К сожалению, в охране Олеся проработала тоже совсем недолго. И это, опять же, получился не самый удачный период в ее жизни, о котором впоследствии можно было бы вспоминать с удовольствием.
Началось все очень хорошо. Красиво даже. Ее приняли по-дружески; ей всячески старались помочь; и будущее давало все основания казаться безоблачным. График два - два, приветливые, всегда готовые подсказать и поддержать коллеги, хороший адекватный начальник, приемлемые условия… Казалось бы, что тут может пойти не так?..
Олеся и раньше всегда говорила со смехом, что на ней словно порча какая-то наложена. Стоит ей только устроиться на новую работу, в организацию, где до ее прихода все было хорошо и благополучно, как условия тут же меняются в худшую сторону, и все словно переворачивается на сто восемьдесят градусов…
Начать следует с самого главного. При обсуждении потенциальной работы, начальник охраны сразу же сказал, что у них нет официального трудоустройства, но деньги честно выплачиваются два раза в месяц, - типа, аванс и зарплата. И это действительно было так; это подтверждали все старые сотрудники. Но вот как раз в тот самый день, когда Олеся пришла на работу в первый раз, директор торгового центра вдруг издал распоряжение, что отныне охранникам зарплата будет выплачиваться только один раз в месяц. А если кто хочет получать еще и аванс, - то им необходимо трудоустроиться официально. Часть сотрудников восприняли это с величайшей радостью, - и, в принципе, это было вполне понятно и естественно для людей, желающих иметь хоть какие-то социальные льготы и гарантии, а также оплачиваемые отпуска и больничные. Некоторые, правда, отказались, - по различным причинам, - поскольку им не нужно было официальное трудоустройство.
Олеся тоже пока отказалась. Она пришла сюда попробовать, еще вообще не зная толком, что именно представляет из себя эта работа. Она даже не была уверена изначально, что ей это понравится, - и уж, тем более, не в силах была предугадать, подойдет ей это или же нет. А потому она пока воздержалась, решив просто посмотреть на все, понаблюдать и подумать.
Получилось так, что устроилась она в охрану в середине апреля. А в конце месяца вдруг выяснилось, что сразу несколько сотрудников собрались увольняться. Кто-то сам принял такое решение, кого-то попросили… Причем, среди уволившихся оказались, по нелепому стечению обстоятельств, как раз те, кто отнесся к Олесе с самого первого дня наиболее хорошо и дружелюбно, как раз те, кто во всем помогал ей и поддерживал. А те, которые остались… Скажем так, большинство из них были не столь дружелюбны. Явного недовольства они пока не проявляли, но именно большинство из них отнеслись к Олесе с явным недоверием и предубеждением, хоть и пытались пока скрывать это.
Изначально работа в службе охраны была поставлена следующим образом. В смене одновременно были пять человек. Двое из них, - в том числе, начальник смены, - работали сутками. Они большую часть времени проводили в диспетчерской; они же следили за погрузкой и разгрузкой машин с товаром, выписывали пропуска и разрешения посетителям, - в том числе, различным строительным и ремонтным организациям, ведь торговый центр открылся еще не полностью; в части здания ремонт и отделка все еще продолжались. Так же в их обязанности входило раз в пару - тройку часов обходить торговый центр снаружи, чтобы убедиться, что там все в порядке. В оставшееся время они, типа, наблюдали за всем по камерам, - и за прилегающей территорией, и за самим торговым центром.
Эта работа в их организации считалась самой престижной и элитной. Все, кто устраивался сюда, мечтали попасть именно “на сутки”. Поэтому внутри самой службы охраны существовала даже своеобразная очередь. Текучка, разумеется, была всегда, и поэтому кто-то регулярно перемещался к “суточникам”.
Олесе, разумеется, изначально начальник охраны тоже намекнул на подобные сказочные перспективы. Мол, поработаешь немного, научишься, поднавтыкаем тебя, - и тоже перейдешь на сутки, в порядке очередности. Раз в месяц - два место обязательно освобождается; очередь двигается, - так что ждать долго не придется. А в диспетчерской, разумеется, лафа; сидишь себе просто целыми днями; не нужно постоянно бегать по этажам, - а ночью можно и поспать немного по очереди…
Лицензия охранника, кстати, для данной работы не требовалась, - Олеся изначально это уточняла, - но у большинства сотрудников она действительно имелась. Правда, не у всех. И начальник охраны сразу же дал понять Олесе, что, если она все-таки заинтересуется и захочет потом эту лицензию получить, - чтобы “двигаться дальше” конкретно в этой сфере, - то у него есть связи, и она сможет просто купить ее, безо всякого обучения и экзаменов; у него, мол, все там схвачено, и он этот вопрос решит в два счета.
Олеся даже всерьез заинтересовалась на тот момент подобной перспективой. Потому что работа, на первый взгляд, ей понравилась, - так что, кто знает, возможно, со временем она действительно решилась бы получить эту лицензию.
Так что, даже при работе в данной организации, у Олеси были определенные перспективы роста. И это ее поначалу очень вдохновляло.
Пока же ее рабочий день длился двенадцать часов. И, как выяснилось после первой же смены, это было весьма и весьма непросто.
На момент Олесиного трудоустройства “двенадцатичасовиков” в смене было трое. По одному на первом и втором этажах торгового центра. И один, типа, подменный. Он, по задумке, отпускал, - на обед или даже просто отдохнуть немного, - и двенадцатичасовиков, и суточников. Большую часть времени он, признаться честно, тоже проводил в диспетчерской и так же был как бы “полуэлитный” - это был как бы промежуточный этап между обычным охранником и суточником.
