Глава 2. У печки
Лес казался неприступным. Солнце едва ли проходило сквозь могучие кроны деревьев, а их ветви, словно клешни, желали вцепиться в новую добычу. Тишина. Лишь слабый отголосок постукивания дятла по стволу. Всеволоду такой расклад дел ужасно не нравился. Словно грозовая туча нависла над ним, готовая в любой момент сорвать леденящий поток воды – и тогда: ни движения, ни сил, ни жизни. Юноше всё время мнилось, что нечто следит за каждым его шагом и действием. Между тем день клонился к закату. Душу новую не встретил, дороги новой не нашёл.
«Тьфу, зачем я только пошёл в лес! Словно наваждение какое-то», - с нарастающим отчаянием подумал он.
Но вдруг, перебирая ветви неказистых кустов, он вышел на небольшую поляну, укрытую васильками. А в центре неё стояла маленькая деревянная хижина с закрытыми створами. На вид совсем не жилая. Но Всеволод всё же постучал. Как и ожидалось, никто не ответил. Тогда с осторожностью он приоткрыл дверь и зашёл внутрь.
Повсюду всякий сор. В нос ударил запах затхлости. Впереди во всю стену печь, покрытая копотью, пылью да паутиной. Напротив неё лавка да стол.
«Кто ж жил в глухом лесу? Отшельник, видимо. Да что с ним стало?»
Ни на один из вопросов не было пока ответов. Стремясь избавить голову от плохих мыслей, Всеволод взял веник, валявшийся под лавкой, и убрал скопившийся мусор. Подошёл к печи. Взял кочергу и выгреб всю золу, а нашедшей ветошью протёр пыль да смахнул паутину. Стало чуть уютнее.
«Печь – царица дома. Негоже ей в обмотках паутины стоять», - подумалось ему.
Он присел на лавку, захотел прилечь, но тут из-за заслонки увидел очертания странного существа. Красные глаза сверкнули в темноте.
- Кто таков? Покажись.
- Ой, сразу покажись! А, может, я и не хочу показываться. Больно нужно! – скрипучим голосом ответило оно и выглянуло.
Это было в аршин ростом существо с жутко спутанными волосами. В них запрятались и листики пожелтевшие, и пуговицы потёртые, и нитки шерстяные – жёлтые да белые. Тоненькие ручки с острыми коготками то и дело тянулись вверх - рубаха была настолько велика, что сковывала каждое движение. Ух, и несуразно это, конечно, выглядело.
- Я дух-печник. Живу тут, ой, как много лет.
В голову юноше пришла мысль: «За печью никто не следит, не заботится, оттого и дух-печник так выглядит. Ох, хозяина бы сюда, всё бы заиграло красками новыми, яркими, красивыми».
- Так, а ты кто таков? Что молчишь?
- Я Всеволод, сын Ермолая. Кузнец. Как оказался в ваших краях, не помню. Вот и отправился в путь за поиском ответов. И домой бы вернуться.
Дух-печник, почесав затылок, призадумался.
- Ничем помочь не могу, добрый молодец. Но за заботу о печурке моей ненаглядной, дам тебе парочку советов: не гляди в воду, не пой песни да кошку за хвост не дёргай. Люблю кошек, хе-хе.
С этим словами он вмиг юркнул в печное отверстие и был таков.
«Вот помощь, так помощь. И он не объяснил ничего. Но нужно запомнить. Авось, пригодится», - решил юноша.
Ранним утром Всеволод собрался покинуть хижину. Выходя из неё, он услышал всё тот же скрипучий голосок:
- Что из них чепуха, а что правда? Что к неприятностям, а что к счастью? Сам решай, чему следовать. Судьбы своей нити тки на станке времени.
Всеволод обернулся, окликнул духа-печника, но в ответ лишь скрипнула дверь от дуновения ветра.
