Семь лет мечтала встретить, совсем не думала, что вот так придется. Придумывала себе фантазии разные. Сказал мне один здесь, что онемел ты после Чечни. Не можешь мне ничего ответить. Если бы мог, ни за что не подошла. Совсем я другая стала, на улице встретишь – не узнаешь. Ну, и ладно. Ну, и пусть, сама виновата, не так хотела встретить тебя, не вышло. Может в другой раз, в другой обстановке. Ухожу. Прошу, не оборачивайся, не надо. Пусть в памяти другое останется. Речка Петелька, детский дом. Ну, и все. Прощай.
Поцеловала в затылок и исчезла.
Может, задремал, пригрезилось это все Александру из прошлой, далекой жизни, а может, и нет. Только вздрогнул, когда Виктор тряханул его за плечо.
- Саня, в камин свалишься. Гляди, уже куртка дымит. Ты как? Совсем засмурел? Не по кайфу тебе этот бардак вижу.
Набулькал по полстакана водки, подсел рядом и, вдруг, совершенно трезвым голосом зашептал быстро,
- Вот что, Саня. Ты хоть врубился, куда попал? Славка тебе еще ничего не предлагал? Не слушай его – туфту будет гнать. Извини, не мог я тебя от этой поездки отгородить. Влип ты, Саня, по самые «не балуй». Тут скоро такое начнется. Что мне с тобой делать? Черт, ума не приложу, как тебя вытащить. Чего глядишь, давай, врубайся. Мочить тут нас будут, для того и собрали. Материал отработанный в расход пускают, списывают. Фейс хозяин меняет, следы затирает, хочет в белом фраке в народ выйти. Здесь почти все отморозки. Славка с Юркой случайно попали. Славка в дерьме уже по уши, трижды на вышку тянет. Юрку еще вытянуть можно. Не гляди на меня так, я здесь по другим делам, тебе знать не надо… пока, понял? Часа полтора осталось, с бабами вместе как котят порешат. А у нас на дюжину два ствола всего, не брали с собой, чтобы по пьяни, друг друга не уделать.
Со стороны посмотреть, два сильно пьяных приятеля в любви объясняются, вроде уже и подняться на ноги не могут.
- Ты хоть помнишь, как сюда ехали? Я же всю дорогу, тебе «пейзажи» показывал, особенно на поворотах. На Ярославке мы. До Загорска километров десять на северо-запад. Врубайся. Пока еще темно, бери Юрку… за сараем во дворе можно незаметно уйти. Только тихо забор круши. Все, по-тихому сваливайте, прикрою. Если сам живым отсюда… найду. Запоминай телефон на всякий. Все, братан, живи. Уходите через кухню. Прощай, пока, Сашка.
И тоже куда-то исчез.
И еще минут двадцать Саша сидел в каком-то оцепенении. Потом поднялся, Юрку кое-как одел. Сунул непочатую бутылку водки в карман, и почти взвалив на себя Юрия, потащил его на кухню, где еще раньше видел второй выход во двор. Под столом на кухне лежит парочка - спит. Саша выключил на кухне свет и приоткрыл дверь. В лицо ударило снежной крупой с ветром. Привыкнув к темноте, различил метрах в сорока постройку. Юрка, почуяв свежий воздух, зашевелился. Пришлось поторапливаться, пока он совсем не очухался. Небольшой бросок с Юркой на спине и все. Свет фонаря перед коттеджем сюда, за угол не достает, и в тени за сараем можно перевести дух. С двух ударов ногой половая сороковая доска забора треснула. Чтобы пролезть, пришлось выломать еще три доски…
Юрку протащил через дыру и посадил рядом, а сам секунд десять, наверно, колебался или готовился к чему-то. Только вдруг разом решил, и уже не пытаясь прятаться, пошел быстро снова в дом. Скользнул по лестнице на второй этаж. Шесть дверей. За двумя признаки «деятельности». Нагнув голову вперед, закрыл на секунду глаза, будто принюхиваясь. И когда открыл, прошел по коридору быстро и вторую дверь справа резко открыл. Со двора свет почти не попадал в комнату, словом, темно. Совершенно одетая, в дубленке, будто ждала, на кровати сидит. Даже не стал разглядывать кто – схватил за руку и потащил за собой. Нет, неправда, услышал все же на испуганном выдохе свое имя.
Коттедж крайний к лесу и уже через метров сто, его совсем не стало видно. Среди деревьев ветер не так силен и снег не так яростно бьет в лицо, но и снегу побольше. Варвару пришлось тащить на себе, сапоги со шпильками не очень пригодная обувь для леса. Да еще, чуть не волоком Юрку. Только теперь Саша заметил, что берета на голове нет. Хотел, было даже вернуться, прислонив Юрку к сосне, но почувствовал, что берет у него в рукаве куртки «заблудился». Наконец, очухался Юрка, и теперь его выворачивало, видимо короткая встряска подействовала на желудок. Отдышавшись, попробовал было что-то спросить, но, увидев жилистый кулак перед носом, пробормотал только «понял… понял…» и потащился, цепляясь за деревья за Сашкой.
А еще через полчаса уже далеко сзади несколько глухих выстрелов раздалось, а потом грохнул мощный взрыв, который был виден, наверно, в Загорске, теперь уж в Сергиев Посаде. И если бы кто в это время на окраине Посада вздумал оторвать голову от подушки или выбежать по нужде на двор, то, выписывая замысловатый крендель на свежей пороше, вздрогнул и уверенно сказал бы про себя, «во, опять у этих новых газ рванул, так им и надо, сволочам».
***
