5.Аристократический клуб
Осень сухая, солнечная, с утренними заморозками, с положенным листопадом краснокленным проплыла и растаяла, промозглой сырой зимой заслонилась, полегла лужами грязными, на ржавых листьях замешанных. Лишь к середине декабря что-то похожее на снег появилось.
Уже теперь неизвестно, какую работу провернул Павел Яковлевич Хмелевский, где и в какие пруды «уток» своих запустил, но слухи поползли по России, что прямой потомок русских великих князей, да еще и из Романовых к тому же, вот тут, совсем рядом. Тихо, мол, ходит-ездит по стране, присматривается к тому, что делается, с народом простым говорит. Обещать много не обещает, но все же говорит, что властью своей, ежели призовет народ занять трон, постарается сделать, чтобы не было в России бедных. Старая-старая сказочка про доброго батюшку-царя загуляла, как раньше говорили, «в подметных письмах», которые прочесть надо, да пять раз переписать и послать пяти своим знакомым – мол, тогда, у кого те письма в нужный момент окажутся, тем будет особое благоволение.
Дурь, конечно, несусветная, но стали эти письма находится по всей стране от Калининграда до Сахалина. И даже по всему бывшему Союзу, по всей Эсенговии - по всей бывшей Российской империи. В азиатских «странах» даже наказывать стали за эти писульки. По опросам будущих избирателей стало получаться, что более тридцати процентов потенциальных избирателей задумались о будущих выборах президента страны и уклончиво отвечали – «еще не определились».
Хмелевский ходил, потирал руки, и строил на лице какую-то замысловатую улыбку, больше похожую на оскал звериный – «это только начало – то ли еще будет! Мы еще тряханем всех как следует – на коленях от Красной площади до Коломенского поползут в нужный момент». Почему именно до Коломенского, а не скажем, до Серпухова или до Тулы – непонятно.
Это в самом конце двадцатого века, и такая дурь. Хотя, кто знает эту загадочную славянскую душу – иногда такое выкинет, что весь мир потом расчихать долго не может.
В офис «ТДР» с курьером принесли, для передачи лично в руки Президенту конверт, с приглашением посетить в означенное время закрытый аристократический клуб для знакомства. То есть причина как бы даже расплывчатая, осторожная.
Даже Хмелевского, по факсу получившего от Саши копию приглашения, оно покоробило - «Гниды, еще принюхиваться вздумали, я им постараюсь устроить веселую жизнь, пусть попробуют только вякнуть, что не Государь будущий». В запасе было два дня. И все эти два дня Инна все решала, - стоит ли идти, или проигнорировать». Звонила постоянно кому-то, с кем-то советовалась. И к концу второго дня, когда Саша приехал из института, где сдавал успешно первую сессию, торжественно объявила – «Быть сему… блин! Поедем на смотрины!».
С большими шумными спорами все же уговорила Сашу нарядиться в смокинг, но вот нацепить звезду Героя ей никак не удалось. В конце концов, она с этим смирилась и дальше занималась исключительно своим туалетом. Из драгоценностей нацепила только брошь и браслет с мелкими бриллиантами. Саша долго сидел в кресле и наблюдал, как Инна наводит «марафет» - нравилось ему это. Но ворчать не прекращал и под нос бубнил, что в таком наряде можно закатится куда-нибудь в шикарный ресторан и славно посидеть вечерок.
Минут за десять до означенного времени подкатили к обшарпанному по фасаду старенькому особнячку восемнадцатого века, зажатому между новыми домами между Покровкой и Мясницкой. До недавних совсем пор здесь помещался не то псих, не то кожновенерологический диспансер. По крайней мере, сохранился осколок указателя – «…спансер». Это уже развеселило Сашу и он расфыркался, и даже начал отпускать шуточки по этому поводу.
Они ожидали сразу увидеть толпу из «баронов, князей и графьев», разодетых в пух и прах, с лентами, орденами и прочей мишурой. И которые при их появлении непременно должны были если не пасть ниц перед будущим престолонаследником, то присесть пониже.
В большой прихожей с лестницей широкой наверх толкалось человек пятнадцать ничем непримечательных граждан, одетых кто в чем, правда, в джинсах и свитерах никто замечен не был. В ливрее шитом золотом, явно малом в плечах, оказался только один гориллообразный встречающий. Он попросил приглашение и громко рявкнул на всю большую, освещенную лампами дневного света и столь же обшарпаную прихожую
– Президент Торгового Дома господин Романов Александр Николаевич с супругой.
