поле. К деревне люди пошли гуськом. Впереди уверенно шел старый цыган. Человек вернулся с заработков. Где-то строил. Что-то заработал.
Другие шли по его следам.
В деревне то тут, то там громко лаяли собаки. Издали доносились приглушенные человеческие голоса. Люся пошла на человеческий гул.
Во дворе одного дома на белом снегу стоял красный гроб, окружённый пожилыми мужчинами. Один из них то и дело стучал по крышке палкой. После каждого удара, словно черт из табакерки, из гроба по пояс высовывался хорошенький белокурый подросток и отчаянно вопил: «Не брал! Клянусь! Чтоб мне не жить».
Цыгане приметили Люсю.
«Чего тебе?»
«Я ищу дом ромэ Розы».
«Тебе туда». Цыган махнул рукой.
Дом с белыми колоннами… Местный художник-самоучка расписал стены дома сказочными сюжетами. Яркие, высокие, совершенно нереальные цветы имели странное происхождение - будто прибыли из другого измерения. Прекрасные создания с человеческими руками вместо листьев тянулись к солнцу, а в их зарослях мирно гуляли рыжие львы. Нарисованные львы смотрели на мир добрыми глазами. Ещё в детском саду Люся тоже рисовала львов. У маленькой Люси было особое чутье: она сразу узнавала, где лев людоед, а где - добрый зверь. У зверя, пожирающего людей, были злые глаза.
В семь утра папа приводил Люсю в группу. Снимал с неё шапку. Подтягивал ей колготки. Крепко обнимал.
Папа рано умер.
По двору бегал петух. В будке спал пес. Люся постучалась. «Тетя Роза! Это я. Люся.»
У дверей стояли валенки, припорошенные снегом.
Люся осторожно открыла дверь.
«Я ждала тебя. Хорошо, что снег не помешал приехать». Старая цыганка была рада видеть Люсю.
Рядом с цыганкой сидела молодая девушка. Большой живот прятался за пышной юбкой с воланами.
«Вот-вот родит. – Цыганка поцеловала девушку. – Внук у меня будет».
Кошка потерлась о ноги старухи. Ушла в коробку к котятам. Из коробки раздался писк.
«Голубцы хочешь? С Рождества остались».
Люся впервые видела голубцы в виноградном листе. Люся ела горячие голубцы и причмокивала.
«Не доедаешь». Сказала цыганка.
Люся кивнула.
«В таборе много парней. Сын кузнеца – хороший парень. За цыгана может выйти замуж только цыганка. Я бы тебя удочерила. Да время твоё вышло. Ты стала совершеннолетняя. Сын кузнеца делает добротную посуду. Недавно отец купил ему «жигули».
«Тетя Роза, мой брат умер».
«Не повезу её в город. Можно застрять в пути. Тут будет рожать. С повитухой я договорилась. Останешься на цыганский новый год?»
«Антона надо хоронить». Люся облизала рот.
«Мы своих не оплакиваем. Иногда поем. Ты, если хочешь, поплачь».
«Антон – сводный брат. Мы не общались. Тетя Роза, его убили?»
«Он сам себя убил. Люся, что у тебя в волосах? Кровь запеклась».
Молодая девушка принесла водку и ватные шарики.
- Хорошая голова. На голове две макушки. – Старая цыганка стала обрабатывать ранки.
Венок, рухнув с гвоздя, оцарапал голову. Про инцидент Люся забыла. Так и ходила с запекшейся кровью.
- Две макушки – две дороги. Выбор будет. У цыган выбора нет. Цыгане живут по судьбе. Судьба одна. Цыган свою судьбу знает и молится. Просит у Господа, чтобы никто не испортил ему судьбу. Уповает на Господнюю милость. Цыган живет трудную жизнь. Много ворует. Такая цыганская доля. А у своих красть нельзя.
- Я видела белобрысого мальчика в гробу.
- Мы своих детей не бросаем, а ваши оставляют. Ванечку взяли из детского дома. Два ему было, когда привезли в табор.
- Негодный он к работе. – Молодая цыганка горько ухмыльнулась. – Обидчивый. Ленивый.
Молодую цыганку звали Ягори. Её муж был на заработках, в Ленинграде. Старшие невестки тети Розы тоже были в городе. С ними и дети. Наступили дни, когда цыгане не остаются без дела. Цыганки гадают. Малыши попрошайничают. Подростки обворовывают зевак.
