Сотворение Бога 8 глава

8.
Прошел еще один месяц. Дела фирмы шли, судя по финансовым отчетам очень неплохо. Альф, по его же просьбе, «переехал» в мою квартиру на Можайке. В его отсутствие в офисе фирмы, я все чаще стал подавать свой голос на утренних совещаниях. Все-таки прошедшие полгода меня кое-чему научили. Надо признаться, что не всегда мои решения, на первый взгляд, были абсолютно правильными, случалось, что встречали возражения со стороны сотрудников, но проходило два-три дня и оказывалось, что как раз именно эти решения были своевременными и единственно верными. Это придавало некоторую уверенность и осмысленность моему существованию.
Пару раз очень хотел позвонить Троице, но что-то меня останавливало – не хотелось врываться, и тем более разрушать чужую жизнь. Можно это назвать деликатностью, а можно и величайшей глупостью. Второе, наверное, будет вернее.
Я, все-таки удосужился посмотреть все три серии «Матрицы». И она действительно очень похожа на героиню этого фильма...
Что еще? Да, самое главное – Альф перестал со мной общаться. И я даже не был уверен, что этот блестящий «сувенир» вообще еще работает. Я решил, что его энергетические ресурсы все-таки подошли к концу, и он прекратил свое существование. Честно говоря, мне было, очень жаль его. Я привык к нему, как привыкают к другу, с которым и помолчать бывает приятно. Так было до сегодняшнего дня...
А сегодня суббота, самое начало мая. Я собирался во второй половине рвануть куда-нибудь за город, в лес, на природу. Какие-то, пока неясные мысли, бродили в моей голове, и я надеялся, что эта прогулка даст мне определенный эмоциональный настрой для продолжения моего романа.
Но к полудню накатила на Москву гроза. Просверкала, прогремела, пролилась мощным ливнем с ветром и умчалась дальше, оставив в арьергарде тихо моросящий дождь.
О прогулке пришлось на время забыть. Я и постарался «забыться», грохнувшись на диван. Только я успел «смежить очи», как вдруг, неожиданно «ожил» Альф.
- Проснись, лежебока! Слышишь звонок домофона? Встречай гостей.
Я вскочил с дивана, схватил со столика и сжал «шарик» в руках. Он был теплый, он был живой.
- Чертяка, Альф! Ты не представляешь, как я рад тебе. С возвращением!
- Я и не думал пропадать. Просто выполнял твою же просьбу, оставить тебя в покое.
- Прости, дурака. Я был не прав. Я люблю тебя.
- Только не вздумай меня слюнявить губами. Немедленно положи на место и иди, предупреди охрану, чтобы пропустили, что это твой гость.
- Я никого не жду. К черту гостей!
- Зато я жду. Человеку нужна помощь. Это я его пригласил. Стой! Хочу предупредить...
- К черту!
- Хватит чертыхаться. Она ищет работу и она свободна... ты меня, надеюсь, еще понимаешь?
- Так это?..
- Она мне позвонила, просила помочь с работой. Теперь, я все сказал. Иди!.. Кстати, она знает, что ты здесь живешь? Я так и думал. Скромничаешь, а между тем...
- Уж, лучше бы ты и дальше помалкивал... сводник.
- Пожалуйста, можешь убираться, если так. Я ее пригласил. Она пришла ко мне.
Я выскочил из квартиры и дождался лифта. Признаюсь, что меня немного нервно трясло. Троица вышла из лифта и, увидев меня, кажется, совсем не удивилась.
- Здравствуй, Митя. Честно говоря, я надеялась, что застану тебя у Альфа. Высоко он забрался, я выше двенадцатого этажа еще не была ни разу.
- Проходи, Альф тебя ждет.
И что-то такое в моем голосе прозвучало... не знаю, ироничное, что ли.
- Ой, Митя, не надо так вот... я действительно рада тебя видеть. Я все время ждала твоего звонка, а ты...
- Я так и не дописал, и поэтому... Что же ты стоишь – проходи, познакомлю тебя с моим другом.
