Эссе
Вот наконец-то наступила зима. Дождались. Солнца не видно с самого первого дня декабря. Сырая хмарь не предвещает ничего хорошего, только слякоть да тоску. А ведь была надежда, обещали близкие морозы, как в настоящую зиму. Ан нет, опять обманули!
Вот уже лет пятнадцать, если не больше, как я разлюбила это время года. Нет зимы, это не настоящая зима! Снега нет, мороз…хорошо, если месяц продержится, а то и на месяц его, родимого, не хватает: чуть зазвенел март, а он уже в путь-дорогу собрался. Даже и гнать его не надо, такой вот слабохарактерный стал, прямо беда.
А, помнится, в былые годы всю зиму ребятишки забавлялись на улице или пропадали на речке. Я помню снег по колено, как норма! Сугробы до верха забора наметало, не успевали дорожки чистить. Щедрая на снег была зима, ох, щедрая! Уже в конце ноября мы бегали на речку смотреть, не встала ли она. А если у берега чуть затянуло, сколько радости было! Значит, скоро кататься на коньках будем - снимай их с гвоздя в сарае, готовь валенки!
Крепчал мороз – детвора жила ожиданием. Тропинку к речке никакой снег не мог занести: на дню несколько раз бегали пробовать лёд. И вот, наконец, речка встала! Что тут творилось в ребячьем царстве! Срывались с гвоздей коньки, выкатывались чунки, санки – всё это перемещалось на речку и целый день от зари до зари здесь кипела бурная, неистощимая на выдумки ребячья жизнь. Приходили домой уже на ночь глядя, с окоченевшими руками и ногами. Отогревались у тёплой печки, еле ворочая красными распухшими пальцами, ужинали и падали где-нибудь на полу, под говор взрослых засыпали. Потом мать нас расталкивала, укладывала на кровати, развешивала около печки сушить нашу одежду, складывала валенки в подпечку, зашивала разодранные рукава.
А ещё было любимое занятие – катание со школьного бугра. Снег не переводился всю зиму. Каждый день школьный бугор после уроков стонал от ребячьей толкотни. В те годы бесснежье было таким же редким явлением, как нынче снег. Кататься на бугре мы могли и до восьми и до девяти часов: на столбах горели фонари, было светло, и мы, сверхсчастливые, часов не наблюдали. Катались на чем придётся: на санках, на чунках, на фанерках, на портфелях… На чунках могли усаживаться до десяти человек. С горы неслось сразу несколько саней. Если вдруг свалился – не зевай, не то наедут на тебя задние. Живо убирайся с дороги! Порой так увлекались, что дожидались родителей с хворостиной. Домой приходили белые, как снеговики. Получали взбучку, отогревались и мертвецки падали в постель. Вот это была зима! Вот это было детство! Счастливое, здоровое! Ведь скажи – не болели тогда никакими простудами. Ну, в общем –то, были случаи, но это была редкость. Морозы стояли хорошие, ядрёные, речку сковывало так, что по ней могли ездить грузовые машины, про мотоциклы уж и не говори. По реке возили камыш (тогда отапливались камышом), ездили на работу, сокращая путь, на рыбалку, да мало ли куда.
Всё это осталось в прошлом. Встретишь, бывало, друга детства и сразу: «А ты помнишь…?». Но что-то сломалось в природе. То ли осень вконец обнаглела и пошла на прямой захват временного пространства – так хочется ещё порулить в опустевших полях и сиротливых лесных зарослях; то ли зима безнадёжно заболела, а осень, как сердобольная соседка, как может, исполняет обязанности хозяйки в чужих владениях. Вот и пошёл перекос: есть весна, есть знойное лето, осень, но нет зимы. Есть время, приходящееся на зиму, но самой её, матушки, нет. Нет метелей со снегом, с завыванием, чтоб мороз по коже… А так хотелось бы!!! Я уж не говорю, как хотелось бы хорошего снега и морозца. Как у нас в школе сегодня радуются ребятишки, когда снег за окном идёт большими хлопьями, густой, на вид такой благодатный! Тут уж не урок, сплошной сумбур получается. И жаль мне смотреть на их весёлость, потому что через полчаса от этого снега останется одна сырость. Посмеялась природа, жуткая обманщица, хоть бы детишек пощадила! А если и задержится вымученный снежок день –два, но и он не радует: что с него взять, если сквозь него землю видно. Опять обман. Речка тоже не балует ребятишек: который год ни лёд, ни вода. А детвора ведь тоже бегает смотреть на лед, когда морозец вдруг наладится. Но нет, наладится – да тут, гляди, и расслабится. Обманул ребятишек, подлый слабак! А то задует ветер, дождём по стеклу стучит, неужто напугать хочет? Да уймись ты, глупый бедолага! Отстал, поди, от осени-матушки, характер показывает! Не к месту ты, не ко времени! Не ты сегодня хозяин! Другой мне ветер нужен, совершенно другого направления и свойства. Чтоб сила обновления в нем была и характер задорный! Ты мне мороз и вьюгу подай, чтоб сердце трепетало от восторга! Дай ты мне вздохнуть полной грудью, чтоб легкие обжигало морозом, а не этой мокретью! Нагони пургу-метель, навали снегу да подкрепи стужей, чтоб вся нечисть сгинула, чтоб всему доброму простор и сила земная впрок пошли, а душа наполнилась радостью жизни!
Но… на дворе слякоть, серость, сплошная мерзость. Сломалось что-то в природе, что-то очень важное. То, что было источником её силы, уверенности и необратимости. Ненастоящая зима, безрадостная, бесприютная.
Всё это так напоминает нашу жизнь! Просто удивительно, как порой катаклизмы природы и катаклизмы общественные создают полную серую гармонию!
