Фермаленд ( глава третья )
"Телефоны сдаем на хранение в обязательном порядке!" – вспомнил Валерий указания дежурного по "Фермаленду" и криво усмехнулся. Так вот, значит, вот для чего им это было нужно? Чтобы быть полновластными хозяевами над подопытными? Чтобы никто не мог пожаловаться или позвать на помощь? Чтобы единолично распоряжаться снятыми материалами? И вот сейчас он, Валерий, оказался в полной зависимости от этих засранцев, устроивших ему позорную катастрофу посреди гнилого болота...
Если бы Зинаида – его бывшая зазноба, которой он изменил по пьяни и которая указала ему на дверь – увидела его сейчас, она бы ехидно процедила: "Так тебе и надо, Дроздов! И поделом! Пусть у тебя пиявки всю кровь дурную высосут! Разлагайся теперь там, в болотине, развратник ты этакий! И ничуть мне тебя не жаль!"
Но почему "если бы"? А что, если она прямо сейчас, в эту самую минуту, смотрит на него в режиме онлайн и в голос хохочет над его жалким, непрезентабельным видом? Потешается над его беспомощностью? Ведь камера с дрона... она в эту самую минуту смотрит прямо на него! А что, если она до сих пор работает?
Боже, какой позор! Какой стыд! Нужно срочно смастерить нечто, похожее на юбку папуаса. Из подручных материалов. Подойдут ветки и вот ещё, трава какая-то... листья... И комары, хотя бы, перестанут кусать его в самое что ни на есть интимное место... Да их просто тучи!
А ещё ему нужна слега. Так, кажется, дрын этот по научному называется? Чтобы дно прощупывать...
Нельзя впадать в уныние, и если ещё немного покумекать, то выход всегда найдётся! Не стоит ждать милости ни от природы, ни от организаторов этих безумных аттракционов. Пора ему выбираться из этого болота. Всем невзгодам назло! Что если связать себе болотоходы из кореньев и веток – что-то похожее он видел по телевизору в передаче о выживании, и опробовать их в деле? Но там, в кино, люди были хотя бы одеты и обуты... А он гол, как сокол! Эх!
А Зина... Нет, она не стала бы над ним смеяться. Она бы его пожалела.
Его попытки соорудить импровизированные болотоходы провалились. Привязать ветки к голым ступням оказалось куда сложнее, чем он думал. Едва сделав первый шаг, он почувствовал, как ноги проваливаются сквозь хрупкие конструкции, уходя глубоко в вязкий ил. Зря только ноги ветками исцарапал. "Вот уж потеха для тех, кто наблюдает сейчас за ним!" – мелькнула мысль. Но это ненадолго. Он скоро выберется и лишит их этого зрелища!
Внезапно его осенило. Он выкорчует сухую березу со своего спасительного островка и, цепляясь за кочки её корневищем, будет скользить к твердой земле, подобно угрю. Оставалось лишь надеяться, что она где-то поблизости. Главное – выбрать верное направление.
Но что это? Что за звук? Он всё ближе и ближе... Квадрокоптер? Звук совсем рядом. А теперь удаляется... Завис... Опять приближается!
— Эй! Я здесь! — закричал Валерий, отчаянно размахивая руками. — Лети сюда, гад!
Квадрокоптер был небольшим. По приближающемуся писку пропеллеров было ясно — малыш, такой его на борт не возьмёт! Ага, а вот и он сам! Завис над его плавучим островом... покачал пропеллерами... Снижается! Ура! Его увидели! Его нашли! И скоро за ним отправят спасателей! Тут ведь недалеко? Наверное...
Дрон завис, меняя угол обзора — то слева посмотрит, то справа залетит — осматривает его состояние. Потом он качнулся, словно намекая: "Ты потусуйся тут, пока я на подзарядку слетаю. Помаши ручкой, если понял!" И улетел. Но на смену ему вскоре прилетел другой дрон. И тоже стал глумиться. Этот летал по кругу, рассматривая его со всех сторон. Валера представил себя на месте оператора. Тот, очевидно, ликовал: какая фактура! Какой материал! Улыбнись на камеру, чудик! Ты что такой кислый? Сегодня ты стал звездой Ютуба!
А потом улетел этот дрон, и появился первый. Так они и менялись, и он уже научился их различать. Прошёл час, другой, третий, а спасатели так и не появились. А комары и пиявки, тем временем, продолжали пить его кровь. "А ведь он сейчас в прямом эфире!" — обожгла его мысль. Как после такого позора он покажется на людях?
Как бы то ни было, он добровольно согласился на этот полёт. Да, был нетрезв, но сути это не меняет. Он даже что-то подписал. Непонятно что. Теперь организаторам ему предъявить нечего. Сам виноват! Но почему он оказался совершенно голым? И как умудрился отключиться прямо перед стартом? Неужели всё это было подстроено организаторами ради эффектной картинки для их блога? Больше просмотров, подписчиков, посетителей фермы, рекламы – и, как следствие, денег и славы. Нет, спасать его они не станут. По крайней мере, пока он в силе и реальная опасность ему не грозит.
"А Люба? Где она сейчас? Неужели не бьёт тревогу из-за его исчезновения? Или от неё что-то скрывают? Ведь с ним может случиться что угодно! Или она, как и все, просто наблюдает за его мучениями? Что она вообще может сделать? Она же пыталась отговорить его от этого полёта! Но он оказался упрямее осла.
Хоть бы воды с коптера скинули, паразиты! Бросили его тут на произвол судьбы. Стало ясно: помощи не будет, пора выбираться отсюда самому. Он ещё заявит о себе! Делайте ставки, пересмешники! Смеётся тот, кто смеётся последним!"
Продемонстрировав коптеру средний палец, он наконец оставил свой спасительный островок. Извиваясь, словно угорь, и сыпля проклятиями, он ринулся в вязкую болотную топь. Его продвижение было мучительно медленным, но неуклонным, направленным к спасительной стене из кривоствольных берёз, ольхи и ивы. Там, возможно, его ждала твердь.
|
