4. Взятие Казани (лета 7066)
Из Коломны великое воинство двинулось на Казань. Большую часть ведет сам царь. Идут через Владимир, Муром. Небольшая часть войск идет южнее для прикрытия от набегов степняков. Идут через Рязанские и мещерские земли. Ведут их два воеводы, два князя. Князь Андрей Курбский и Петр Щенятев. Уже третья неделя похода пошла.
Леса мещерские дремучие непролазные, болота топкие, гати чрез них хлипкие, дороги узкие, малоезженые. Больше двух лошадей рядом не пройдут, не цепляясь стременами, приходится одной полкрупа впереди быть.
Где-то в начале колонны едут князья Петр Щенятев да Андрей Курбский. Андрей как всегда на рожон лез в бою у реки Шиворонь и теперь голова его перевязана и рука на перевязи, но держится молодцом.
В некотором отдалении от них еще два воеводы рангом пониже - Иван Воротынский да Алексей Басманов. Оба вроде бы должны быть при царской дружине, но Иван Васильевич зная норов своих друзей, отпустил к Курбскому, сказав - «куда вы от меня денетесь, все одно в Казани под моей рукой будете, в передовом полку»…
На небольшой опушке, холмик у дороги, а на холмике том стоит всадник, Конь под ним нервно переступает и хвостом пытается отмахиваться от надоедливых оводов. А всадник присматривается к проходящим мимо него полков. Заметил князей, поприветствовал издали, а сам дальше смотрит. Как ни смотрел, а Алексей его первым увидал.
- Борька, ты ли это? Вот так встреча!
Съехались, спешившись, обнялись. Иван покрупнее Бориса будет, обнял, аж кости захрустели.
- Салтык, ты же вроде бы в Свияжске должон быть? Или до Свияжска рукой подать?
- Нет, други мои, до Свияжска еще топать и топать. Сегодня к полудню в Борончеево городище будете. Государь наш Иван Васильевич уж пару дней там стоит. В Свияжске Выродкову я надоел хуже горькой редьки постоянными расспросами. Затей у него больно много с переправами, а мне все интересно, апосля расскажу. Пожалился он Мстиславскому Ивану Федоровичу на меня, ну, он меня в новую службу определил. Говорит, хватит тебе Борис воеводой в третьем разряде быть, отправляю тебя в Муром, часть передового полка поведешь на Казань. Вот так я в Муроме оказался, собрал муромских стрельцов, дождался государя да с ним и пришли в городище. Заслышал Иван Васильевич о подходе вашем, меня послал встречать. Хочу, говорит, чтоб первые мои «дружинники» вместе всегда были. Вот, с утра самого на этом месте жду вас.
- Ай, молодец, государь наш, все-то он помнит.
- А мы чего стоим, мой конь застоялся, мой шатер вас ждет, поехали. Вечером наговоримся. Про Тулу тульские стрельцы мне много всего про вас наговорили. Посмотрим, много ли про себя присочините. Видел Андрея Курбского раненного, воевать-то он сможет?
- Поехали. Курбский еще нас с тобой переживет…
- Буде тебе, Алешка. Все мы одним миром мазаны. Я ведь тоже князь, аль забыл?
- Не, ты, Дима, другое дело, ты из нашей «дружины».
В Свияжске, у стен крепости стоит изнывая от безделья царский полк. На берегу, толпа мужиков под руководством Выродкова грузят на плот большую пушку «Львова голова». Мужикам невдомек, что рядом с ними гарцует на арабском скакуне сам царь. Иван Васильевич пытается командовать и только всем мешает. То и дело получает в свой адрес «Осади! Не замай! Коню ноги сломишь растуды твою…»
Григорий Иванович, наконец, не выдерживает, отзывает его в сторону:
- Государь мой, позволь совет дать?
- Говори.
- Слыхал я, что Александр Македонский всегда смотрел с высокого холма на свои войска…
- Я тебя ценю Григорий Иванович, за твоих замыслов содеянное, но и теперь я понял тебя. Сказал бы сразу: «Не твоего ума тут, отойди в сторонку».
- Ты бы, Государь, взошел на крепость, да рядом с собой хоругвь царскую поставил, чтобы все видели, что царь здесь. А сверху видно, как твое славное войско переправляется на тот берег. Вон в ту сторону смотреть надо. Там мы с Мстиславским мост из лодок наладили. Лодки на якорях стоят, а меж ними доски настелены, коней даже можно переводить
- Пойду, взгляну сверху. Еще скажи, за сколько ден все будем у Казани?
- От погоды зависит… от трех до десяти дней, я думаю.
- Хорошо, спешить не будем.
- Да, Государь, осада будет долгой. Но мы теперь стали умнее, нахрапом не станем брать. Да, вот еще… твои молодцы, что под стеной, чего стоят? Не обленятся? Не прикажешь ли, Государь, мужичкам пособить? Ловчее дело пойдет.
