Карандаши из Сибирского графита Алибера Отныне его графитовые стержни стали самым настоящим эталоном качества во всех Европейских станах. Согласно заключённому контракту, Алибер отгрузил на Нюрнбергскую фабрику свыше сорока тонн сибирского графита. И несмотря на то, что месторождение уже ему не принадлежало, но оплачивая немцами дорогая логистика позволила заработать весьма неплохой капитал. (225 995 тогдашних рублей чистым серебром(!) или примерно один миллиард наших нынешних русских рублей!)
1859 год
Жан-Пьер Рене Мишель Алибер покинул свою новую Родину. (Не забыв при этом выплатить всем нанятым рабочим жалование — на несколько месяцев вперёд!) Обосновавшись в тёплой Франции, он участвовал в многочисленных геолого-минералогических собраниях, отправлял привезённый из далёкой Сибири минералы в музеи Парижа и Лондона. И не раз получал медали от участия в международных выставках. Получал награды и немец Фабер за свои карандаши.
***
Однажды Жан-Пьер сел за счёты да и посчитал. Выходило, что его сорок тонн графита, вывезенных в Германию... давным-давно закончились, а карандаши с рекламным слоганом и упоминанием его имени по-прежнему и в больших количествах выпускаются в Нюрнберге! Недолго думая, француз подал иск в суд — на недобросовестное исполнение заключённого много лет назад контракта. И конечно же, — выиграл. Получив в качестве компенсации за причинённый ущерб — восемьсот тридцать две тысячи франков! (Это ещё почти один миллиард, если на наши нынешние рублики!)
А что же рудник на горе Батагол?
Его продавали несколько раз. Добычу графита на ней то возобновляли, то вновь останавливали. В основном из-за дорогой и сезонной логистики. И это несмотря на то, что в Российской империи в те годы был самый настоящий карандашный голод. Его «утоляли», привозя продукцию из-за рубежа. (Покупали и у того же Фабера.) Геологи тех лет тоже не сидели сложа руки. Открывали солидные месторождения графита. Но его добывали уже не для нужд канцелярских фабрик, а для растущей год от года тяжёлой промышленности. Российская металлургия требовала не десятки, а сотни и даже тысячи тонн графита.
Двадцатые годы прошлого века
Придя к власти, большевики начали беспощадную борьбу с неграмотностью. Единовременно усадили за парты десятки миллионов граждан всех возрастов. И каждому был просто необходим хотя бы один карандаш! Для этого срочно национализировали все фабрики, выпускающие столь необходимый пролетариату продукт. Этого оказалось недостаточно, и тогда решили срочно строить новые. Для чего пригласили в СССР ещё одного, правда, уже заокеанского «Остапа Бендера» — бизнесмена Арманда Хаммера. И он, «не мудрствуя лукаво», отправился в Германию, где и закупил у всё того же Фабера, нет, не готовые карандаши, а станки для их производства.
1935 год
В этот год Советский Союз обеспечил все свои потребности в карандашах и начал их экспортировать, в том числе и в Германию! Идея француза Алибера была полностью реализована, правда, с задержкой аж на девяносто лет!
Карандаши в космосе
Изначально и советские космонавты, и американские астронавты вели свои записи исключительно карандашами. Астронавты использовали автоматические карандаши с тонким грифелем. Наши использовали — восковой. Оба были далеки от совершенства. Американские — автоматические — частенько ломались, и осколки грифеля могли запросто залететь туда, где ему совсем не место. Наш отечественный карандаш имел толстый стержень, и то, что им было начертано, читалось с трудом, да если честно, то и писать тоже — нелегко. Но всё же его конструкция, придуманная пару веков назад, была абсолютно безопасна и для космического корабля, и для экипажа.
Иван Петрович Алибер или Жан-Пьер Алибер
