начнем. Как мыслишь Иван Андреевич?
- Мамаю мы уже изрядно досадили, но у него теперь замятня с Тохтамышем, не до нас. Нам ждать, пока он первым на нас пойдет, не след. Куснуть бы его надо, где нито, потревожить
- Только не сильно. Пусть себе думает, что силенок у нас маловато…
Владыко Алексий в колымагу монашку усадил. Стрелец подвели ему коня, на колено опустился, готовый помочь. А Алексий коня погладил, покачал головой
- Видно верхом я отъездился. Тяжело мне, трястись в колымаге придется. Ну, все, дети мои, прощайте. Последние мои благословения примите.
- Дороги доброй, Владыко. Долгих лет.
- А это как Господу будет угодно.
И выехал со двора
- Гриш, совсем плох наш Владыко стал, ну да до Москвы потихоньку доедет. Подумал ли о вчерашнем? Снилось что?
- Не спал, всю ночь думы одолевали. Решил – сватайте, так тому и бысть. Надо о продолжении рода подумать
На крыльцо Бренок вышел. С усмешкой в бороду позвал
- Разлюбезные бояре, большой совет вас дожидается. Без вас дела государственные стоят.
Вошли в гридню, стали у порога. Дмитрий ухмыльнулся
- Чего встали? Вон туда в конец стола садитесь. Дело есть.
Оглядел все еще раз, к кружке приложился, поморщился
- А дело такое. Тебе, Михаил Мороз предстоит в дорогу не мешкая собираться. Поедешь в Нижний с грамотой. Дмитрий Константинович, грамотка готова ли?
- Готова.
- На дорогах, Михайло нынче неспокойно. Один поскачешь, если что грамоту эту уничтожишь… смотри только сургучом не подавись. В таком случае на словах передашь сыну Дмитрия Константиновича Василию Кирдяпе, наказ. В Нижнем теперь гостюет от Мамая ордынский посол Сарайка с охраной небольшой. Василию наказ порубать их всех прилюдно. Понял ли? Тебе чего, Григорий Васильевич, что встрепенулся? Да сиди ты, молви.
- Великий князь, может мою дружину послать?
- С тобой, воеводой. Рановато, успеешь еще отличиться, все у твоей дружины впереди. Ты что скажешь, Михаил Иванович?
- Михаил вдруг побледневший встал из-за стола.
- Не сочти за дерзость Дмитрий Иванович, но нельзя послов убивать, какие бы они вражьи не были. Подло это.
Дмитрий, резко встал из-за стола, кресло опрокинул. Подошел к Михаилу вплотную
- А как князей наших, да послов в Орде изводить да лютой смерти предавать, не подло?
- Мы не такие, как они, у нас правила не позволяют… по совести надо жить.
- Борятинский, ты чему его научил? По правилам жить, по совести?
Тот только крякнул в досаде, а Дмитрий вдруг успокоился и медленно пошел на свое место
- Вот что, Михайло… посол ты хороший, да только далеко не можешь зреть. Против Орды замыслили войну. Либо они нас на колени поставят, либо мы их искореним. Третьего нам не дано. А на войне все можно… без правил
- Прости меня, Великий князь, волю твою исполню в точности, но апосля прошу освободить меня от посольских дел. Уж лучше я мечом буду тебе служить, простым ратником, в битве сомнений не бывает.
- Хорошо молвил. Прощаю. Доброго пути тебе, с Богом. Ступай. Григорий, проводи.
Прощаясь, Григорий молвил напослед
- Вези-ка, Мишка мою невесту сюды. Венчаться да свадьбу править здесь буду. Уж больно любы мне места моей новой отчины.
- Для тебя, Гришка, уж я расстараюсь, будь покоен. Жди.
- Да, ехай уже, сводня. С Богом!
На дороге из Переславля обогнал Михайло Мороз баб бредущих по своим весям. У каждой по узелку остатков пиров княжеских, да за пазухой по алтыну от щедрот боярина Солтыка
