отсутствие денег. Но и деньгам взяться было неоткуда. Оттого ситуация стала казаться Даме Желудка не только безвыходной, но уже откровенно патовой…
В один из таких «морально-невыносимых» дней Билли попытался было утихомирить «бушующее море» своей стандартной в таких случаях фразой: «Натуль, да всё будет нормально». Но был жёстко задвинут не менее стандартным в таких случаях ответом: «Да заткнись ты со своим «нормально!».
После чего, чувствуя, что перегнула палку по отношению к «любви всей жизни» Дама Желудка чуть сбавила эмоциональные обороты.
– Что будем делать? – в кои-то веки вопрос был не пустым и не риторическим. На этот раз она действительно ждала хоть какой-то помощи и здравого совета от «рокового мужчины».
Видя отчаяние в глазах супруги, Билли не стал лукавить и ответил честно:
– Не знаю.
Что никак не помогло в этой критичной ситуации, но хотя бы снизило градус напряжения на донельзя заляпанной детьми и котами кухне.
– Может, у мамы твоей в деревне какой-нибудь домик купим маленький? – осторожно и смиренно предложил Билли, чтобы впоследствии не быть обвинённым в том, что – цитата: «Вечно от тебя не дождёшься…» и так далее по списку стандартных и уже заезженных претензий.
– За сто писят кэ мэ от цивилизации?! – голос Дама Желудка начал опять срываться от бушующей в ней ярости.
Но вдруг её словно ударило током. Решение – такое простое и очевидное – всегда было у неё перед очками, а помог его рассмотреть настолько ненадёжный во всех делах, как казалось ранее, её собственный «роковой и идеальный мужчина».
Боясь спугнуть простую и очевидную мысль, Дама Желудка едва ли не на целую минуту застыла в кататоническом ступоре по типу немой сцены в гоголевском ревизоре.
Билли, зная о странностях супруги, осторожно прихлёбывал чай и не мешал ей выходить из шока самостоятельно…
Понятно, что заинтересовал Даму Желудка не «маленький домик в маминой деревне», а то поле возможностей, которое, сам того не сознавая, предложил ей «роковой мужчина»…
В «незапамятные» времена, когда только распалась на совсем не братские республики более полновесная версия Страны Неожиданностей, матери Дамы Желудка пришлось срочно перемещаться с окраин некогда «великой и необъятной одной шестой части суши» на территорию нынешней «одной девятой части суши».
Никаких программ переселения тогда не существовало, потому «перемещались» все от новых и недружественных веяний как могли и куда могли. Иными словами – бежали «куда глаза глядят» и «кто во что горазд». А дальше – уже как даст Бог и что позволят собственные скромные возможности.
«Скромных человеческих возможностей» матери Дамы Желудка и её второго мужа хватило на то, чтобы обосноваться, хотя и на расстоянии «сто писят кэ мэ» от большого города, но всё же не абы где, а в этнически дружественной для беженцев из «светлого прошлого» Стране Неожиданностей (по крайней мере, так это декларировалось в СМИ того времени)...
Но всё же обосноваться, по сути, в обычной деревне...
Что поначалу жутко тяготило тогда ещё молодую и полную амбиций будущую Даму Желудка. Но тяготило не особенно долго, ибо скоро ей посчастливилось переехать в тот самый большой город, отучиться в вузе, выйти замуж за «любовь всей жизни», благодаря замужеству закрепиться в большом городе, родить первое поколение будущих налогоплательщиков, затем развестись со ставшей неактуальной «любовью всей жизни», перелопатить не один десяток «любовей» на сайте знакомств и встретить, наконец, ещё одну «любовь всей жизни» в лице «идеального и рокового мужчины». Проще говоря – Билли.
И как бы поначалу не сопротивлялся её настойчивой любви «роковой мужчина», благодаря резиновому терпению и железному упорству (или железному терпению и резиновому упорству), она таки смогла взять под полную опеку его вечно голодный желудок и зажать в своих стальных челюстях и обманчиво пухлых лапах некогда свободолюбивую и бесхозную птицу.
И, судя по внешним признакам и отдельным репликам самой Дамы Желудка, Билли был её последней «любовной» лебединой песнью. В чём не обманывала себя и она сама. Найти ещё одну настолько же бесхозную, а заодно – податливую и гуттаперчевую «любовь всей жизни», как Билли, после всех возлияний и «возъеданий» в своём откровенно вопиющем физически состоянии, она бы точно не смогла... К тому же отягощённая потомством первой «любви всей жизни», и ещё одним потомством второй «любви всей жизни»... (Были ли в промежутке между «первой любовью всей жизни» и «второй любовью всей жизни» ещё какие-то «любови всей жизни» Дама Желудка не распространялась. Но, поскольку потомства от промежуточных вариантов у неё не осталось, можно было смело утверждать, что «между» ничего серьёзного и «любовезатратного» не случилось...)
Оттого, Даме Желудка, как бы не хотелось ей забыться и обманывать себя пустыми иллюзиями, приходилось отталкиваться от той реальной ситуации, в которой она находилась... и которая уже давно не удовлетворяла её, растущие с каждым новым жизненным вызовом, аппетиты...
Все эти годы мама и отчим Дамы Желудка благополучно оставались на насиженном месте, полностью смирившись с собственными тяжёлыми судьбами никому ненужных беженцев из «светлого прошлого».
Казалось бы, что вообще «внятного» может родиться на заляпанной кухне в бетонной берлоге, на первом этаже неблагополучного заводского района, кроме новой смены будущих налогоплательщиков?