- Прикажу.
Иван Васильевич подъехал к своим стрельцам, дал команду. Потом поманил воевод Ивана, Алексея и Бориса.
- Со мной пойдете на стену лицезреть переправу.
- Государь, мы что, отдыхать сюда пришли? Пошли нас…
- Пошлю, пошлю. Ты, Воротынский, вроде бы постарше остальных будешь, вон бородой обзавелся огненной, а все такой же торопыга, успеете еще навоеваться.
С самой высокой точки крепости далеко видно, Видна Волга, сплошь лодками заполнена. Будто все рыбари от Углича до Нижнего Новгорода собрались. Снуют туда-сюда, перевозят с берега на берег войско. Виден и мост, по которому переводят лошадей да телеги с припасами. На берегу скопление воинов великое и все пребывает и пребывает…
Борис дивится:
- Неужто с такой силищей да не взять Казань? Как думаешь, Вань?
- Взять-то возьмем, только сколь своих положим.
- Выродков еще весной при мне по памяти построил маленькую крепость Казани, а вкруг нее расположил наши укрепы, окружил город окопами и плетеными щитами, в некоторых местах поставили частокол. Ну, и осадные башни возле всех ворот. Красиво получилось.
- Да, когда наперед знаешь, где и чего ждать. Умно, под защитой такой потерь меньше будет.
- Вот этого мы прежде при осаде не делали.
Царь все слышит, все подмечает, хоть и стоит в десяти шагах
- Эй, стратеги, не пора ли вам стать окольничими? Возьмете Казань, да не маленький макет Выродкова, а…
В это время подбежал к царю посыльный из казаков
- Говори.
- Государь, из Ногайских и Царёвых ворот казанцы набег начали. А там успел переправиться только Ертаульский полк, остальные силы еще на другом берегу.
- Кто там командует?
- Воевода Мстиславский Иван Федорович
- Ну, за него я покоен. Скачи, передай, стрельцов пошлю своих в помощь.
- Слушаю, Государь.
- Иван, бери сотню стрельцов, летите туда…
- Уже бегу…
- А вы куда? Алексей, Борис, стоять! Вам приказа не было. Ишь, развели вольницу, смотрите у меня, а то насчет окольничих еще передумаю.
Оба поклонились шутливо до самой земли
- Слушаемся царь наш батюшка и повинуемся. Сжалься над рабами твоими…
- Не скоморшничайте. Мне хватает Осипа Гвоздя.
- Борис, просыпайся, победу проспишь.
- Отстань, Алешка, только лег. Всю ночь полем ездил окольничем.
- Ну, смотри, скоро уж бабахнет так, что не только тебя, мертвых всех разбудит, вместе на приступ пойдут.
Солтык приподнялся только со своего ложа, снова упал, глаза закрыл. И вдруг вскочил.
- Когда взрывать будут?
- Успеешь одеться только.
Тихой сапой, по ночам две недели делали подкоп под стену крепости. Два десятка бочек с порохом зарядили. Ранним утром, еще роса не сошла, рвануло так, что те, кто был ближе к взрыву, на время оглохли, В воздух взлетели камни, бревна. Еще не успела осесть пыль от взрыва, как в образовавшийся проем в стене, пошли на приступ большая, человек в триста часть передового полка.
Полуодетый царь выскочил из своего шатра и закричал:
- Кто командовал атаку? Почто меня не предупредили о взрыве?
К нему подбежал Григорий Иванович Выродков:
- Государь, мы вас будили. Вы изволили сказать, что встаете. Верно, поднять подняли, а разбудили не до конца.
- Кто повел в атаку? Без приказа. Головы посшибаю.
- Не было приказа. Да как же их остановишь? Воины устали ждать. Сколь уже осада длится?
- Трубу мне, мигом! Ну, не готовы мы к последнему штурму. Большой воевода Иван Мстиславский только через два дня соберет в кулак всех. А эти… много ль их?
- Стрельцы, казаки… сотни три, верно.
Мстиславский подошел. Царь вырвал из его рук подзорную трубу:
- Иван Федорович, почему не удержали этих недоумков?
- Кто ж, думал, что без приказа…
Царь в трубу успел разглядеть Воротынского и Басманова уже проникших в проем стены.
Процедил сквозь зубы.
- Как есть волки. Если уцелеют, сам их повешу.
Татары после взрыва, опомнились и защищались яростно. Нападавших было маловато. Через несколько часов их оттеснили к остаткам стены, но они все же сумели захватить и укрепиться на остатке стены и в одной сторожевой башне. Послали гонца к царю за помощью.
- Ах, выродки! Не будет им помощи! Пусть ждут общей атаки. Еще в двух местах взорвем стены –
