Произведение «ОПАЛЁННЫЕ ВОЙНОЙ. ГЛАВА 7. ИВАН.» (страница 1 из 3)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Повесть
Автор:
Оценка: 5
Баллы: 2
Читатели: 907 +1
Дата:

ОПАЛЁННЫЕ ВОЙНОЙ. ГЛАВА 7. ИВАН.




Опаленные войной. Глава 7. Иван

Олег Русаков




ОПАЛЁННЫЕ ВОЙНОЙ.
(ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ МОЕЙ СЕМЬИ)



Русаков Олег Анатольевич
Повесть в очерках.

Г. Тверь
2016


ГЛАВА 7. ИВАН.


        В школе учили азбуку, арифметику, затем математику, физику химию. В школе учили русский язык и литературу… В школе учили, что наша красная армия самая сильная в мире. Ни при каких условиях невозможно было представить, что в деревне, в 150 километрах от Москвы, через полтора месяца с начала нападения на нашу страну гитлеровцев, жители будут думать о возможности оккупации. Опасаясь захвата Кушелово, жители боялись, что подростков почти призывного возраста немцы не оставят в покое, Мария отправила Ивана в Москву вместе с Зинаидой, приехавшей в августе в гости на день, между копанием земляных укреплений под Москвой. Вся Москва, от мала до велика, вышла копать укрепления вокруг столицы. Очень тяжелая работа, но от наплыва добровольцев у трудового десанта бывало не хватало лопат.   Ни смотря на всю трагичность сообщений с фронта и приготовления укреплений под  Москвой, все по-прежнему были уверены, что к столице фашистов никогда не пустят. 
        Иван был нужен Москве, его молодые сильные привыкшие к тяжелой работе руки оказались очень к месту. А тот был и рад увидеть большой город, с его бесконечными набережными, перечеркнутыми строгими мостами необыкновенной ширины и высоты. Прогуляться по Красной площади и Нескучному саду с выходом на Москву-реку. Пройти по ее паркам, скверам, ну и конечно магазинам. Увидеть, что могут купить москвичи. Ивану было приятно слушать непривычные звуки гула Москвы с клаксонами автомобилей, шумом улиц и площадей, звоном трамваев на железных поворотах рельсового пути, и другими необычными звуками знаменитого города.
        В Кушеловской тишине Иван рос спокойным мальчиком. Всегда старался все выполнять до конца и домашние задания в школе, и книги прочитывать до задней обложки. Дома немножко хотелось лениться, но вечером накормить и запереть скотину  Иван брал на себя и изо дня в день занимался этим с удовольствием, а когда мама устанет и сам подоит коров. Сильно переживал если чего-то не получалось или не успевал. Трудная задача или недостаток сил на трудную работу не останавливали подростка, а заводили в нем струны, позволяющие зазвучать его упрямству или, если хотите, настойчивости, достичь требуемого результата. Это касалось всего и в малом, и в большом. ГТО требовало подтягиваться 10 раз, сначала не получалось, но с каждым подходом парень увеличивал результат, он находил в себе силы, он их организовывал, и скоро достиг намеченного результата, а потом и превзошёл его в разы. Промежуточный результат его не успокаивал, заставлял еще и еще раз пытаться выполнить задуманное. Кумиром у Ивана был Егор. Он так хотел быть походим на  Егора, когда Алексея взяли подмастерьем в кузню вместо Егора, Иван еле сдерживал слезы от обиды, ведь ему еще рано горн раздувать. Да и играть оставалось только с  Шуркой, девчонкой. Долго пришлось привыкать к этой участи, но делать нечего пришлось, ведь через пару лет Леша точно поедет поступать в военное училище после окончания школы, тут то я и заменю его в кузне.
        Когда в тридцать седьмом Егор ушел в армию, в доме стало пусто.  Оказывается, ожидание по вечерам старшего брата и сестры с работы, было самым приятным ощущением. Это секретное ощущение предавалось друг от друга всеми членами семьи, и большой радостью, и спокойствием посещало их дом, когда все собирались, наконец, на ужин за большим столом. И вдруг Егор уехал, а Евдокия в скорости вышла замуж за Федора Русакова, который наоборот пришел из армии. Все старшие стали как-то сразу совсем старшими, стали совсем взрослыми. Они стали жить отдельной жизнью, они как будто ушли из большой семьи, в которой жил  Ванечка. В 1940м родной дом покинул и Леша, поступив в Великолукское военно-пехотное училище. Оставалось только ждать и выстраивать в мечтах свое будущее.   Летом 41го из армии должен вернуться старший брат – Егор. Правда он наверно, то же быстро женится. И, как и у Дуси с Федором, у него тоже появятся дети, и своя отдельная от Ивана жизнь.

