Для меня пребывание в потоке всегда было сродни нахождению в огромном поле. Дует ветер, колебля высокие травы, а ты стоишь с закрытыми глазами и слушаешь шорох, звучащий словно множество голосов, и чувствуешь, как тело овевает прохлада. Травы рассказывают истории, нашёптывают тайны, в этом колыхании ответы на все вопросы, нужно лишь уметь воспринимать их речь. Но сейчас в потоке я был не один – рядом со мной стоял Время.
Миллионы сцен проносились перед нами – вспышки рождений и смертей, кажущиеся отсюда призрачными события человеческого мира. Вспышки летели мимо, разноцветно переливаясь, и меркли, уносимые течением, а на смену им неудержимо стремились новые. Я заметил волнение, овладевшее Временем при виде этого зрелища, но решил не нарушать молчания, а подождать, когда он заговорит сам.
– Ты совсем не боишься смерти, Источник?
Вопрос был ожидаемым. Я ответил:
– Меня не пугает конечность человеческого бытия. Эта жизнь завершится, начнётся другая, не здесь. Чего же мне бояться? Такова наша дорога странников в беспредельности Мироздания. Единственное, что меня пугает – утрата Равновесия, но я знаю, что после физической смерти мы не расстанемся и продолжим наше странствие вместе.
Он понимающе кивнул и задал другой вопрос:
– Ты будешь сожалеть, покидая земной мир?
– Да. Я всем сердцем полюбил Землю. Пение птиц, цветы в моём саду, дачный домик, голубое небо, тропинка в поле… – я меланхолично улыбнулся. – Мои человеческие радости маленькие, но весьма дороги мне. Печально будет расставаться с ними, однако я унесу их в воспоминаниях.
– Неужели тебе никогда не хотелось, чтобы радость не заканчивалась? – Время испытующе посмотрел на меня.
– Я – хранитель Равновесия, в этом – моя радость. Ты желал растянуть мгновение на века, а что вышло? Бесконечный бег по кругу. Ты навязывал своё однобокое представление о течении жизни, лишая полноты опыта погружения в бытие. И по-настоящему радовался этому процессу только ты сам.
– Я боюсь окончания… – вымолвил Время. Признание далось ему с трудом.
– Знаю, – кивнул я. – Ты здесь для того, чтобы возвратить себе ощущение истинной бесконечности присутствия, свободного от желания продлить что-то, тем самым удержав. Вслушайся в поток, вглядись в него, а затем обрати взор внутрь себя.
Не представляю, что видел Время… Я мог бы проникнуть в его сознание, чтобы увидеть то же, что и он, но подобные фокусы я вытворял лишь в исключительных случаях. В данной ситуации следовало оставить его в одиночестве.
– Я забыл, насколько мощен поток! – вынырнув из глубин, возбужденно проговорил Время.
– И ты – его часть. Надо вновь стать устойчивым.
– А люди? – вдруг спросил он. Меня порадовал такой вопрос. В нём не ощущалось присущей некогда Времени жажды власти, а проявилось неравнодушие к судьбам зависящих от высших сил.
– Не навязывайся им, – посоветовал я. – Оставляй прошлое прошлому, будущее будущему, настоящее настоящему и не пытайся закольцевать мгновения. Пусть человеческие жизни естественно длятся под твоим присмотром.
Я хитро улыбнулся.
– А теперь скажи, какое чувство возникло у тебя в потоке?
Время ответил не сразу, будто раздумывая, а затем, улыбнувшись своим мыслям, произнёс:
– Радость…
