В давние-давние времена в дремучих лесах за высокими горами и широкими реками жили разные звери.
Жили они очень дружно. И у всех были длинные хвосты. Хвостами они следы заметали, чтобы охотники их выследить не могли. У одного медведя хвост короткий был, мешал он ему средь чащобы пробираться, всё цеплялся за ветки. Медведь взял его и оторвал, совсем себе коротенький оставил.
Питались все мелкими грызунами, вкусными веточками да корешками. А жилище себе устраивали под корнями могучих деревьев в норах. Рядом жили лиса и белка, волк и заяц, медведь и рысь.
Однажды по весне пришло половодье и затопило весь лес, все норы и берлоги под водой скрыло. Все звери плавать умели, держались на плаву, за ветки цеплялись. Одна белочка плавать не умела, запрыгнула она на дерево повыше. Нашла там дупло и устроила себе домик. Несколько дней вода в лесу стояла. Белочке так по ветвям скакать понравилось, что решила она там навсегда жить остаться. Она на ветках и старые шишки находила и жёлуди. Была сыта и весела. А зверям холодно в ледяной воде, посматривают они по сторонам: куда бы пристроиться, чтобы половодье переждать. Медведь тоже на дерево огромное вскарабкался, да ветки молодые грыз. Зайке повезло: он на пенёк рядом с осинкой забрался. И сидеть удобно и корой осиновой полакомиться можно. Рыси тоже место на дереве нашлось, только с едой было туго. Совсем есть нечего было, а ветки грызть долго рысь не могла, зубки её болеть начинали. Птиц трудно было поймать, крылья у них быстрые: вспорхнут - и нет их. Смотришь, уже на другом дереве сидят – смеются над рысью. А для лисы и волка нигде места нет: пеньки маленькие – сваливаются без конца. На ветках усидеть невозможно, они качаются, то и дело падать в холодную воду приходилось, да и ночью не уснуть никак. Держались они за стволы да на ветки упирались только. Невесёлая жизнь у лисы да у волка была.
Днём ещё можно было как-то жить, светло было, переговаривались друг с другом, шутили. Угощали друг друга вкусными ветками да кореньями, которые удавалось достать. Иногда мышки или жучки какие-нибудь всплывали. А как ночь наступала, так волк и лиса совсем в уныние приходили. Лапки у них короткие, за стволы неудобно держаться, а ветки не прочные: всё гнулись да качались. Первую ночь хорошо все пережили, с надеждой, что вода к утру уйдёт. Но воды только больше к утру стало. Уставали лапки у волка и лисы держаться. Да если, чем-то полакомиться приходилось, то часто падали в воду холодную. Плавать-то умели, да больно студёная вода была. Волк с лисой ночью совсем замерзали, зубами стучали. Вторую ночь кое-как пережили. А всем остальным и половодье нипочём. Попрыгивают себе, веточки да другой корм грызут и посмеиваются над лисой да волком. Медведь тоже крепко лапами держится. То одна, то другая лапа у него отдыхает. Рыси, конечно, не очень весело, но всё-таки жить можно. Зайчик с пенька на пенёк перепрыгивает да веточки осинки погрызывает. Третья ночь совсем невыносимой друзьям показалась. Мокрые да голодные волк и лисичка еле утра дождались. Решили отомстить остальным зверям, да только не знали как. Вода медленно уходила из леса, норы ещё затоплены, корма маловато совсем. Голод да холод вовсе волка с лисой добил, совсем они разозлились. Только с медведем шутки плохи, его никак не достать, да и силён был медведушко, тягаться силой с ним было бы трудновато. Белку ни за что не догнать. Прыгает легко да быстро. Рысь тоже лёгкая да юркая. Один зайка совсем рядышком. Убежать ему некуда — кругом вода, лишь всего несколько пеньков. Решили они хоть зайчика проучить и давай за ним по пенькам скакать. Целый день гоняли. К вечеру у зайчика уже и сил не осталось. А тут лиса за хвост умудрилась его схватить, да только не удержалась и в воду свалилась, но хвост не отпускала. Напугался зайка, что голодная лисичка может съесть его, рванулся изо всех сил, оторвался хвост и остался в зубах и хищницы. А зайка дальше поскакал.
Скоро и вода совсем сошла. Только хвостик у зайчика так и не вырос. По-прежнему волк да лиса, как только зайчика завидят, поймать его хотят. А зайка бедный бегством спасается. Вот так и остался заяц без длинного хвоста.
Так видимо, оно и было!