Кира с подозрением смотрит на Платона. Тот стоит к ней спиной, не поворачивается. И не уходит. Замер в исступлении.
Кира (с интересом и с некой опаской). И чего стоим? Кого ждём?
Платон достаёт из кармана ровно такую же связку ключей, как и у Киры. Он сначала сам смотрит на неё, а потом торжественно поднимает эту связку над головой.
Кира разочарованно вздыхает.
Кира (разочарованно). О... нет...
Платон оборачивается к Кире, опускает руку с ключами, бросает в сторону свои вещи и снимает плащ, убрав в него обратно ключи.
Платон (рассуждая, серьёзно). Нда... интересно-интересно.
Кира (с печалью и потерянностью в голосе). Да уж...
Платон (рассуждая, серьёзно). Я думаю... знаешь чего?
Кира (с печальным интересом). Чего?
Платон (спокойно и обстоятельно). Давай-ка, мы с тобой позавтракаем, а там решим, что делать дальше!
Кира вздыхает, безнадёжно и растерянно качает головой, а Платон деловито направляется на кухню. Повздыхав и помешкав, Кира уходит следом за ним.
Выдерживаем несколько секунд паузу и даём плавное затемнение, чтобы актёры успели переодеться и подготовиться к следующей сцене.
ЗТМ.
Сцена 3. Притирка
Действия происходят в квартире.
Негромко звучит музыка.
Включается свет. В разных концах комнаты сидят Платон и Кира. Оба переодеты во что-то поскромней. Оба едят, с недовольством и предвзятостью подглядывая друг на друга. Платон ест с аппетитом бутерброды с колбасой, запивает чаем. Кира попивает кофе и без особого удовольствия прикусывает слайс.
Платон (смакуя бутерброд, с набитым ртом). Слушай... Нам... похоже с тобой какое-то время придётся пожить вместе...
Кира (возмущённо, перебивая). Ещё чего!
Платон (смакуя бутерброд, с набитым ртом). Ну... пока не разберёмся и не утрясём всю эту ситуацию.
Кира недовольно поглядывает на Платона. Попивает кофе. Выдерживает паузу.
Кира (недовольно). Ну и к чему ты ведёшь?
Платон (дожевывая бутерброд, отвечает не сразу). ... Давай хоть познакомимся, что ли? Я Платон. А тебя как звать – величать?
Кира не сразу отвечает. Супится, пыхтит, отворачивается, вздыхает.
Кира (недовольно). Кира я!
У Платона в тарелке лежит ещё несколько бутербродов, он любезно предлагает девушке то, чем сам «богат».
Платон (протягивая целый бутерброд с колбасой). Угощайся, Кира! Чай я так понял, ты не пьёшь, или из принципа себе кофе налила, чтобы мне не уподобляться. Так хоть бутербродом угостись. Этими усопшими корками, что ты жуёшь, сыта не будешь.
Кира (сглотнув слюну). Я на диете.
Платон откусывает протянутый ранее бутерброд. Смакует.
Платон (смакуя бутерброд, с набитым ртом). Мммм...
Кира глотает слюну, одёргивается и отворачивается. Тоже хочет, но ограничивает себя.
А Платон специально дразнит и смакует ещё пуще.
Платон (смакуя бутерброд, с набитым ртом). Ммм... Ммм...
Съедает бутерброд и целует, облизывает пальчики.
Кира (нервно, обернувшись к Платону). Хватит, а!
Платон (снисходительно). Ладно-ладно... Извини.
Кира (печально). Ещё выходной сегодня, как назло. Вроде какие-то дела у меня на сегодня планировались... Что-то очень важное как будто бы... а не помню, что именно. И что теперь делать? Целый день сидеть на твою рожу глядеть?
Платон (быстро найдя, что ответить). Ну, мне же на неё глядеть приходится иногда... в зеркало. Почему я один должен страдать?
Кира (снисходительно). Ну, так-то да...
