Карлсон на фронте.
Карлсон по обыкновению валялся на диванчике и, как это часто с ним бывает, ничего не делал, как вдруг раздался настойчивый стук в окошечко. Пришлось подниматься – за окном оказался почтовый голубь с какой-то бумажкой в клюве. Карлсон впустил гостя, и тот молча, ничего не говоря положил перед ним письмецо. Это оказалась повестка из военного комиссариата их района, в которой было предписано ему, Карлсону, назавтра незамедлительно явиться в комиссариат для призыва на военную службу.
«Вот тебе и на!» – подумал Карлсон и с горя начал открывать последнюю банку варенья.
Прибыв на сборный пункт, Карлсон не обнаружил там толпы призывников и мобилизованных, прощающихся с родными – он был один. Командовал всем полковник с нашивками за ранения и годы службы. Первым делом он поинтересовался у Карлсона, действительно ли тот может летать с помощью своего моторчика. Карлсону пришлось продемонстрировать свои навыки и немного полетать сперва по кабинету, а затем и во дворе, где он даже исполнил несколько своих любимых пируэтов.
«Отлично!» - обрадовался полковник и даже потёр руки от такой удачи. - «Это как раз то, что нам нужно. Мы отправляем вас в новейшие войска беспилотных систем».
- «Как это беспилотных?!» -возмутился было Карлсон, - «А я что, не пилот?».
- «Действительно», - спохватился полковник, - «для беспилотных систем вы не годитесь, тогда вы у нас будете считаться лётчиком-истребителем, даже самолётчиком-истребителем».
На том и порешили.
Карлсона привезли в учебную часть, где его экипировали по полной программе: помимо зимней и летней униформы со всеми носками и кальсонами, – что было крайне нелегко подобрать по причине малых габаритов Карлсона – все равно кое-что пришлось подгонять по его довольно плотной фигуре, ему выдали шлем-каску и бронежилет, даже просто поднять который Карлсон был физически не в состоянии. Складской сержант хмыкнул и сказал, чтобы Карлсон все равно тащил бы за собой в казарму всё положенное ему имущество.
Получателем «гробовых» в случае своей гибели Карлсон обозначил фрекен Бок, с которой очень сдружился в последнее время. На друга Малыша надеяться было нельзя – тот подрос и завербовался в двухгодичную экспедицию на Марс. Ну, как на Марс? – в капсуле два года посидеть с такими же добровольцами – типа, на Марс летим. Их там испытывают на совместимость и вообще на всё. Вместо мышей и крыс.
На сборном пункте помимо Карлсона оказались с десяток призванных, как и он новобранцев и парочка вернувшихся с госпиталя после ранения ветеранов. Те первым делом отобрали у нашего героя новое имущество и впарили ему свои окровавленные обноски. Тяжеленный бронежилет они рекомендовали ему (и прочим новичкам) незамедлительно выбросить сразу по прибытии на место, так как бежать в нём в укрытие совершенно нереально. Также они советовали не набирать много дисков с патронами – они вряд ли пригодятся, а вот брать надо «жрачку», перевязочные пакеты и поисковый «маячок», чтобы их, хотя бы, могли найти и вытащить после ранения.
Наутро их погрузили в набитый до верху транспортный самолёт и вместе с другим пополнением повезли на войну. Там прямо на аэродроме офицеры с близрасквартированных частей забирали личный состав по спискам и развозили по своим подразделениям. Пока ехали, один из грузовиков подорвался на мине, а в ещё один врезался непонятно откуда взявшийся дрон и разнёс его в клочья. Весёленькое начало… Так думал каждый - пока ещё живой – и мобилизованный, и ветеран.
Карлсона с ходу включили в команду из всего трёх человек с задачей пройти во-о-о-н до той сгоревшей осины на холме, за ней сразу будет домик, а в нём, по данным разведки опорный пункт врага. Так вот, врага надо выбить, а лучше уничтожить и повесить наш флаг на крыльце.
«Всё – вперёд, родина вас не забудет», - это на прощанье сказал им сержант и вытолкнул одного за другим из блиндажа во враждебную пустоту. Со стороны осины на холме доносилась стрельба, в рассветном полумраке виднелись сполохи разрывов, а вслед за ними долетали их запоздалые отзвуки.
Карлсон как самый мелкий шел последним, он еле волочил за собой тяжёлое ружьё, которым он пользоваться не умел, и никто ему этого почему-то не показал, по дороге он потихоньку выкинул тяжеленые кассеты с патронами и обе гранаты. Бронежилет он даже не пытался на себя напялить – тот был слишком громоздкий и невероятно тяжёлый. Но каску всё же взял.
Всё с ним произошло так быстро, что он даже не успел переговорить с кем-нибудь из начальства, что он вообще-то не простой пехотинец, а самолётчик-истребитель и что его по ошибке засунули не в те войска. Но сопровождающий офицер быстренько с передовой смотался, а сержант слушать ничего не пожелал.
Пока Карлсон размышлял о прихотях и несправедливостях военной службы впереди раздался несильный взрыв - это один из напарников Карлсона наступил на противопехотную мину – их тысячами разбрасывали и те, и эти с самолётов-вертолётов, доставляли снарядами и разбрасывали с тех же дронов и даже с воздушных шаров. Парню оторвало ступню, бедняга дико кричал – из укороченной ноги по оголённой кости хлестала кровь. Карлсон не знал, что в таком случае надо делать – он не попал даже на самые ускоренные военные курсы, так как оказался между двух разных жерновов военной системы: в одном ведомстве он не числился, но состоял, а в другом – наоборот. Спасибо, другой его напарник кое-что соображал и вмиг перетянул калеке ногу жгутом.