        Зина говорила, что на строительство укреплений Иван поедет вместе с ней, но обстоятельства оказались опять сильнее Широковых. В последний момент Зинаиду оставляют в Москве, Зина начинает работать хирургом, Зина начинает ассистировать на операциях в госпитале, слишком тяжела война и слишком много раненных. А Иван с молодыми и взрослыми людьми едет копать землю, создавая огромные ямы, вокруг города, в которые должны провалиться танки врагов, осмелившихся посягнуть на покой нашей столицы.
        Вереница грузовых машин со сколоченными скамейками в кузовах, загруженных людьми, двигалась по Минскому шоссе к Можайску. Полуторки уже второй час трясли души своих наездников по кромешной жаре августовского дня. С шоссе они свернут еще только минут через тридцать, сорок, а пока можно наслаждаться ветром и жарой, дуэт которых приятен и свеж и дает надежды на легкую прогулку. 
        Иван сидел в заднем ряду кузова по правой стороне автомобиля. Пока не выехали из Москвы, он не мог оторвать свой взгляд от многоэтажных зданий, мимо которых неспешно, иногда по мостовым проезжала их колонна. Улица за улицей, потом  Мост, улица за улицей опять мост, приветливые и неприветливые здания старой и новой постройки как будто притаились своими кварталами, опасаясь возможности нападения на них. Кирпичные трубы, торчащие на высоту птичьего полета, из кварталов многоэтажных зданий, корпусов цехов заводов, теснящихся в трущобах трудовой Москвы, как дозорные, следящие за огромным небом, своей опасностью придавившим огромный город. Столица внешне жила еще довоенной жизнью, признаками изменяющихся условий были конные разъезды внутренних войск, гарцующие по московским улицам, установленные у мостов зенитные орудия и грузовики с прожекторными установками в пол кузова, стало меньше прохожих, по Москва-реке не шныряли прогулочные трамвайчики и катера. Зато шли колонны грузовиков, загруженные людьми, едущими в Подмосковье на строительство укреплений. Иван был счастлив, что он как большой оказался частью этих людей, оказался полезен и нужен Столице. Иван был горд, что увидел этот прекрасный советский город. 
        Машины, выплевывая сгоревший бензин, долго ехали по шоссе и ветер, и жара, и вращающееся под кузовом колесо успели надоесть пареньку. Подросток уже несколько минут рассматривал профиль милой девушки, сидевшей на два ряда впереди его по левому борту машины, никак Иван не мог отвести свой застенчивый взгляд от милых черт невысокой красавицы, и при этом томительно боялся, что кто ни будь заметит его интерес. «Как же я ее раньше не заметил» - корил себя парень, тщетно пытаясь рассмотреть под лавкой ее оголенные ноги, скрытые от его глаз. 
        Наконец прибыли к месту назначения. Руководители строительных работ формировали из прибывших отряды человек по тридцать – пятьдесят, определяли подразделениям место работ. Начинался бесконечный, монотонный копательный труд.   Иван сделал, казалось все возможное, чтобы попасть в одну бригаду с понравившейся девушкой, но у него ничего не получилось, и получать инструмент он пошел в составе бригады, где его симпатичной девушки не было. Пришлось работать далеко от нее, поначалу изредка он пытался найти ее взглядом. Через какое-то время Иван полностью увлекся монотонной работой. Руки у парня были сильные и грубые, не смотря на молодость. Совсем скоро у многих землекопов работающих рядом с ним, начали появляться кровавые мозоли. Иван подсказывал людям как избежать их появление. Как лучше взять лопату, как экономить силы, а люди прислушивались к доброму сильному парню, который знал, как обходиться с доверенным инструментом, выглядел Ваня со стороны конечно не на 15 лет…, а, ну скажем, на… 16. Приветливый  Иван понравился мужчинам, и конечно женщинам, которых было значительно больше, так за шутками и прибаутками приблизился обед. Гудевшее тело у всех копателей требовало отдыха. Ивану сильно хотелось есть, новые знакомства и разговоры перекрыли собой стремление любоваться прелестями удалившейся от него милой красавицы. Он был в эйфории новых знакомств, уверенного и спокойного общения с людьми, которые на много старше, в эйфории новых впечатлений взрослой жизни.