Скоро цыганская семья соберется в большом доме. Тринадцатого января дом закроют до полуночи. Цыганская семья сядет за праздничный стол. Первый откушенный кусок цыган завернет в ткань и положит под подушку, загадает желание. В полночь дом откроют и придут гости. Шумно будет. Внучки тети Розы наденут блестящие костюмы и станут танцевать.
- В цыганский новый год мы будем славить заступника всех цыган - Василия. Люся, знаешь, кто это?
- Нет, тетя Роза.
- А я тебе расскажу. – Цыганка благодушно кивнула. – Цыгану всегда жилось тяжело. Цыгана вешали только за то, что он цыган. Наш народ не просто так кочевал. Люди от смерти спасались. Но был у цыган сильный заступник. Звали его Святой Василий. Святой Василий всегда оберегал цыган. Рядом был с теми, кто в беде. Однажды злые люди захотели истребить весь цыганский род. Собрали всех цыган у воды, чтобы утопить их. Начали с самых беспомощных, дети и старики уже были в воде. Святой Василий каждому протянул руку. Потом построил мост. Цыгане быстро прошли по мосту. Перешли на другой берег, а Святой Василий разрушил мост, чтобы злые люди не смогли больше преследовать бедных и честных цыган. Люся, когда схоронишь Антона, возвращайся ко мне. – Старая цыганка приобняла Люсю. - Все мои дети счастливые. И ты будешь счастливая. Мы не оставляем сирот.
Люся поцеловала цыганке руку.
Бабушка привезла семиклассницу Люсю в деревню. Из городской школы её забрали посреди учебного года. В доме бабушка сказала: «Это твой дом. Вот твоя кровать. Там - твой стол. Никто не обидит тебя. Я не позволю».
Испуганная Люся стала целовать бабушкины руки. «Что ты, внученька. Не надо». Бабушка смутилась.
- Тетя Роза, а Ванечка счастлив?
- Белобрысому всё ни по чем. В гробу будет клясться, что не брал чужого.
- Сколько ему?
- Семнадцать уже исполнилось. Мои сыновья в его возрасте перегоняли машины. – Цыганка гордилась сыновьями. - За «Волку» давали пятьдесят тысяч. А белобрысый к родной тетке в карман полез.
Люся хорошо училась в школе. В техникуме получала повышенную стипендию. Мама никогда не гордилась Люсей.
Жизнь слишком сложная, чтобы понять её.
Цыганка что-то пробормотала на своём языке невестке. Та сразу вышла. За дверью скрипнули ступеньки: девушка поднялась на второй этаж и ушла к себе.
- Тетя Роза, я не смогла продать зеркало.
- Почему?
- В зеркале кто-то есть. Сущность двигается, оставляет за собой легкое свечение.
- Ты сама видела?
- Оценщик сказал. Он распечатал фотографии и обнаружил живое лицо.
- То ли оценщик болен, то ли твой человек говорит правду. В зеркале находится тварь, – задумчиво протянула цыганка. – Люся, испорченную вещь у тебя не купят, её нельзя держать в доме.
- Нет, не выброшу. Это лучшее, что осталось после родителей.
- Дело твоё. – Цыганка выдержала паузу. Несколько минут молчала, словно, что-то обдумывала. - Люся, я дам тебе деньги на похороны. Пустишь в библиотеку? Я буду гадать.
- К нам уже не приходят. Мы на столах даже лампы не включаем.
- Ты об этом не волнуйся. Я всё организую. Под верь подложу записочку - к вам толпой повалит народ. Мы живем небогато, сама смотри – ни сервизов, ни хрусталя. – Цыганка указала на окно, за которым кружились снежинки. - Во дворе сарай разваливается. Роды дома – это дорого. В роддоме бесплатно рожают. Цыгане уважают советскую власть. Много пользы от советов. – Внезапно старая цыганка замолчала. - Чтобы всё хорошо прошло, за новую жизнь плату потребуют.
Краем глаза Люся увидела, как по комнате медленно движется тень. Затаив дыхание, она наблюдала , как та принимает причудливые очертания: неестественно растягивается по стене, превращается в пугающий силуэт и внезапно исчезает.
