Школьник Просиков. Повесть. Глава 5 (страница 1 из 2)
Тип: Произведение
Раздел: Для детей
Тематика: Для детей
Автор:
Читатели: 102
Внесено на сайт:
Действия:

Школьник Просиков. Повесть. Глава 5

                                           


                                           МЫ УЗНАЕМ, КАК ГУСИ РИМ СПАСЛИ, А ЗАТЕМ ВЫБИРАЕМ СТАРОСТУ


    Сегодня на уроке истории Нина Федоровна рассказывала нам о Древнем Риме. Очень интересно рассказывала, особенно про гусей. А дело было так.
    В 390 году до нашей эры, галлы захватили Рим. Только не смогли занять крепость на высоком холме. И вот однажды ночью они решили взять Капитолий (так назывался холм). Защитники холма крепко спали. И если бы гуси не загоготали и не разбудили людей, еще неизвестно как бы повернулась мировая история; а так римляне проснулись и отразили нападение, а потом и вообще выгнали врагов из города. И гусям после этого оказывали почет и уважение, а собак за нерадивость побили палками. Потрясающая история!
    - А гуси еще кого-нибудь спасали?
    - Насчет гусей не знаю, - сказала Нина Федоровна, - зато знаю про петуха.
    И она рассказала нам о старинном городе Мюнцере. который осаждало войско соседнего княжества. В городе царил страшный голод. Остался последний петух, и было принято решение - зажарить его и съесть. Но он вырвался и взлетел на городскую стену, где важно прохаживался и спокойно кукарекал в свое удовольствие. Осаждавшие, как увидели того петуха, то сразу и подумали: ну, знать горожане сильны и долго могут продержаться, раз у них петухи свободно разгуливают. Они сняли осаду и с позором удалились. Ну, просто классная история! Я такой никогда раньше не слышал.
    - А другие животные были спасателями? Неужели, например, конь глупее гуся?
    - А гусь - разве животное?
    - Нет, гусь - не животное. Гусь и петух - птицы. Только гусь - водоплавающая птица, а петух - воздухоплавающая.
    - Гусь - это зверь! - сказал я. - Тут один даже напал на меня. (Это я про Петрушу вспомнил). Ну, чистая зверюга! Еле ноги унес.
    - Так, дети, пошумели и хватит, - закричала учительница. - Давайте продолжать урок.
    Что любопытно - и гусям и петуху поставлены памятники. И не только им. Так в благодарность за спасение легендарных основателей Рима - Ромула и Рема - удостоилась памятника, вскормившая их волчица. Оказывается многие животные сыграли значительную роль в истории.
    - А собаки тоже играли роль?
    - Им ставили памятники?
    - Собаки играли и играют огромную роль в жизни человека и памятники им, конечно, поставлены, - сказала учительница. - Была бы моя воля, я поставила бы огромный памятник всем собакам - они это заслужили. Только вот пород у них много, непонятно какой ставить. Одни собаки помогают охотникам, другие несут сторожевую и военную службу, заботятся об инвалидах, есть ездовые собаки и специално обученные собаки-спасатели, почтальоны...
    "Почтальон - это здорово, - подумал я. - Вот бы Гаврилу сделать почтальоном, пусть бы относила записки Катьке Лепилиной".
    - Мы немного отвлеклись, - заметила Нина Федоровна. - Давайте вернемся в Древний Рим.
    И мы вернулись. А потом перескочили и в императорский период Древнего Рима. Было до того интересно, что я проголодался. И когда мы дошли до императора Калигулы, я вынул из ранца сырок и стал с аппетитом жевать. Глядя на меня, и Славка полез за своими запасами, достал яблоко и громко им хрустнул.
    - Гречнев, ты почему ешь на уроке! - с упреком воскликнула учительница. - Может, ты уже все знаешь про Древний Рим?
    - Ну, все не все... - пробормотал Славка.
    - Так, любопытно, - заинтересовалась Нина Федоровна. - Ну и что ты знаешь?
    - Ну...
    - Начало многообещающее, - подбодрила его учительница. - Продолжай.
    - Ну... так сказать... - промямлил Славка.
    - Так скажи, не томи нас. А может быть, ты вообще ничего не слышал из того, о чем я говорила?