Самой тяжелой была работа на этажах.
Теоретически, сотрудник охраны должен был непрестанно курсировать по этажу и следить за порядком. Но, слава Богу, подобной жертвенности от него никто не требовал. Достаточно было хотя бы периодически проходить по этажу, - ну, раз в час, например, - и раз в пару часов заглядывать на лестничные пролеты, чтобы убедиться, что там не затаились террористы или не спрятались взрывные устройства. Все остальное время можно было спокойно сидеть на стульчике в уголке и поглядывать по сторонам.
Но в первый день Олеське на месте вообще не сиделось. Видимо, просто уже на нервяке, - но, едва присев, она тут же вскакивала и бежала дальше по залу. Возможно, подсознательно пыталась, таким образом, показать свое усердие, ответственность и желание работать… Она, в глубине души, действительно очень надеялась на то, что его оценили, потому что для нее самой это совершенно излишнее, как оказалось, усердие в первый же день вышло боком.
Почти двенадцать часов на ногах, - и вечером Олеся едва доползла до дома. Ноги болели просто страшно. До той поры она никогда не страдала от подобных проблем, - разве что однажды, во время открытия последнего салона “Блеска диванов”, у нее возникли кое-какие проблемы с венами под коленками, но тогда Олеся списала все это на нервы. Но до той поры ей никогда еще не приходилось проводить целую смену на ногах. А потому она была жутко удивлена, обнаружив вечером отекшие распухшие лодыжки.
Поэтому на следующий же день Олеся попыталась слегка умерить свой “энтуазизм”, - но это уже не слишком помогло ей на тот момент, потому что наутро лодыжки не просто распухли, а покрылись язвами. Такая необычная и не слишком приятная реакция собственного организма Олесю, признаться, весьма расстроила. Она всегда была девушкой спортивной; она бегала летом по несколько километров по утрам, ходила в тренажерный зал и вообще занималась спортом, хоть и не всегда регулярно, поэтому она никогда не думала, что у нее могут быть подобные проблемы. И не понимала их причину. Что это вообще такое было?.. Вены?.. Суставы?.. Точный диагноз Олеся, разумеется, сама себе поставить не могла, но факт оставался фактом: после двух двенадцатичасовых рабочих дней два выходных она практически пролежала в лежку, сползая изредка с кровати чуть ли не со стонами, потому что просто не могла нормально ступить на воспаленные ноги.
Вот тебе, блин, и спортивный образ жизни, который, оказывается, ни хрена не защищает от подобных ситуаций!.. И не подготавливает к таким, - очевидно, чрезмерным для организма, - нагрузкам…
Так что опытным путем выяснилось, что работа охранником не такая уж и легкая даже для здоровой, вроде бы, спортивной и физически крепкой девушки…
В последующие смены Олеся честно старалась без необходимости не усердствовать. Но побегать все равно приходилось, - и очень много. То старший смены направит в другой конец зала, то лифт нужно подключить, то наоборот выключить, то лестницу лишний раз проверить на предмет нахождения там подозрительных личностей… Так что все равно получалось очень много часов на ногах…
Признаться честно, Олеся едва-едва выдерживала свои честные две смены. Нет, она не жаловалась, не просила поблажек; она честно выполняла свои должностные обязанности, - но ей это давалось ой как непросто!.. И, несмотря на то, что сама работа, в общем и целом, ей даже нравилась, она с трудом, превозмогая боль в воспаленных ногах, доживала до выходных…
Лодыжки опухали уже не так сильно, как в первую смену, но окончательно заживить их и полностью избавиться от язв непонятного происхождения пока никак не удавалось. Олеся каждый вечер мазала их различными мазями и кремами, - от вен, от суставов, заживляющими, смягчающими, - и так далее, и тому подобное. За два выходных отек почти спадал; покраснение уменьшалось; язвы подсыхали, - но, в первый же рабочий день, к вечеру, ситуация снова ухудшалась…
Олеся стойко держалась и никому не говорила о своих появившихся вдруг проблемах со здоровьем. Она молча терпела практически невыносимую боль, с трудом находя в себе силы вечером доползти до дома. Выходные она ждала, просто как второе пришествие, и тупо отлеживалась, практически не в состоянии встать с кровати…
Да, ситуация складывалась не слишком приятная… Кто бы мог знать заранее… Но Олеся не сдавалась. Она лишь надеялась на то, что со временем ее организм адаптируется к подобным нагрузкам, почему-то оказавшимся для него чрезмерными, и станет легче. А пока она буквально жила в ожидании выходных, которые были ей просто жизненно необходимы для физического восстановления.
Поэтому для Олеси стало просто шоком, когда, по истечение первых двух недель, ей подсунули на подпись график на следующий месяц, и она, к своему неописуемому ужасу, обнаружила, что практически весь май ей поставили график три - один. С одним - единственным выходным… И сказали, что она должна его подписать…
Вот тут, кстати, Олеся припомнила то, на что прежде просто не обратила внимания. А именно: рассказывая ей о достоинствах работы, начальник охраны постоянно пытался высчитать зарплату с подработками. То есть, он не просто говорил о том, какая сумма выйдет за месяц, а непременно повторял:
- А если взять две - три подработки, то получится…
- А с двумя - тремя подработками выходит…
- Это немного, но две - три подработки, и будет…
Тогда Олеся просто не
