Memento mori! Глава 11

Итак, она звалась Мариной…
Была приятна и мила,
А сверх того косою длинной
Чуть только землю не мела.
Копной волос своих гордилась,
Вплетала ленты в косу ту…
Да кто ж, скажите мне на милость,
Не стал бы холить красоту?!

Ну, может, я соврал немного:
Косички две, и то до плеч.
Но не судите очень строго –
Тут не о косах, в общем, речь.
Она была любимой дочкой.
Отец души не чаял в ней.
И мать заботливою квочкой
Была для доченьки своей.

Она работала в столовой,
Была заведующей там,
Семью не кашей же перловой
Кормить с тушёнкой пополам!
Сама не съест – всё ей, Марине,
Икорку, рульку, балычок…
Всё, что имелось на витрине,
Всё попадалось на крючок.
Игрушки, платья ли, сорочка,
А позже – деньги от отца,
Чего б ни попросила дочка,
Являлось, словно из ларца.

Ещё в мечтах она витала,
В них представала иногда
То скромной Золушкой средь бала,
То королевой царства льда,
То кружевницей, то царицей,
То грешной девой, то святой,
То распрекрасною жар-птицей,
А то вдруг рыбкой золотой.

Так можно жить бы жизнью вечной…
Марина средь своих подруг
Была наивной и беспечной,
Не знавшей жизненных наук.
Любила джемы и варенья,
Домашней выпечки творенья.
Её прозвал друзей кружок –
Марина Сладкий Пирожок.