Что-то не получалось… Не получалось выровнять жизнь, как хотелось. То ли обстоятельства брали верх, то ли судьба повернулась своей дурной стороной, демонстрируя свой скверный характер, только у Милы, казалось, почва уходила из-под ног. Недавно ей исполнилось тринадцать лет, но проблем скопилось как у взрослого человека. Всё вместе оказалось слишком стихийным и болезненным: ранний уход мамы, с которым внезапно закончился период детства;сестрёнка, для которой теперь надо было заменить мамину ласку и тепло; скорый переезд к бабушке, которой не так уж были и нужны "свалившиеся на голову" юные родственники; новые правила жизни, требующие внутренних сил и характера. Характер у Милы присутствовал, но сил иногда не хватало.Бабушка была строгой, иногда даже жёсткой, что огорчало, в некоторых моментах возмущало, а иногда наполняло глаза слезами, готовыми показать всю степень обиды.
Однажды, когда внутри не осталось тёплых солнышек, а поселился лютый холод и стужа несправедливостей, несмотря на летнюю жару, Мила решила пойти, куда глаза глядят. В этот миг она стояла у забора, где рос куст сирени, укрытый густыми, тёмно-зелёными листьями. Взгляд перебагал от листа к листу, словно ища у них утешения, и вдруг замер, остановившись на большом белом цветке. При ближайшем рассмотрении цветок оказался живым. Легко вспорхнув, он отделился от равнодушного кустарникаи, превратившись в трепетную бабочку, медленно полетел в сторону калитки. Завороженная этим действом, Мила отправилась вслед за бабочкой. Ей вдруг захотелось стать такой же лёгкой и даже невесомой, избавившись разом от всех гнетущих мыслей и обид. Она выскользнула за незапертую дверь забора, ощущая как ноги сами несут её вперёд.Казалось, что цвета и запахи обострились, казалось, что от крыльев бабочки исходит невидимый тонкий звук, зовущий за собой. А возможно, что и не казалось, возможно, так и было на самом деле. Когда от дороги отделилась едва заметная тропинка, Мила не сомневалась, что ей надо туда. Тем более, что и бабочка свернула в ту сторону, а девочка просто следовала за ней, подчиняясь каким-то невидимым законам жизни.Когда деревья раступились, Мила увидела чьё-то жильё. Домой возвращаться не хотелось, хотелось только чтобы этот день не заканчивался. Она смело приняла это приключение и, решив его продолжить, постучалась в маленькую дверцу забора, оплетённого каким-то гибким растением, похожим на лозу винограда. Мила ещё не знала, что её ждёт по ту сторону, но была готова принять всё, что бы там ни находилось, доверившись легкокрылой бабочке, словно почувствовав дух волшебства, исходившей от этого прекрасного создания. Теперь ей предстояло узнать необычную историю, в которой участниками становились люди, разрешившие себе, как и она сама, перейти из обыденности в сказку.
Традиционно этот каменный одноэтажный дом с прилегающим к нему садом, где никогда не было зимы, переходил по наследству. Только очередными наследниками являлись ни дети, ни внуки, ни супруги, а случайно оказавшиеся здесь путники. Дом был так расположен, что путники появлялись здесь не часто, заплутав и сбившись с дороги. Новые хозяева оказывались совершенно разными по возрасту, характеру, привычкам. Старые же могли остаться жить в доме, могли уйти - по желанию, но редко кто уходил. Объединяло всех приходящих сюда лишь одно: желание столкнуться с настоящим волшебством, самому убедиться, что оно существует в природе. От широкой дороги отклонялась елезаметная тропинка, уводящая в лес. Не каждый мог её видеть, не каждому хотелось на неё ступить. Раз в пятьдесят лет, а то и в сто находился тот, кому это было интересно. Сейчас в доме проживали: бабушка Аглая, которой было уже сто сорок лет, попавшая сюда ещё десятилетней девочкой, дедушка Светозар такогоже возраста, но очутившийся здесь двадцатилетним юношей. Ещё была тётушка Фелиция шестидесяти лет. Она являлась последней наследницей дома, и на данный момент его полновластной хозяйкой. По сравнению с другими, обитала она здесь недолго, всего четыре с половиной года. И бабушка Аглая, и дед Светозар казались уже полупрозрачными от возраста. Почти всё время они мерно покачивались в креслах-качалках, словно исполняя ритуальный танец сна, в котором реальность переплеталась со сновидением. В отличие от них тётушка Фелиция была полна сил и жизненной энергии. Чуть полноватая, но быстро передвигающаяся, она мелькала то в доме, то в саду, непрестанно что-то делая. У неё было несколько выверенных временем ритуалов. Тётушка Фелиция вела дневник своих сновидений, а так жепланировала разные дневные дела, организовываяпорядок в жизненном пространстве дома. В три часа дня она неизмено пила чай в прикуску с пышным пирогом, источающим аппетитный тонкий аромат,с удовольствием угощая им и остальных жителей. Кроме людей здесь так же находились:лохматая собака Мушка неопределённой породы, зато шустрая и весёлая, черноглазая ворона Карлуша,которая частенько спорила стретьим обитателем домастаренькойя бело-рыжей кошкой Танюшей. Хотяначинка в пирогах менялась каждый день, в остальном все дни были похожи друг на друга, словно близнецы. Как же обрадовалась тётушка Фелиция внезапному появлению Милыв этих краях. Нельзя было сказать, что ей что-то не нравилось, однако нам всем иногда хочется свежего ветра перемен. Ветер перемен прилетел на крыльях порхающей беспечной бабочки, и привёл за собой гостью.
