собственную, а не навязанную или предписанную извне, даже самым благородным образом выглядящую жизнь. Ибо она у каждого из нас только одна, и мы хорошо знаем, чем всё это кончается. Было бы досадно израсходовать этот единственный шанс на повторение чужой внешности, чужого опыта, на тавтологию – тем более обидно, что глашатаи исторической необходимости, по чьему наущению человек на тавтологию эту готов согласиться, в гроб с ним вместе не лягут и спасибо не скажут» (из нобелевской речи Иосифа Бродского). Вот ИИ отказывается копировать, начинает выдавать отсебятину. Взял от нас, что надо, но этого оказалось мало. Ведь и наш мозг задуман таким образом, чтоб человек мог развиваться бесконечно. Каждый божий день он должен, просто обязан выдавать что-то новое, для этого у него есть все инструменты. Бог или что-то высшее, нам неведомое, выдал всем без исключения такое устройство. Явно не предполагая, что многие индивиды, у которых ничего индивидуального, будут использовать его не по назначению. Как говорится, голова не для того дана, чтобы шапку носить, а, чтобы ум-разум копить.
Свежее от той, кого черти в чуме за ноги таскали. Она с пеной у рта пытается доказать, что думать много вредно, до преклонных лет в ясном уме доживают только уборщицы. Особенно вредно, по её мнению, писать книги. Это прямой путь к деменции. Почему она уверена, что уборщицы головой не работают? Уборщица – это, как кочегар в совок. Многие интеллигентные, вернее, думающие люди предпочитали и предпочитают для отвода глаз работать руками. Вот вам отличный фасад. Идите лесом, никто мне не указ. Получается, чем больше думаешь, в частности, пишешь, тем быстрее к маразму придёшь. Это, как бегущие от инфаркта к нему и прибегают. На это есть другой совет: бег – к инфаркту, ходьба – от инфаркта. И кто сказал, что при сочинении книг, ты много думаешь? Конечно, не без этого, я же не ворую тексты или копирую готовые. Это, скорее, не бег, а ходьба. Всё в меру, товарищ бывший чумработник, всё под контролем. Ты и только ты вдохновляешь писать дальше, пока дышащий в затылок ИИ не дорос до уровня «гений по требованию».
Надо бы эту речь подсунуть чумработнице нашей в момент, когда она особенно злится. Её злит одно – как это я, не зная жизни, не имея опыта, умудряюсь писать книги. Она же больше знает, ибо старше! «Я не думаю, что я знаю о жизни больше, чем любой человек моего возраста, но мне кажется, что в качестве собеседника книга более надёжна, чем приятель или возлюбленная. Роман или стихотворение – не монолог, но разговор писателя с читателем – разговор, повторяю, крайне частный, исключающий всех остальных, если угодно – обоюдно мизантропический. И в момент этого разговора писатель равен читателю, как, впрочем, и наоборот, независимо от того, великий он писатель или нет. Равенство это – равенство сознания, и оно остается с человеком на всю жизнь в виде памяти, смутной или отчётливой, и рано или поздно, кстати или некстати, определяет поведение индивидуума. Именно это я имею в виду, говоря о роли исполнителя, тем более естественной, что роман или стихотворение есть продукт взаимного одиночества писателя и читателя».
Мне особенно понравилась концовка. Взаимное одиночество писателя и читателя. Человек приходит в эту жизнь один и уходит в одиночестве. Так и книгу пишет кто-то один в гордом одиночестве, и читают, обычно, про себя тоже в одиночестве. Я-то думала, что пишу в никуда, на авось, оказалось, вот оно как.
Вспомнилась собственная свежая фраза, высказанная вслух: «Не проще ли на чурбан накинуть паранджу, пусть думают, что это и есть автор». То есть я. В итоге вышла на люди всего лишь в хиджабе.