 

        Обед, тяжелая работа, затем приблизился вечер. Для сна трудовому десанту была предоставлена рига у проселочной дороги наполовину забитая сеном. Народу было много и все уместиться на этом сеновале, с каким никаким, удобством не могли, Ивану повезло, он сумел устроить себе вполне приличное гнездо почти на самом верху сеновала, куда люди постарше залезать уже не хотели. Ваня погрузился в сон моментально, как только бросил свою голову на свежее сено. Устал. Мальчик очень устал. Не привычна была, даже для него, такая долгая и обязательная работа по перемещению сотен кубометров грунта… снов не видел. Иван просто провалился в бездну сна, возвращая молодому телу молодые силы для бедующего дня. 
        Проснулся утром, когда солнце сумеречно уже осветило окрестности и заиграло на самых высоких деревьях своим таким красным утренним цветом. Всем известная утренняя необходимость предложила ему искать укромное местечко для устранения требований организма. Максимально аккуратно, стараясь никого не задеть, мальчик спустился из своего гнезда на землю и не торопясь пошёл к лесу.  Утро было прохладным, на траве висели гроздья прозрачной и мокрой росы. Возвращаясь Иван ежился по колено промочив в росе ноги. Люди спали не только на сеновале. Работников было очень много, поэтому спали под открытым небом, подстелив себе охапку сена снятую с сеновала. Иван старался не потревожить людей проходя мимо и, тем не менее иногда задевал мокрыми штанами переплетенные спящие ноги. 
        - Ой, вы, что делаете… не надо воды… - на Ивана спросонья смотрели заспанные глаза невысокой симпатичной девушки, которой вчера всю дорогу любовался Иван. 
        Ванька опешил. Он смотрел в ее заспанные глаза и не знал, что вымолвить в ответ разбуженной красавице. Ее образ как будто всплыл во сне. Иван мотнул головой.
        - Простите меня… - вымолвил, наконец, парень, и начал искать место для того что бы разместить оторванную от земли ногу, и таким образом шагнуть дальше, но при этом не отрывать взгляда от милого видения, вернувшегося из вчерашнего дня грезой утренней росы.
        Остановившись на островке, где не было спящих ног, Ваня посмотрел на свою утреннюю грезу из холодной росы и горячего ветра, летящего навстречу полуторке.  Девушка повернулась на другой бок и уже хотела устраиваться спать дальше. Ощущая полную растерянность Иван, ни с того ни с сего,


Оценка произведения:
Разное:
Реклама
Книга автора
Жизнь и удивительные приключения Арчибальда Керра, английского дипломата 
 Автор: Виктор Владимирович Королев
Реклама