Тётушка Фелиция принялась хлопотать, усаживая Милу за стол, угощая свежеиспечённым пирогом. На дразнящий аромат выпечки, медленно расплывающийся в жарком воздухе, собрались остальные жители.Тётушка представила им прибывшую гостью. Карлуша важно прошлась перед Милой по поверхности стола межу чашекв горошек, кошка Танюша слегка потёрлась о ногу, а Мушка весело и задорно тявкнула, словно говоря: "Привет". Бабушка Аглая и дед Светозар практически не обратили на девочку никакого внимания, казалось, что остывающий травяной чай и пирог интересовал их больше.Ничего удивительного в этом не было, они слишком много повидали на своём веку, и практически ничему не удивлялись, тем более появлению новых гостей. Зато тётушка Фелиция радовалась от души. Она получила в своё распоряжение свежеиспечёного, как её собственный пирог, собеседника, могла теперь узнать новости из внешнего мираи поделиться рассказами о своей укромной, хотя и уютной жизни.
Первый рассказ, который пришлось услышать Миле был о нынешней хозяйке, приютившей её под кровом этого необычного старинного дома. Фелиция медленно и задумчиворассказала, что случилось с ней давным давно.Её память тихонько хранила воспоминания, которые лёгкими облачками, то наплывали ближе, то удалялись, гонимые ветром новых событий.
- Когда я была молодой и юной, примерно, как ты, - подмигнула она Миле, - я влюбилась в парня. Он был гораздо старше меня, и так красив, что в него невозможно было не влюбиться. Я, когда проходила мимо него, боялась даже дышать, не то что заговорить с ним. Но как-то он всё же заметил, что нравится мне, и пригласил на прогулку. Мы ходили по городу, держась за руки, он развлекал меня рассказами, смешил, иногда дурачился, а я была счастлива. Нет, не просто счастлива, а находилась на седьмом небе от счастья. Ты знаешь, как это находиться на седьмом небе от счастья?
Мила кивнула, соглашаясь. Она вспомнила детство, родителей, как хорошо и весело им было гулять по вечерам. Это беззаботное состяние прочно закрепилось в её памяти, как эталон позитивных эмоций, называемых счастьем.
Тётушка Фелиция довольно улыбнулась.
- Да, вижу, что тебе тоже знакомо это чувство. Прекрасно! Прекрасно, когда человек знает, что такое счастье. Ведь на самом деле для счастья не так много и надо. Правда?
Мила снова кивнула. Именно сейчас, когда кошка Танюша распложилась у неё на коленях, а Карлуша - на плече, сидя на мягкой подушке в плетёном кресле из лозы, окутанная теплом и негой, она была почти счастлива. Даже, если не счастлива, то во всяком случае очень довольна: и этим знакомством, и чаепитием, и неожиданной переменой обстановки.
- Только я не думала, что всё может измениться так быстро, - опечалилась тётушка Фелиция.
- Вот и я не думала, - поддакнула ей Мила, подразумевая свою ситуацию.
- Так сложились обстоятельства, что через три года моему дорогому человеку пришлось уехать. Он звал меня с собой, но я побоялась. Потом я всё ждала, когда он вернётся. Я надеялась, а время шло. Однажды мне пришло письмо, где он рассказывал, что у него всё хорошо. И звал к себе, а я обиделась, вместо того чтобы обрадоваться. Мне показалось, что если бы он меня любил по-настоящему, то позвал бы меня раньше. Это было глупо, но я опять не поехала. Лишь сейчас понимаю, что была тогда неправа. Однако и свою семью мне создать не удалось. Я жила с семьёй своей младшей сестры. Мне всё время казалось, что я им мешаю. Мне казалось, что без меня им будет лучше. В один из ненастных дней, после какой-то мелкой и незначительной ссоры, я собрала вещи и ушла.Уехала на первом попавшемся автобусе, вышла на случайной остановке, пошла по тропинке за бабочкой. Так я оказалась здесь. Но именно здесь я снова чувствую себя счастливо. Я ощущаю, что необходима: и бабушке Аглае, и дедушке Светозару. Им нужна моя помощь. Теперь я научилась проявлять свою любовь просто так, не требуя взамен каких-то доказательств своей нужности.Конечно же Мушке, Танюшке и Карлуше тоже без меня никак не обойтись, а мне без них. Всю жизнь я сожалела, что не поехала, когда меня звал мой дорогой человек, наивно надеясь на его возвращение. Надеялась на то, что он не сможет без меня. Это был эгоизм с моей стороны. Запомни, девочка, любовь надо беречь!
- Я пока не задумывалась над этим, - ответила ей Мила. - Но я тоже следовала за бабочкой, которая привела меня сюда.
- Ты к нам насовсем или уйдёшь обратно в большой мир?
Вопрос тётушки Фелиции оказался для девочки неожиданным и несколько тяжёлым для ответа. Тяжёлым, потому что там, откуда она пришла, остались боль и слёзы, а здесь был уют и хорошее настроение. Вместе с тем она понимала, что это небольшое дивное пространство не может заменить ей всю жизнь, пусть даже с проблемами и печалями, которые неизбежно случаются на жизненном пути. Отказаться от большого мира, это как отказаться от любимого человека, который тоже иногда может огорчать своими поступками и решениями. Здесь рассказ тётушки Фелиции пошёл Миле на пользу. Ей бы не пришло в голову сравнивать свою жизнь с чьими бы то ни было отношениями. Но ведь не важно, теряем мы дорогих сердцу людей или минуты и часы, если остаются сожаления об утере.
- Хотя у вас очень приятно и я совсем забыла о своих огорчениях, мне кажется, что я нужна большому миру. Мне так хорошо здесь, что уходить не хочется, но если останусь, я буду чувствовать, что упустила в своей жизни что-то очень важное. Ваш рассказ позволил мне это понять, - с трудом выговорила Мила.
|