    Славка уставился в пол, выдавил из себя, что про гусей он слышал, и на всякий случай приготовился заплакать.
    - Садись и будь внимателен. Нельзя делать два дела сразу - есть и заниматься.
    - Почему нельзя? - удивился Вовка Брусникин. - Вот мой папа, к примеру, вчера в одно и то же время ел, разговаривал с мамой, смотрел футбол, читал газету и делал мне замечания.
    Лицо у Нины Федоровны немного побледнело и слегка отдало в желтизну. Она забарабанила пальцами по столу.
    - Давайте все-таки продолжим, - медленно выговаривая слова и устало опустив голову, сказала учительница. - Итак, речь шла о безумном императоре Калигуле, который сделал своего коня сначала римским гражданином, потом сенатором, и даже вознамерился удостоить того званием консула. И удостоил бы, если бы...
    - Выходит наш Меднис  тоже безумен? - перебил учительницу Колька.
    - Что это вы выдумываете! - удивилась Нина Федоровна.
    - Как же иначе! Разве нормальный человек станет с утра до вечера решать арифметические задачи?
    - Ужас, ужас, ужас... - прошептала учительница. - Ваш класс - это кошмар всей школы, и мой личный... - Лицо ее еще больше опало, и зеленоватый оттенок плавно сменился желтым. - Так о чем это я... - рассеянно произнесла она, задумчиво глядя на потолок.
    - Вы рассказывали нам о Древнеи Риме, - подсказал Сережка.
    - Ну да... конечно... вспомнила. Так вот, Рим был взят и разграблен варварами в 410 году.
    - Это Конан-варвар его разрушил?
    - Нет, Аларих, - слабо возразила учительница.
    - А кто такой был Конан?
    - Конан - это варвар из Киммерии.
    - Откуда, откуда?
    - И что, Алларих сильнее Конана?
    - Думай, что говоришь! Это надо же сказать такое - Аларих сильнее Конана! - возмущался Лисицкий, размахивая руками.
    - Сильнее, сильнее, сам ты ненормальный и нуждаешься в тщательном медицинском уходе. Тебе надо срочно обратиться к доктору Пилюлькину, - в свою очередь раскипятился Вовка Брусникин. - И перестано играть с огнем, Лисицкий! Когда-нибудь он вспыхнет ярким пламенем, и тогда...
    - ...я его погашу! - хвастливо заявил Женька.
    И они сцпились друг с другом. Вот это было сражение! Почище, чем в 410 году. Учительница еле разняла их.
    - А козы Рим не спасали? - спросил Сережка. И зачем-то добавил: - Древний, разумеется.
    - Боже мой! Боже мой! - застонала Нина Федоровна, качая головой.
    - А моя бабушка говорит, что нельзя поминать имя Божье всуе. Она всегда, когда козу искала: то божилась, то чертыхалась и говорила, что она грешная. Нина Федоровна, а вы грешная?
    - Коза! - обреченно сказала учительница и как-то нервно передернула плечами. Опять коза! Коза и твоя бабушка. Везде и повсюду. Мне всю ночь снятся козлы. Я вызову твою бабушку в школу. Ой, что это я говорю... Горько мне, - вымолвила она, - горько! Не по себе что-то... Пойду подышу свежим воздухом... - и она опрометью выбежала из класса.
    - Серега, а что значит "поминать всуе"?
    Перед началом следующего урока к нам в класс зашел Юлий Цезаревич и сказал, что Нина Федоровна чувствует себя неважно, и минут двадцать нам придется провести одним, и он надеется, что в течение этого времени мы будем вести себя тихо и пристойно. Завуч ушел, и минуты две мы вели себя тихо и даже пристойно. Это было здорово, хотя и непривычно. А потом я сказал, что когда мой папа учился в школе, то был отличным старостой.
    - Это как?
    - А я знаю, - сказал Меднис. - Мой папа тоже был отличным старостой. И он был самым главным в классе.
    - Главнее учительницы?
    - Нет, учительница была главнее, но сразу после нее - он был самым главным.
    Быть самым главным - это неплохо, и мы тоже решили выбрать старосту.
    - Будем выбирать старосту и вице-старосту, - сказал я.
    - Что значит вице-староста?
    - Ну, это значит, что он, то есть вице-староста, станет правой рукой просто старосты.