- Кто потребует? – Шепотом спросила Люся.
- Тебе знать не положено. – Задумчиво ответила цыганка. - После праздников приеду в Ленинград, в городе у нас много родни, но я остановлюсь у тебя. Согласна?
Люся кивнула.
- Заодно приведу в порядок зеркало.
- В революцию человек повесился перед зеркалом.
- Мужчина?
Цыганка заинтересовалась. В дальней комнате, запиравшейся на ключ, она держала зеркало, а отпирающий её инструмент всегда носила при себе. Родственников цыганка предупредила: после её смерти эту вещь нужно закопать, прижав сверху тяжёлым булыжником. Она даже показала место, откуда ни одно существо не сумеет подняться на поверхность. Своим близким она строго-настрого запретила заглядывать в зеркало. Там обитало нечто мрачное и ужасное – сущность, способная обманом затянуть необученного человека в смертельную ловушку, откуда будет не выбраться.
Сама цыганка использовала зеркало в ритуалах. В особые дни она зажигала вокруг него свечи и в строгом порядке раскладывала карты. Чтобы проверить силу портала, она бросала в стеклянную гладь яблоко и наблюдала, как плод укатывается далеко, к густому лесу. Цыганка никого не вызывала и ни с кем не общалась. Напевая заклинания с тайными словами, она лишь передавала вещи дорогому покойнику. Она до сих пор любила мужа и отправляла ему на тот свет подарки: красную рубаху, нарядные сапоги и множество других полезных подношений.
Из потертого кошелька цыганка достала деньги. Погладила Люсю по голове и положила деньги в её сумку.
- Ложись, девочка, у печки. Белье чистое. Вчера стелила. А я пойду на улицу. Курятник запру на замок. Чтобы лиса в курятник не забралась. В таборе завелась белолицая лиса.
Цыганка вернулась быстро. Устроилась на топчане.
- Тетя Роза, у вас красивая ёлка.
Живая ёлка блестела мишурой, бусами, «дождиком».
- Когда дети были маленькие, мы ставили две ёлки, – мягко произнесла цыганка. - Одну – внизу. Другую – на втором этаже. Всё делали для малышей. Каждый год перед праздниками муж приносил ёлки из нашего леса, и мы вместе украшали дом. Хороший был цыган, добрый. Такие рано уходят. Быстро переделают все земные дела, и нет их. Вначале без него пришлось очень трудно.
Сверху раздался шум. Молодой цыганке не спалось. Она тревожно возилась: перекладывала с места на место платья, хлопала тяжёлой крышкой сундука. Хоть тёплая печь и мягкая постель располагали к покою. Совсем скоро в одной кровати с женой будет спать её муж. Как только молодая цыганка родит, муж займёт своё место рядом с ней.
- Тетя Роза, скоро ваша невестка родит?
- Малыш появится уже через неделю, - задумчиво сказала цыганка. - На следующий год мы и на втором этаже поставим ёлку. А ты спи. Во сне увидишь жениха. Если испугаешь, свет не включай. Меня позови. Если кто-то схватит тебя шершавой рукой, значит, жених будет бедный. У богачей руки мягкие, ненатруженные.
- Что делать, если жених окажется бедный? – тревожно спросила Люся.
- Ты должна будешь отбиться от него. Тебе надо хорошо кушать. Моя невестка хорошо ест и родит здорового ребенка. Люся, с добрым мужем – жизнь в радость. Сын кузнеца – славный парень. Не пьет. Цыганка один раз может выйти замуж. Жаль, что ты не цыганка. Люся, тот, кто тебя обидел, давно сгнил. Твоя жизнь продолжается. Спи, Люся.
Люсе снился цыганский муж. Молодой кузнец был в кузнице, рядом с пылающим горном. Умело орудуя тяжелым молотом, широко улыбался. Образ был размытый. Рядом с ним Люся чувствовала себя счастливой, но картинка изменилась. Вместо цыгана появился большой, красный петух.
«Кыш-кыш». Сказала ему Люся.
«Садись. Поскачем к жениху». Петух говорил голосом цыганки.
Пришли ряженые. Люди в маскарадных костюмах преградили путь, не пропускали их дальше. Пели. Плясали. Заливисто играла гармошка.