Платон (задумчиво). Да у меня, признаться, тоже на сегодня что-то планировалось. Я прямо помню, что куда-то собирался... А вот куда и зачем – не помню.
Оба задумываются... что-то вспоминают, что-то соображают.
Платон (отодвигая тарелку с последним оставшимся бутербродом, деловито, по-хозяйски). Ладно! Червячка заморил, теперь можно и поваляться, понежится, побездельничать... раз уж дел никаких на сегодня... вроде как нет.
Платон вытирает руки об майку, берёт пульт от телевизора, плюхается демонстративно на кровать, включает телевизор. Щёлкает каналы, смотрит (звуки телевизора слышны, переключение каналов, всё как положено).
Кира недовольно поглядывает на Платона, ей всё это не нравится, она с видом пакостливой задумки уходит вместе с кофе и своим недоеденным слайсом.
Платон лежит на кровати, щёлкает каналы. Вот, вроде его выбор на чём-то останавливается, он смотрит с интересом какую-то программу.
В комнату входит Кира. Она несёт в руке магнитофон. Ставит его на пол, включает (начинает очень громко играть ритмичная музыка, так, что звуки телевизора становятся неслышны). Кира под эту ритмичную музыку начинает делать зарядку.
Платон недовольно смотрит на девицу, пытается делать телевизор погромче на пульте, но куда там. Выключает телевизор, смотрит на занимающуюся Киру. И Кира знает, что Платон на неё смотрит. Старается.
Утренняя гимнастика Киры и наблюдение за ней Платоном длится недолго. Секунд 20 с того момента, как Платон отключает телевизор. Он успевает уже сменить несколько поз на своём «наблюдательном пункте», но в итоге ему это надоедает, он подходит и отключает магнитофон. Музыка прекращается.
Кира (возмущённо). Ээээ!
Кира пытается включить вновь, но Платон не пускает, отпихивает Киру
Платон (задумчиво). О тебе забочусь, дурёха! После еды зарядку делать вредно!
Кира (возмущённо). Ты... это... Слышь? Сожитель? Руки-то не распускай. Побеспокоился он. Что я съела-то? Только попила, считай. Так что не извольте беспокоиться, как говорится. А за фигурой следить – дело серьёзное. Так что попрошу не мешать.
Кира включает магнитофон. Музыка вновь играет. Платон стоит, смотрит, думает, что предпринять. Кира продолжает упражнения.
Платон начинает смотреть с интересом, как Кира упражняется, смотрит оценивающим взглядом, вроде уже и отводит взгляд, но начинает интересоваться..., и даже начинает смущаться.
Кира оборачивается в каком-то движении на Платона, застав его врасплох, ибо он откровенно пялится на Киру в этот момент. Но он тут же старается всячески не подавать вида своей заинтересованностью. Резко меняется в лице, с глуповато-заинтересованного, на серьёзное непоколебимое. Медленно проходит демонстративно мимо Киры (встаёт непосредственно перед ней, занимая передний план перед зрителем), опускается на пол, и начинает отжиматься. Отжимается откровенно – никак. О параллельности горизонтали речь не идёт вообще. Попа торчит острым углом вверх, руки сгибаются лишь на небольшой угол.
Можно при таком «угловом отжимании» темечком касаться пола – на усмотрение режиссёра, здесь же имеет место быть полёт фантазии актёра. Данный эпизод отжимания нужно обыграть максимально неказисто, чтобы на фоне гимнастики Киры был яркий комический контраст.
Кира тихонечко смеётся, глядя на то, как Платон занимается, она перестаёт делать свою гимнастику, отключает магнитофон, музыка заканчивается. А Платон тем временем делает свой не полный отжим, да и тот уже на последнем издыхании с трясущимися руками, но всё равно стремится не ударить в грязь лицом, перед девушкой.
[justify]Кира (сжалившись). Эй, ты... как тебя там... Платон. Давай завязывай. Ты только что наелся. Заворот