девчонка! Ага!
Но та, уже открывала окно...
- Сто-ой! – Клин в прыжке метнулся к ней, залезающей на подоконник. Он видел её очень ясно. Худенькое тельце в джинсах, всклокоченные рыжие волосы, рюкзачок на плечах и ещё какая-то странная сумка в руках. Большие испуганные глаза, на мгновение повернувшиеся к нему, прежде чем прыгнуть вперёд в огород, через то окно, возле которого должен был караулить Дыня.
С рыком отчаяния, Клин рванул через всю комнату, видя только эту девку. Он не заметил упавшую табуретку, он не успел понять, что летит уже ниже, врезаясь лбом в подоконник... а его пальцы лишь слегка мазнули по серым кроссовкам спрыгивающей вниз девчонки.
Превозмогая боль и искры, летящие из глаз, он неуклюже попытался встать, когда услышал позади жалобный треск табуретки, и на него сверху обрушился Дыня.
- Встань! – Простонал Клин. Дыня, неуклюже ворочаясь, сползал с него, удивлённо пуча глаза.
- А где девчонка? – Спросил он, отодвигая Клина, словно бы ожидая увидеть девчонку под ним.
- Свалила! – Заорал Клин. – В окно!
Он повернулся к распахнутому окну, и, превозмогая боль в голове, перемахнул через подоконник. Рыжие волосы мелькнули в темноте между деревьев. Клин взвыл от отчаяния и прибавил ходу. Добежав до деревьев, он заметался, не зная, куда бежать. Впереди был лес и несколько разных тропинок. Две шли по краям заброшенных участков, ещё две уходили в лес. Лёха Тыркин, тяжело дыша, ощупал голову – на лбу вздувалась здоровенная шишка. И где теперь её искать, эту девку, прикажете? Он досадливо застонал, опускаясь на корточки.
Вдруг, на тёмной земле он заметил белый листок бумаги. Клин рассеянно поднял его, и при свете телефона прочёл. Shopping list...
Дальше, в столбик шёл список каких-то слов на английском. Клин, зашипев от прилива боли в голове, встал на ноги, и, сунув бумажку в карман, неуверенной походкой пошёл в дом, соображая на ходу, что же им теперь делать.
Босс им головы отвинтит, это как пить дать. Надо же – так облажаться! Упустить малявку... Он, шурша травой по заросшему огороду, вернулся в дом. Дыня так и стоял, высунувшись из окна.
- Ну, и чё? – спросил он. – Девчонка где?
- В Караганде. – Злобно бросил Клин. Злость на Дыню новой волной забурлила в душе. «Хотя, причём здесь Дыня?» - вдруг проснулась рефлексия. «Я же сам от окна его позвал, чтобы выбить дверь. Вот он и выбил». – Клин скривился от этой мысли и послал рефлексию подальше. Пусть пока Дыня будет виноват. Он тупой, ему можно. Так будет легче. И что же им теперь делать? Без девчонки им лучше не возвращаться. Клин потоптался, сплюнул и зашёл в дом.
- Может, по улицам поездим? – предложил Дыня.
- Ага, так она и пошла бродить, как же? Сидит под мостом, где-нибудь, стерва. – Клин подошёл к упавшей табуретке и поднял её. Одна ножка была сломана. Видимо та, о которую споткнулся Дыня. Он вздохнул и огляделся. Старая пружинистая кровать, кресло с накидкой, облезлый стол, выцветшие обои и новый электрочайник. Он потянул носом – пахло затхлостью. Здесь явно давно никто не жил. Зато электричество было, и свет исправно горел.
- Надо думать. – Пробормотал Клин, садясь в кресло. – Думать, а потом действовать.
- Думать? – с опаской уточнил Дыня. – Я этого с детства не люблю. Меня в восьмом классе учитель хотел думать заставить, так я его в окно выкинул.
- Да? – Рассеянно улыбнулся Клин. – Тогда сядь вон на кроватку, в ногах правды нет. Хотя, погоди... – Клин отогнал от лица комара. – Поставь-ка дверь на место, а я окно закрою. Посидим здесь немного, мож чего и найдём.
Потом Дыня послушно сидел на кровати, а Клин нарезал круги по комнате и ворошил старые вещи. Наверное, ещё бабкины. Были ещё какие-то маленькие шмотки, видимо этой Юльки, но зацепок никаких не было. Ноутбук, скорее всего, был в рюкзачке, или в сумке...
- Я кушать хочу. – Пробасил Дыня.