Это рявканье не произвело ровно никакого впечатления на присутствующих. Разве что несколько девиц вздрогнули от неожиданности. А так все были больше заняты тем, что перед зеркалами приводили свои прически в порядок, да меняли зимние сапожки на туфли с высокими каблуками. На их фоне Саша с Инной выглядели просто ряжеными идиотами.
- Граф Дубецкий с супругой - теперь уже Инна вздрогнула от рыка «гориллы в ливрее». Парочка в поношенных дубленках. Граф в «жириновке».
Инна заколебалась и уже хотела, было потянуть Сашу обратно, но Саше как раз понравилась эта «ситуэшн» и его «понесло».
- Так, моя радость. Вот это и есть наше великосветское общество. Давай, я помогу снять твою шубку, а вот брюллики советую все же положить в сумочку от греха подальше. Ну-с, господа, блин… посмотрим, что вы из себя можете представить. Ну, очень любопытно-с. Черт, не взял монокля, было бы весьма и весьма…
***
На втором этаже в большом зале было относительно лучше. Здесь шла полным ходом реставрация, и часть залы выглядела прилично, поблескивая бронзой, позолотой и мрамором. Большие окна частично тоже сверкали стеклопакетами, остальные – облупившейся краской подозрительно серого цвета. На небольшой эстраде струнный квартет возил смычками, пытаясь изобразить «из Моцарта нам что-нибудь». По периметру стояли разнокалиберные стулья и кресла, начиная с «счетверенных» кресел с дермантиновой обивкой до отреставрированных кресел явно антикварного происхождения. По кругу, как заведенные, шастали пары, раскланиваясь при виде знакомых, и тихонько обсуждавших свои бытовые проблемы. Саша и Инна на их фоне выглядели просто театрально. Саша быстренько сориентировался и потянул Инну налево, где в боковой комнате явно намечался буфет. В буфете на шесть столиков было всего две парочки, которые тянули через соломинки фруктовые соки из маленьких пакетов. Саша взглянул на цены и все понял.
- Инночка, ты пробовала «Советское шампанское» по цене коллекционного армянского коньяка двадцатилетней выдержки? А кофе по цене билета на поезд «Москва-Питербург»? У меня появилось жгучее желание тотчас же все это попробовать и тебя угостить. Я так понимаю, что в этом аристократическом клубешнике, халявки относительно бара не предвидится – и, тут же, не дожидаясь ответа жены, скучающей буфетчице улыбнулся – Милочка, плиз… изобразите бутылочку шампанского, кофе, шоколад, еще… вон тот фрукт экзотического вида на тот столик.
«И что это все девицы так млеют от одной его паршивой улыбки?» – подумала Инна, усаживаясь за столик в углу, стараясь не помять при этом вечернее платье, но тут же ухмыльнулась удовлетворенно – «А сама-то, сама? Господи, я ничем не лучше этих сикушек – такая же кошка».
Не успели они попробовать «столь вожделенное шампанское», как в буфет вбежал молодой человек во фраке, лет семнадцати, белобрысый, с косой челкой, постоянно падающей ему на глаза. В очередной раз, откинув ее назад, оглядел посетителей, поправил бабочку и подошел к их столику.
- Господин Романов?
- И-и-ес…
- Извините, ради Бога. Я должен был вас встретить внизу. Но вы, извините, приехали на десять минут раньше. Извините.
- Садись, приятель. Как тебя зовут?
- Олегом… Олег Голицын.
- Граф?
- Вроде бы.
- Ну и отлично, граф Олег. Давай для начала, для знакомства выпьем. А потом, ты нам, серым господам Романовым расскажешь-объяснишь, куда мы попали, и на кой хрен нас сюда затащили? Да ты садись, садись. Ничего же не произойдет, если ты с нами убьешь лишнюю пару минут.
- Мне, собственно, поручено провести вас к…
- Вот выпьем шампанского, а потом… ты граф или не граф?
- Граф.
- Тогда садись и пей. Вот так. За знакомство и твое здоровье. Погнали…
Олег с одного бокала шампанского, который он выпил залпом, неожиданно начал косеть и слегка заикаться.
- П-понимаете… сегодня к-концерт у нас… солисты театра Бориса П-п-окровского. И п-п-параллельно совет идет… этих … ну, как их.
- Ветеранов? Старичков-пенсионеров?
- С-с-сенаторов.
- Ничего, тоже на «с». Сенаторов какого Сената? Подвально-подпольного, что ли? Или параллельно-перпендикулярного Совету Федерации? У нас в России все может быть. Даже перпендикулярно.
- И из с-совета Федерации тоже есть. Б-барон… Врангель.
- Интересно-то как! Инна, снизошли, наконец, престолонаследника принять. Не знаешь, Олег, хлеб-соль приготовили к моей встрече?
