выглядит?
- Ещё как!
- Она поздно замуж вышла, - девушка перешла на шёпот. - Ты только никому не говори, про это даже мой папа не знает. Когда ей было восемнадцать лет, она любила одного парня, и он её любил, но его грузовиком сбило. После этого она восемь лет не могла в себя прийти. Потом с папой познакомилась. Он почти на десять лет старше её. Через год я родилась.
Савелий сидел на диване, как каменное изваяние. Девушка, словно рассказывала о его прошлой жизни, отрывки которой снились ему с самого раннего детства.
Вот и папа пришёл. Седой красивый мужчина, в котором с первого взгляда угадывался какой-то начальник. И Савелий ему понравился.
Этой ночью он не мог заснуть.
«Что это? Выходит, я одну жизнь уже прожил. Жизнь, которая оборвалась внезапно. Сейчас живу вторую и влюбился в дочь моей девушке из прошлой жизни. А самой девушке уже сорок пять.
Выходит, она с восемнадцати до двадцати шести даже не думала о замужестве, любила меня. В смысле, Тимофея. Что-то невероятное! Хорошо, что я Ярославе об этих снах ничего не говорил.
Савелий так никому ничего и не сказал. Всё шло своим чередом. Через три месяца сыграли его свадьбу с Ярославой. Сны перестали сниться. Родители сбросились и купили им квартиру. Савелий взял в кредит машину. Вскоре у них родилась дочь. Бабушки души в ней не чаяли.
Вторая жизнь потихоньку стала забываться. Но однажды всё-таки напомнила о себе.
***
Был родительский день. Дочь осталась у его матери, а они с Ярославой и тёщей отправились на кладбище навестить родных и близких.
Протерли надгробья, положили цветы. Посидели, повспоминали. И стали возвращаться, но у Ульяны Анатольевны в руке ещё осталось несколько цветов.
- Давайте, зайдём ещё на одну могилку! – предложила она. – Там мой одноклассник.
Они подошли к незаметной могилке, и женщина положила цветы. А Савелий прочитал надпись:
«Борисов Тимофей Антонович, тысяча девятьсот семьдесят пятый – тысяча девятьсот девяносто третий год».
На глазах женщины слёзы – она всё ещё любила его.