- Не заслужили мы кушать пока что. – Обессилено процедил Клин. Он вытянул ноги и прислушался к своим ощущениям. Да, есть и вправду хотелось. Когда они в прошлый раз-то? А, утром ещё во Владе. Мда... Деньги были, машина тоже... В магаз сгонять, что ли? Магаз... магазин. Какие-то смутные ассоциации забрезжили в ушибленной голове.
Клин сунул руку в карман штанов и извлёк бумажку, что обронила девчонка.
- Шоппинг-лист. - Прочитал он вслух.
- Шо? – Встрепенулся Дыня.
- Шоппинг-лист, говорю. – Пояснил Лёха.
- А, это по-украински, да? – Понятливо кивнул Саня шарообразной головой. – Шо, да шо. Видал я их.
Клин хмыкнул, вертя в руках бумажку.
- Не, Дыня, это по-английски. Андестенд?
- Чего? Не, я не понимаю. Это я препода по-английскому как раз из окна выкинул. Он мне затрещину дал. – Дыня обиженно засопел. – Гад он. Жаль там только первый этаж был. Я б его ещё раз выкинул. – Он задумчиво посмотрел на свои кулаки. – И обидно, что я правильно ответил... а он мне оплеуху сразу. Гад.
- А чё он спрашивал? – Лениво поинтересовался Клин, разглядывая список в руках.
- Ну, он это... орал, что я даже самого простого не знаю. Что думать не хочу. Потом это... – Дыня нахмурил лоб вспоминая. – Спросил, как будет это... «я люблю тебя», я и ответил. Уж, это-то я знаю... Это все знают. А он драться полез.
- И как будет «я тебя люблю?» - Клин перевёл взгляд на Дыню.
- Ну... – Дыня на мгновение задумался. – «Фак ю» будет. Я ему так и сказал.
Клин прыснул от неожиданности, и, захохотав, сполз с кресла на пол.
- Ну, ты, блин, даёшь, Саня! Ты ж послал его по-английски. Да ещё при всех! Конечно, он тебе врезал.
- Да? – Удивился Дыня. – А как тогда будет «я тебя люблю»?
- Ай лав ю!
- Да? Похоже просто. Перепутал. Язык дурацкий, как они сами на нём разговаривают?
Клин ещё раз хохотнул и вернулся к бумажке. Девчонка, значит, шибко умная, по-английски списки пишет. Чего там у неё... Water – «вотэ»... а, это вода. Ну да, пить-то ей надо. Человек-то, поди. Им, кстати, тоже попить не мешает. И поесть тоже. Ага. Чё там ещё?
Клин всмотрелся: sausages... какой-то «саусагес»... хм, чё это такое? Соус, что-ли? Блин... не могла по-русски написать, дура рыжая? Дальше шёл какой-то napkin– «напкин». Клин нахмурил лоб – это кажется, были салфетки. Или нет? Блин. А вот cucumber он знал. Это «сусумбер», по-английски огурец... ну или огурцы. А ещё onion, это был лук, потом milk, это значит «милк», то бишь, молоко. Ага. Далее шёл bread – «брэд», это был хлеб. Всё понятно – девчонка продуктами запасалась, Вода там, молоко, хлеб... огурцы там всякие. И в самом конце списка значилось что-то совсем странное: Felirelievam.
- Фе-ли-ре-лие-вам. – По слогам прочитал Клин.
- Это чё такое? – Спросил Дыня.
- А это она себе список покупок на английском нацарапала. Здесь, значит, купить хотела, не с собой же с Влада тащить.
- Зачем, по-английски? – Пожал плечами Дыня.
- Чтобы мы не догадались. – Хмыкнул Клин.
- Но мы же догадались! – Дыня расплылся в довольной улыбке.
- Да, Дыня... Только вот, что Боссу отвечать прикажешь? Он ведь вот-вот звонить будет.
Словно в ответ на его реплику, тихонько закурлыкал телефон. Накаркал, ёлы-палы! Это звонил Клещ. После своего ранения, он уже редко выезжал на разборки, предпочитал, по собственному выражению: «офисную работу». Вот и сейчас, за ходом их операции следил он. Фрол Михалыч собственноручно со своего мобильника звонить не будет, ясно. Не барское это дело...
- Алло! – Клин поднёс трубку к телефону.
- Ну, чё там?.. – Клещ сделал многозначительную паузу.
- Приехали... Но тут пусто. – Сказал Клин почти правду. Ответить всё как есть, не хватило духа.
