Дрюкин постучал по столешнице, почесал бровь. Денег было не густо, но голод ему не грозил. В гимназии, где он старательно изводил недорослей математикой, вечно красивая директриса Тамара Феоктистовна, не давала нищему учительству умереть с голоду, и то, что оставалось в столовой несъеденного детьми, съедалось их наставниками. Но, сказать честно, пища была дрянная, после каждого её приёма есть хотелось ещё больше. Тыщу-другую можно было заработать на репетиторстве, занимаясь с учениками из других школ после окончания уроков. Это тоже выручало.
Сегодня пятница. Хотелось праздника. Дюкин снова почесал бровь и пошёл на третий этаж к учителю информатики Столярову, огибая потоки исходивших воплями пятиклассников и менее шумные течения старших школяров.
Столяров, мужчина 58 лет, был в своём кабинете. Сергей Юрьевич, человек добрый и безотказный, выслушал Дюкина и согласился «поучаствовать».
Жена Дюкина Зайчик, фанатично преданная своей учительской безнадёге, пенсионерка, как и он сам, тоже работала в гимназии. Она и заманила его сюда.
Четвёртой была призвана Шаторова Наталья Егоровна, человек тонко понимающий жизнь. Такая и сама кого хочешь уговорит на праздник.
Собрались у Столярова в лаборантской. Пятничный вечер потемнел за окнами. Ополаскивая купленные Дюкиным тяжёлые стаканы с толстым дном, на дне каждого их которых была изображена морда льва, Наталья Егоровна обратилась к коллеге:
- Где Вы купили эту красоту, Александр Палыч?
- В торговом центре. Стекло чешское.
- Капустный! – радовался Столяров, разрезая пирог и раскладывая его кусочки в пластиковые одноразовые тарелки.
- Гонял сегодня опять Худышкина. Накурился втихаря на перемене и на урок опоздал. Барбос! – вспомнил Дюкин.
- А меня Ножкина опять порадовала, умница всё-таки она, – улыбнулась Зайчик.
Но час спокойной радости окончился. Наталья Егоровна и Зайчик мыли стаканы в синем пластиковом ведёрке, поставленном в раковину (водопровод в гимназии, естественно, был всегда неисправен), а Дюкин, складывая упаковку из-под пирога и прочий мусор в свой рюкзак, радовался.
За окном падал снег, мелькали огоньки трамваев. Пора домой.