Но за простым и вроде бы риторическим вопросом в данном случае, то ли просматривалась, то ли угадывалась не только обобщённая риторичность, но и некая суть...
Иными словами, в голове Дамы Желудка родилась простая и едва ли не гениальная комбинация, как одним махом убить столько зайцев, что у неё не хватило бы пальцев на руках и ногах, чтобы пересчитать все плюсы и преимущества спонтанно возникшей идеи.
И это лишний раз доказывало, что гениальные идеи могут прийти в голову кому угодно и где угодно. Вне зависимости от скудности обстановки и никудышного окружения. А уж в бетонной берлоге, наполненной всеми благами современной цивилизации, «сам Бог велел» появляться гениальным идеям хотя бы изредка...
Изощрённый план Дамы Желудка состоял в том, чтобы продать мамин домик в деревне, добавить к полученной сумме два материнских капитала и переселить маму с отчимом в «отдалённый пригород». Но уже не за полторы сотни километров от большого города, а, максимум, за тридцать-сорок километров. Таким образом, родители не оставались бы совсем заброшенными, поблизости от города появлялся собственный «дом – полная чаша», он же фамильная вотчина, куда можно было ездить каждые выходные, уже не затрачивая на эти поездки – цитата: «кучу бензина и времени», а у мамы и отчима появилось бы занятие до самой смерти – улучшать и возделывать семейное поместье. К тому же на выходные «роковой мужчина» устранялся бы от соблазнов большого города, семейные связи в «идеальной ячейке общества» укреплялись бы ещё сильнее, дети получали бы так необходимые им выезды на природу и свежий воздух, а бабушка с дедушкой – постоянное общение с внуками. Ну и помимо прочего – что греха таить (и чем Дама Желудка по секрету делилась с новыми «конфидантками») – во-первых, мама с отчимом были бы благодарны ей по гроб жизни, во-вторых, всегда было с кем оставить детей, возникни такая необходимость, а, в-третьих – ещё одна цитата Дамы Желудка, случайно обронённая одной из её «конфиданток»: «и самых главных», все недоброжелатели – обязательно скрипя зубами от злости и зависти – узнали бы, что «территория безбрежного семейного счастья» расширилась не на какие-то жалкие десять квадратных метров соседней лифтёрки, а на целое фамильное поместье и – фактически – «родовое гнездо идеальной ячейки общества»...
Такому изощрённому плану мог бы позавидовать и сам Илон Маск, то и дело поминаемый Дамой Желудка к месту и не к месту.
Трудно сказать, чего было больше в мечтаниях Дамы Желудка о своей идеальной семейной жизни и «доме – полной чаше». Скудости ума или отсутствия воображения, когда проще было адаптировать чужую «пакетную мечту» и разом примерить её на себя, или подсознательных комплексов, чтобы всё было «не хуже, чем у людей»...
И, хотя Дама Желудка готовилась к долгому и упорному противостоянию с матерью, как и накапливала необходимые аргументы для моральной битвы за переезд старшего поколения поближе к «благам цивилизации», но и мать, и отчим, вопреки ожиданиям, согласились с ней почти без сопротивления. Да и «почти», в данном случае, обозначало лишь необходимую долю сомнений, которую выказали пожилые люди на явно наполеоновские планы Дамы Желудка.
В тот субботний вечер, сидя на деревенской кухне за «сто писят кэ мэ от большого города» Дама Желудка с самодовольной улыбкой на лице и радостной дрожью в теле от грядущих свершений, не раз помянула, вероятно, уже обыкавшегося среди своих миллиардов Илона Маска, как и не раз пожалела о том, что никто из недоброжелателей, включая вечно неверующего в её деловые способности отца Билли, не присутствовал лично при откровенном триумфе её стратегического мышления и её же деловых качеств…
Как оказалось, в деревне некоторые из местных жителей уже не раз приценивались к домику мамы Дамы Желудка. Но те «приценивания» были больше на авось и на возможную перспективу, ибо ни мама Дамы Желудка, ни её отчим ни разу не выказывали желания продать своё единственное добро.
Тем не менее, в деревне все знали всё и обо всех. И новость о продаже дома распространилась среди потенциальных покупателей с молниеносной быстротой.
В результате, после недолгих торгов с несколькими покупателями, из которых «с дистанции не сошли» только двое финалистов, за дом с участком была назначена цена, даже превышавшая изначальные ожидания и матери, и Дамы Желудка. Более того, «победителю торгов» было «не к спеху», и он готов был ждать не один месяц пока родители Дамы Желудка не найдут дом поближе «к большому городу», решат все документальные вопросы по покупке и без суеты переедут поближе к «благам цивилизации».
Всё это решилось буквально за несколько будней во время отсутствия Дамы Желудка в отчем доме и было донесено до неё матерью по телефону...
И Дама Желудка рванулась в яростную атаку на «рынок недвижимости ближайших и отдалённых пригородов»...
Пока всё складывалось настолько идеально, что не было никакого смысла ждать ещё какой-то манны небесной и откладывать покупку «новой вотчины».
Удача не оставила Даму Желудка и на следующем этапе «изощрённого плана». Три максимально подходящих под базовые ожидания варианта отыскались в тот же день на сайтах агентств недвижимости.
Все три находились на нужном расстоянии от города, все вписывались в финансовые ожидания «главного бенефициара гениальной комбинации» и все три, судя по внешнему виду на фотографиях, удовлетворяли потенциальным требованиям к «семейной вотчине», при виде которой любые недоброжелатели – цитата: «просто лопнут от зависти».
Ещё около недели ушло на то, чтобы обсудить все варианты с матерью и отчимом, вместе с Билли и риелторами