- Да?.. – Клещ опять выдержал паузу. – Хреново.
- Мы с Дыней пока здесь засели тихонько, может появится... – Начав врать, он уже не мог остановиться. – Вот. Если появится, то всё сделаем.
- Ладно. Звони. – Буркнул Клещ и положил трубку.
Лёха Тыркин перевёл дух. Надо было придумать, как выкручиваться дальше. Где же теперь её искать?
- Почему ты не сказал, что она убежала? – Удивлённо просил его Дыня.
- Почему-почему? Потому что я ещё надеюсь её поймать! – Раздражённо бросил ему Клин.
- А как мы её теперь поймаем?
- Не знаю, я же сказал – думать надо. – Лёха-Клин рассеянно посмотрел на Дыню и сказал.
- Слушай, Дыня, - он схватил какую-то валявшуюся книгу и сунул Дыне в руки. – На, почитай пока.
- Я кушать хочу. – Пробасил в ответ тот.
- Ладно-ладно... ты пока почитай, а я чего-нибудь скумекаю. Лады?
Дыня хмуро кивнул и уставился в книгу. А Клин принялся обшаривать домик. Он методично открывал каждый шкафчик и ящик, осматривал каждую вещь, надеясь найти хоть какую-нибудь подсказку. Возле холодильника, он, вдруг, обнаружил несколько луковиц. Сверху холодильника, прикрытая газеткой, лежала буханка хлеба и шоколадка. Открыв холодильник, он увидел молоко, сосиски и кукумберы, то бишь, сусумберы... огурцы, короче.
- Погоди-ка. – Пробормотал он сам себе. Он снова вытащил давешний шоппинг-лист из кармана и начал сверяться. Та-ак... Всё уже было куплено. Вот тебе и хлеб, и молоко, и сосиски. Так, а где вода? А, вот, и она! Сразу за холодильником стояли три большие пластиковые бутылки. Вот и вопрос с ужином решился. Решить бы ещё вопрос с девчонкой этой. Он покосился на Дыню – тот послушно читал. Клин хмыкнул и ещё раз пробежался по списку. В самом конце значился какой-то «Фелириевам». Лекарство, что ли? И где оно? Он пошарил взглядом по сторонам.
Есть! На полу у самого подоконника лежала светло-жёлтая коробочка с фиолетовыми полосками и довольной кошачьей мордой. Клин подошёл и поднял её с пола. Та-ак, что это? Судя по рисунку, это что-то для кошаков. Он открыл коробочку и увидел, что она едва начата. Отсутствовала только одна таблетка. Он взглянул на маленький зелёный ценник – «5700 руб». Ого! Что это за лекарство такое? Он достал инструкцию и вчитался: что-то там «у породистых кошек... рези в желудке и кишечнике... вспучивание живота... боли, отсутствие аппетита... вплоть до летального исхода... по одной таблетке растворённой в воде... трижды в день. Не прекращать курс до полного прохождения...».
- Та-а-к... – Снова проговорил Лёха-Клин. Какая-то смутная идея забрезжила у него в голове. Точно! Та странная сумка у неё в руке, это не сумка, это переноска для животных. У неё же с собой кот. Значит у этой рыжей дуры зверюга страдает непроходимостью газов, вздутиями и резями. А таблетки нужны, чтобы кошак реально мог пропердеться. Ну, блин, люди, в натуре! Ещё такие баблосы отвалила. Во, дура! Клин покрутил головой. Он вертел коробочку в руках не зная, что делать дальше. А что дальше? Кошак будет и дальше страдать резями и орать, лекарство ведь она не успела забрать... значит... значит...
Клин почувствовал, как по его коже пошли мурашки. Это значит, что ей придётся пойти, и опять купить то же самое лекарство! Вот, что это значит! Иначе её любимый котяра может двинуть ноги! То есть – лапы! А раз кошака она любит, то завтра с утра, как только откроются ветеринарные аптеки и клиники, рыжая стерва, обязательно, рванёт туда! Вот оно что!
Клин почувствовал, что горячая волна радости, от того, что он на правильном пути, прошлась вверх и вниз по позвоночнику. Так, а где тут в Находке можно купить этот «кото-пердил»? А это подскажет нам интернет!
Он быстро набрал в строчке поисковика «купить фелириевам в Находке». Интернет в деревне работал плохо, синее колёсико загрузки вращалось и вращалось, но информация не спешила выходить. Клин снова огляделся по сторонам – возможно, где-то валяется чек, по которому можно понять, где куплено
