Я подошла к автобусной остановке. Раньше здесь останавливались два автобуса – шестьдесят семь и пятьдесят семь, а вот какой куда шёл, не известно. И спросить некого! Кроме меня на остановке - никого. Хорошо хоть с погодой повезло, светило яркое весеннее солнце, а по прогнозу обещали дождь. Наконец подъехал автобус, это был шестьдесят седьмой маршрут. Пока я раздумывала, в автобус зашли две девушки.
- На Канонерский остров идёт? - обратилась я к ним.
- Да, идёт на Канары, - ответили девушки, и продолжили обсуждение лекции, которую они, по – видимому, только сейчас выслушали в университете.
Мы сели напротив друг друга. Я не выдержала и вмешалась в разговор:
- Извините, а почему Канары?
- Да мы здесь родились и выросли, как то привыкли называть наш остров Канары, из - за песчаного пляжа на Финском заливе, который омывает берег Канонерского острова до самых Золотых ворот.
- А я вот, вышла на пенсию и решила изучить свой родной город. А то дом – работа, работа – дом…. Теперь много свободного времени. Много слышала и читала про остров, вроде и недалеко расположен, где – то всего полчаса от Невского проспекта. Да и тоннель под Морским каналом открыли только в восемьдесят третьем году, который соединил Канонерский остров с Гутуевским. Но его потом часто закрывали на ремонт.
- Вы знаете, ведь наш остров был, как отдельное маленькое государство, - заулыбались девушки. – Все друг друга знали. Наши бабушки рассказали нам много историй о Канонерском острове. Да и мы учимся на историческом факультете педагогического университета. Между большой землёй и островом ходили буксиры, катера. А когда канал замерзал, передвигались прямо по льду. В середине канала была прорубь, её покрывали мостки, через которые можно было перейти на Большую землю. Но, когда шли корабли, мостки убирали, и целый караван кораблей проходил мимо острова. А мы на заливе, когда он покрывается толстым льдом, катаемся на лыжах и коньках.
Девушки умолкли, задумавшись о чём – то своём, наверное, о не таком уж и далёком детстве.
Я вспомнила статью про Канонерский остров, из – за которой собственно и решилась на поездку.
Погрузившись мыслями в необычную историю острова, я не замечала, как пассажиры на остановках выходили и заходили в городской автобус.
Остров получил название от слова «канонир», в переводе с французского - пушкарь. В XVII веке здесь располагалась батарея со складом боеприпасов.
Во время Великой Отечетственной войны на Канонерском острове оборудовали стрелковые окопы, траншеи, пулемётные и артиллерийские позиции. С первых дней войны фашисты стремились проникнуть в Ленинград с моря. Но островитяне не сдавались. В самый холодный сорок первый год, была организована группа лыжников из работников Судоремонтного завода, который находился на Гутуевском острове. Они дежурили в вырытых землянках. В случае обнаружения попыток прорыва фашистов по льду Финского залива, группа мгновенно реагировала и отбрасывала врага назад.
И сейчас можно найти остатки землянок и воронок от бомбёжки, они так и не заросли с тех времён.
Ещё, если пройти по узкой части острова, можно увидеть остатки царской таможни у начала Морского канала. Это место называют Золотыми воротами – пошлину здесь раньше с судов золотом собирали.
Что интересно, остров никогда не затапливает. Потому что он находится выше города. Когда ещё при Петре Морской канал рыли, всю землю выкладывали на остров.
В середине острова расположен лес и озеро.В лесу можно было даже собрать корзину грибов.
Местные жители поговаривали, что на дне озера утопленники в тазиках с цементом стоят, в девяностые их туда бандиты сбрасывали. Лихие были времена и неизвестно, было ли это на самом деле.
По острову разбросаны недостроенные сооружения, которые привлекают киношников. Здесь снимали эпизоды бандитско – ментовских сериалов. Местных жителей иногда приглашали участвовать в этих эпизодах.
У многих были лодки, поэтому каждую весну рыбаки знали, где можно ставить сети на корюшку.
И по острову разносился огурцовый запах свежей рыбы.
Летом здесь хорошо, тепло, с залива дует прохладный ветер. Молодёжь приезжала позагорать и поиграть в волейбол…
Но это всё было в нулевые годы…
Я готовилась к мини - экскурсии на Канонерку, так ещё называют островитяне Канонерский остров, поэтому сходила в библиотеку.
Нашла в исторических хрониках Петербурга запись прототипа пушкинского Евгения из « Медного всадника», который жил на этом острове.
«…Капитан Луковкин, имевший домик на Канонерском острову, 7 – го числа отправился в Адмиралтейскую сторону за покупками к именинам (он – Михайло), оставя дома жену, сына – офицера, накануне из полка приехавшего, трёх дочерей и человек трёх людей; был там оставлен водою до утра 8 – го числа, потому что перевоз не учредился; дома своего не нашёл и места не узнал, а отыскал дом на Гутуевском острову и в нём жену в объятиях детей мёртвыми, людей также – бедный добрый Луковкин потерял разум».
Девушки прервали мои размышления, и обратили внимание, что мы въезжаем в туннель длиной семьсот метров под Морским каналом. Туннель представлял собой мрачное место с редкими фонарями, в середине он незаметно стал углубляться. Над туннелем проходил шестипалубный пароход. Зрелище, я вам скажу, завораживающее, не для слабонервных, показалось даже, что он идёт чуть ли не над самой крышей автобуса.
Автобус проехал по туннелю и выехал на кольцо конечной остановки, со скульптурой небольшого корабля посередине. Я вышла из автобуса, и передо мной открылось зрелище из будущего…
Огромный мост – виадук высотой семьдесят – восемьдесят метров пересекал остров, нависал над крышами жилых домов, и уходил крутым кольцом в глубину Финского залива.
Город задыхается от автомобильных пробок и, к сожалению, не пожалели небольшой оазис, под местным названием "Канары", для строительства Западного скоростного диаметра Санкт - Петербурга.
Я долго стояла, смотрела на мост и магистраль... потом направилась вглубь острова...