- Шикарная квартира. Он такой крутой?
- Проходи в гостиную.
- Пока его нет, можно в окно выглянуть? Кремль отсюда виден?
- Конечно, только с другой стороны, из спальни.
- Здоровски. Вот бы немного пожить в такой квартире...
В ответ я только хмыкнул.
- Садись на диван. Лучше вот сюда.
Еще забыл сказать, Альф помещается на журнальном стеклянном столике как раз перед диваном, так что...
- Ну, и...
- Что «и»? Знакомься. Это Альф. Альф, это Троица, она же Оксана.
Альф, наконец, подал голос.
- Здравствуй, Оксана. Рад тебя видеть. Ты действительно очень красивая женщина.
Теперь Троица издала что-то нечленраздельное и завертела головой
- Митя, это что?.. Это прикол такой? Ты меня разыгрываешь?
- На этот раз тебе все же придется поверить. Перед тобой... да-да, именно этот блестящий «сувенирный» футбольный мяч и есть Альф.
- Брось разыгрывать. Альф, наверное, видит меня на каком-нибудь мониторе и вещает в микрофон. Он что, такой урод, что не может показаться мне на глаза?
Мне показалось, что Альф даже вздрогнул
- Оксаночка! Если бы я действительно был мужчиной, то на «урода» непременно бы обиделся. Но я всего-навсего механизм.
- Уникальнейший механизм, Троица. Единственный механизм в своем роде. Саморазвивающийся искусственный интеллект. Я бы сказал планетарного масштаба. Я не преувеличиваю, Альф?
- Недооцениваешь. Я давно уже вышел на вселенский уровень.
- Оба-на!..
И наступила пауза, которую нарушить пришлось все-таки, Альфу.
- Я понимаю, что Оксане нужно время, чтобы придти в себя, а уж потом завалить меня вопросами. Поскольку Дмитрий, в этом отношении не любознательный, больше погруженный в творческое созерцание собственной души, то ему и придется приготовить кофе.
- Послушайте... Альф. Черт, не могу поверить.
- А и не надо верить. Что за вера без доказательств?
Я понял, что это надолго.
- Н-у-у, поехали! Мне лучше заняться творческим созданием кофе.
И я вышел на кухню. Когда я через минут десять вернулся, то от неожиданности чуть было не выронил поднос с чашками.
Посреди гостиной, на простом канцелярском стуле восседал мужик лет пятидесяти. Чуть лысоватый, в очках, в стареньком темно-синем костюме, мятой голубой рубашке и с немыслимо широким галстуком в «темно-зеленый горошек». Не оборачиваясь ко мне, он изрек знакомым голосом Альфа
- Это все лишь голограмма. Оксана так лучше меня воспринимает. Я предложил... ей захотелось видеть меня в образе своего школьного учителя физики. Так что теперь я Алексей Васильевич Корешков. Мне кофе не надо предлагать, повторяю, я всего лишь голограмма.
- Мне ты таких «штучек» не показывал.
- Мы с тобой обходились как-то без этого. Садись, и передай чашку Оксане. Так, мы остановились на той программе...
- Да. Мне тогда показалось, что это...
- У тебя просто не хватило терпения и времени. И потом, я так понимаю, что тебе мешал разобраться с программой Дмитрий.
- Ничуть он мне не мешал...
Я никогда не видел, чтобы жгучие брюнетки, к тому же тридцати лет от роду, так могут краснеть. Обалдеть! Троица вдруг даже не покраснела... «повишневела», как школьница.
- Ну-ну, не надо так смущаться. Я понимаю – это жизнь. Так вот, ты, Оксана, была совсем рядышком от понимания назначения этой программы.
- Ф-у-у! Действительно, что это я... так, и что это было?
- Не что иное, как простенькая обучающая программа. Программа, не только дающая начальное представление о левитации, но и служащая руководством по пользованию летательным аппаратом «Левитон» серии JX. Надо сказать, что у тебя, Оксана, он примерно такой же модификации, что и у Дмитрия. И если бы ты смогла «расколоть» эту программу, то ему не пришлось