О боевой задаче пришлось забыть – надо было тащить раненого обратно к своим. Обычно этим занималась специальная эвакуационная команда, но в этот раз сержант предупредил, чтобы в случае ранения выбирались самостоятельно. Раненого положили на маскировочное пончо и волокли, прижимаясь к земле – над головами посвистывали пули.
На этом беды не кончились: из-за пригорка появилось сразу несколько вражеских ударных квадракоптеров-камикадзе. Они дружною толпою набросились на группу людей, один из которых был уже тяжело ранен, а второй был – если вы не забыли – наш Карлсон. Один из коптеров спланировал на раненого, Карлсон и его напарник вмиг разбежались в разные стороны. Раздался взрыв и останки раненого разметало по окрестным кустикам. Следом ещё один коптер догнал бегущего напарника и также поразил и его – беднягу разорвало пополам.
Оставшиеся три коптера-камикадзе теперь развернулись в сторону Карлсона. Но тот вовремя вспомнил, что он, вообще-то, самолётчик-истребитель: Карлсон схватил подходящую для этого случая корявую толстую палку, включил свой моторчик поднялся в воздух. Он буквально ощутил, как опешили операторы дронов – так те неподвижно зависли невдалеке от Карлсона. И, пока они не сообразили в чём дело, Карлсон подлетел и одному и хряснул его дубиной промеж пропеллеров - дрон закружился на месте волчком и рухнул на землю. Такая же участь настигла и соседнего, а вот последний сообразил, что надо немедленно сматываться и рванул было в сторону, но не тут-то было: Карлсон нагнал и этого и с тем же успехом: счёт стал 3:1 в его пользу, но это, если не считать двух убитых его товарищей, которых даже как зовут он не успел спросить.
Карлсон сорвал смертные жетоны с шеи убитых и побрёл назад пешком – он экономил свою лётную энергию - на всякий случай.
В расположении части (роты) к нему сразу подбежал сам командир роты, а вслед за ним и командир батальона – они оба наблюдали в бинокли сражение Карлсона с квадрокоптерами. Им была не так важна потеря двух бойцов, как то, что в их подразделении освоена эффективная борьба с дронами противника. Сразу поступили доклады «наверх». Оттуда поступила команда ещё раз проверить действие этого необычного бойца (Карлсона) против дронов противника. Уже не сержант, а командир роты лично снарядил Карлсона в путь и проинструктировал действовать по обстановке и докладывать в штаб каждые 10 минут, для чего ему, наконец-то, выдали полевую карманную рацию.
Карлсон поплёлся на позицию, и на этот раз один. С «той стороны» тоже видели бой неизвестного маленького летающего солдатика с моторчиком за спиной с кучей квадрокоптеров и желали убедиться вновь в его способностях.
Над линией фронта летали туда-сюда на десятки километров вглубь и наши, и вражеские дроны: кто на разведку, кто на корректировку огня, а кто и поохотиться за отдельным бойцом или какой-нибудь техникой. Многие волокли за собой паутину из оптоволокна. Достаточно было немного приподнять свой взор от земли, чтобы убедится в этом. Причём, различить который из дронов свой, а какой вражеский на глаз было невозможно – они были практически одинаковые. Если нападают на тебя – значит, это враг, но, как правило, эта мысль приходила всегда последней.
Вот и сейчас в пределах видимости от ротного блиндажа носилось несколько малых квадрокоптеров. Ротный приказал Карлсону выйти из укрытия и выдал ему антидроновый дробовик. При этом опять нашему герою никто не показал, как им пользоваться – почему-то считалось, что он обязан это уметь по определению. От дробовика Карлсон отказался не только по причине своей военной неграмотности и общего отвращения к оружию – дробовик был слишком тяжёл и мог помешать в полёте. Карлсон снова взял палку в руки и пошёл навстречу судьбе и славе.
Хотя он имел все основания опасаться за исход этого предприятия. Дело в том, что основную лётную силу ему давало клубничное варенье. Именно варенье и никак ни повидло там, конфитюр или джем – только варенье. Прочие сладкие продукты тоже работали и создавали подъёмную силу после употребления вовнутрь, но кураж был не тот, да и пируэты в воздухе давались далеко не все. Всё, что у него оставалось из дома – это небольшой тюбик с клубничным повидлом. Карлсон прикончил его в один миг и затем уже смело шагнул в историю.
В открытом поле его заметили операторы «с той стороны» и направили на уничтожение цели сразу два коптера. Они как-то даже с ленцой приближались к стоящему вызывающе неподвижно Карлсону и шевелили своими смертоносными усиками – детонаторами - это были дроны-убийцы. Подпустив врага поближе (как в фильмах про войну), Карлсон вдруг взлетел и с первого же разворота врезал палкой по ближнему дрону – у того сразу сложились усики, завизжали пропеллеры, и он рухнул оземь, непременно взорвавшись. Оператор второго дрона, уловив в чём дело, попытался скрыться от угрозы на скорости, но не тут-то было: Карлсон моментально ускорился, настиг врага, как коршун и также срубил его палкой.
По выполнении задания он вернулся на базу и первым делом затребовал свой основной горючий материал – клубничное варенье. Иначе на него могут не рассчитывать. Командование было вынуждено пойти навстречу герою и выписать через военное интенданство целый ящик потребного горючего. Конечно, как и всё в армии дошла по назначению только половина, да и банки были заполнены не доверху, но для начала пойдёт.
Вот так Карлсон стал профессиональным самолётчиком-истребителем дронов. Начальство пыталось приспособить его для других задач, как-то уничтожение живой силы и техники противника, но Карлсон никак не мог выполнить это пожелание. Во-первых, он не хотел и не мог никого убивать, а
