В саду цвело множество цветов, среди которых беззаботно порхала яркая бабочка. Она знала, насколько она прекрасна, и ни на одном из бутонов не задерживалась долго, ведь она хотела осчастливить своим визитом как можно больше пышных роз, стройных гладиолусов, утонченных лилий и нежных флоксов. Как древнегреческие богини, бабочка питалась цветочным нектаром. Ее привлекали ароматы цветов, их необычные фасоны и разнообразная расцветка. Бабочка позволяла любоваться собой, но только на расстоянии, и если какой-нибудь несмышленый малыш, завороженный рисунком трепетных крылышек, пытался поймать ее, она легко увиливала и, кокетливо помахивая крылышками, перелетала на соседний цветок.
Бабочка знала только одну сторону жизни: ничем не омраченную, легкую и беспечную.
Но однажды, будучи в гостях у сиреневого колокольчика и попивая через трубочку нектарный коктейль, она едва не столкнулась с пчелой, с озабоченным видом пролетевшей совсем рядом и исчезнувшей в недрах соседнего цветка. Бабочка почувствовала себя оскорбленной до глубины души: «Да как она могла, эта пчела! Даже не поздоровалась! Даже не заметила! Едва бесцеремонно не столкнула!» Разгневанная бабочка дождалась, пока пчела не выберется наружу, и высказала ей свои претензии. Но пчела, нагруженная пыльцой, уже пробиралась в следующий достаточно узкий для нее бутон. Оставить бабочку без ответа и повернуться к ней спиной - это было откровенное унижение. Растерянная бабочка не зала, что предпринять, но тут снова показалась пчела.
- Ты все еще тут? – проворчала пчела, - Тебе что, заняться нечем? Что ты вообще целыми днями делаешь, кроме как других по пустякам от дела отрывать? Я тебя вообще ни разу за работой не видела, а я в этом саду время от времени по утрам бываю. Все бездельничаешь! Бесполезное ты существо!
- Я! Я!- начала было бабочка, но замялась. А потом с гордостью произнесла: - Я украшаю собой сад. А ты чем занимаешься?!
- Сад украшать – это не работа. А моя задача сегодня - собирать пыльцу с колокольчиков, - донесся голос пчелы из следующего цветка.
- Куда собирать? И зачем? – поинтересовалась бабочка.
- Сначала на шерстку, потом снимаю ее щеточками на ногах и в наш улей доставляю. Это за домами, лесом и кукурузным полем. Пыльца нужна нам, чтобы питаться и вскармливать потомство. Но завтра утром я, наверно, за нектаром отправлюсь, - все это говорила пчела на ходу, направляясь за следующей порцией сладкой пыльцы. – А ты что прохолаживаешься? Тоже занялась бы чем-нибудь полезным!
- Утром я набираюсь сил, а нектар собираю вечером, - соврала бабочка, отчего на ее крылышках проступили дополнительные красные пятнышки, но занятая работой пчелка этого не заметила.- Знаешь, в темноте такие яркие цветы распускаются!
- Нет, я таких не знаю, - хмуро возразила пчела и отправилась в улей.
- Ну, я ей докажу! Ей еще извиняться придется! Но это только вечером, а пока можно отправиться в гости к белой розе. На ее фоне мои крылышки прекрасно смотрятся.
Дождавшись вечера, бабочка действительно отправилась к дому, в котором, по ее представлению, распускалось несколько огромных дивных цветков.
- Вот хорошо, заодно и с заморским цветком-красавцем познакомлюсь, и себя покажу, и нектара с пыльцой наберу, - подумала бабочка, и стала биться об оконное стекло, чтобы подлететь к люстре с плафонами в форме больших лепестков.
На ее счастье, окно в ту ночь было закрыто, и бабочка после нескольких попыток проникнуть в дом отказалась от этой затеи и вернулась к своему обычному образу жизни. Однако каждый раз, повстречав пчелу, она после захода солнца пытается добраться до огненного цветка, не зная, чем ей это грозит.