    - А левой рукой - кто станет?
    - Никто не станет, левой руки не предусмотрено.
    - Так что, он будет однорукий, наш староста...
    - Не сбивай меня, Вовка! Давайте выдвигать кандидатов. Потом их обсудим и выберем достойного.
    - Достойный - это я! - сказал Сабельников.
    - Так... Предлагаю тебе немедленно взять самоотвод.
    - Это еще почему?
    - Почему, почему... По кочану! Потому что ты зубы не чистишь - вот почему!
    - Вот это новость! Откуда ты знаешь, чищу я зубы или не чищу. И кто это видел, чтобы староста чистил зубы?
    - Я вообще никакого старосты не видел. Его видели папы - мой и Витькин. Тьфу! Вернее, они сами ими были.
    - А я предлагаю кандидатом Клещеву Наташу. Она замечательно вышивает по канве, хорошо учится и обожает певца Жуликова-младшего, высказалась Цветочкина.
    - Может быть, Клещева и отлично вышивает по канве, но она ябеда! А уроки за нее делает старшая сестра - вот! Она воображала и у нее плохой вкус, если она думает, что ее новая кофточка - отличная. И Цветочкина ее подруга. Не быть ей старостой! - с большим чувством закончила Светка Панина.
    - Да о чем вы говорите! - заволновался Женька Лисицкий. - Вы соображаете хоть немного? Что это за староста, вышивающий по канве...
    Тут поднялась Варька и сказала:
    - Я предлагаю Колесниченко Аллу. Она прекрасно готовит суфле и отличная подруга.
    - Что готовит? - изумился Крайников.
    - Это неважно. Ну что, проголосуем за нее?
    - Как это неважно, - сказал Димка. - Это очень важно. Я, может, тоже отлично готовлю, как там его... суфле.
    - Ты, суфле? Ха-ха-ха! Уф, ты меня рассмешил, Крайников. Я просто умираю от смеха.
    - Ладно, проехали, - заявил Димка. - К лешему старосту, жующего суфле!
    - Не жующего, а готовящего! - завертелась юлой Варька.
    - Что мы все девчонок выбираем, - недовольно пробурчал Толик Каребин. - Как будто кроме них, других нельзя выбрать...
    - Давайте Тарловича выберем, - он сильный.
    - Ну и что. Сестренкин тоже сильный. Может быть, и его выберем?
    - А что ты против меня имеешь? - возмутился Колька.
    - Нет, Сестренкин не сильнее Тарловича!
    - Пусть они подерутся. Тогда мы увидим - кто сильнее.
    - А почему мы должны выбирать сильных? Чтобы они нас лупили? Сила есть - ума не надо? - возразил Витька.
    - Ты хочешь сказать, что надо выбрать умного? Уж не тебя ли? - насмешливо спросил Лисицкий.
    - Ну не дураков же выбирать.
    - Ты на что намекаешь? Ну, ты у меня сейчас договоришься, арифмометр в очках!
    - Ребята, ребята, прекратите! - закричали девчонки.
    Мы чуть-чуть не подрались. Никогда не думал. что так трудно выбирать старосту. Может, попробовать начать с вице...
    А скоро пришла и Нина Федоровна. Выборы пришлось отложить, и все оставшееся до конца урока время мы вели себя тихо и пристойно, чтобы ее не расстраивать, и она была очень довольна.

    На большой перемене мы сыграли в "Угадай пирата". По считалке водить выпало Вовке Брусникину. Ему завязали глаза и он должен был угадать, кто ему влепил подзатыльник. Получив первый увесистый толчок, Вовка страстно произнес:
    - Это ты, жестокий пират, Просиков!
    Ответом было молчание, прервавшееся новым звонким подзатыльником.
    - В таком случае - это ты, подлый пират, Томилин!
    И не дождавшись ответа, после третьей затрещины, уже вполне уверенно заявил:
    - О-хо-хо! Да это самый гнусный из пиратов - Трахтергенц!
    Ленька ахнул от удивления.
    - Как же ты догадался?
    - Да я тебя за километр чую, одноглазый негодяй!
    - Это грязная ложь! - с достоинством сказал Ленька.
    - Я никогда не лгу! - с не меньшим достоинством ответил Вовка и стукнул Леньку по затылку.
    Испытывая сильную душевную боль и физическую усталость, Ленька побежал в школьный туалет, напился воды из-под крана, на


Оценка произведения:
Разное:
Книга автора
Калейдоскоп 
 Автор: Natalyan
Реклама