9.
Скоро Рождество. В этом году, на Москву накатили настоящие рождественские морозы. Но в маленьком, уютном домике под Москвой, в поселке с веселым названием «Жарки», нам тепло. Мы теперь живем здесь на ПМЖ. Мы расстались со всеми московскими «квадратными метрами» и не жалеем. Даже на работу я теперь почти не езжу, а если и приходится появляться, то только в качестве «свадебного генерала». Серега... пардон, Сергей Николаевич Борисов, все-таки вернулся на родину, и я скинул на него тяжелое бремя руководства фирмой. За мной осталось только почетное звание «Президент» с правом совещательного голоса. Меня это вполне устраивает.
Я продолжаю писать свой роман, но уже теперь мне становится очевидным, что я его никогда не допишу до конца.
О том, что произошло на следующий день, после того как пришла Троица, я не готов писать. У меня не хватит поэтического таланта Данте, а по-другому и писать-то невозможно. Наши познания устройства Вселенной теперь иными стали, но разве можно лучше сказать?..
Маяк любви, прекрасная планета
Зажгла восток улыбкою лучей,
И ближних «Рыб» затмила ясность эта.
Я вправо, к остью, поднял взгляд очей,
И он пленился четырьмя звездами,
Чей отсвет первых озарял людей.
Казалось, твердь ликует их огнями;
О северная сирая страна,
Где их сверканье не горит над нами!
Хотя я думаю, что с тех пор, как Данте побывал примерно в тех же местах, куда нас «провел» наш Альф-Вергилий, мало что изменилось. В корне изменился сам язык, которым все это можно было бы передать. Повторяю – мои «немотствуют уста». Может быть, позднее, через лет пять-десять. Пока же не могу.
О былом существовании Альфа напоминает только этот, по-видимому, пустой внутри, блестящий металлический шар, собранный из додекаэдров. Теперь он постоянно лежит слева от клавиатуры. Когда я задумываюсь, то непроизвольно поглаживаю его. Он стал вроде талисмана.
Мы с Троицей заняты теперь другим делом. Мы ждем! В последнее время она ходит по дому, будто что-то ищет или вспоминает, и при этом улыбается как...
Вот и теперь... она думает, я ее не чувствую - остановилась у меня за спиной, и читает с монитора эти строчки и тоже, верно, лыбится.
Кх-м! В иные времена, если бы я писал пером, чернилами или тушью, как кто-нибудь из великих греков, то в этом месте на пергаменте или на бумаге непременно появилась бы большая клякса, от полученного мною подзатыльника.
Уже много веков, разные ученые, искусствоведы спорят о загадке улыбки Джоконды. Глупцы, меня не спросили!
«Мона Лиза» - это портрет беременной женщины, ждущей рождения Бога.
Иван Васильевич Труханов. (Мазилин)
E-mail: - mazilin1@yandex.ru
| Помогли сайту Праздники |
