София и Тимофей

Конечно, все это лишь мое воображение, но вглядываясь в лица детей, я вижу там как будто бы вопрос. О чем же могут спрашивать эти четырехлетние мальчик и девочка? Прежде чем поделюсь мыслями, мне хочется сказать несколько слов об этих детях. Девочку зовут София, а имя мальчика Тимофей. Несмотря на то, что они ровесники София на десять лет старше Тимофея. И здесь нет никакого парадокса. София и Тимофей навсегда останутся четырехлетними. Там, где они сейчас времени уже нет, а на момент перехода им было по четыре годика. Просто София ушла на десять лет раньше.
 
Я верующий человек и для меня нет сомнений, что души этих невинных ангелов сейчас пребывают в лучшем мире. Думаю, там все не так как здесь. Скорее всего они сейчас не находятся в плену той скорби и страданий, которыми опутаны оставшиеся на земле. Но все же, повторюсь, в их лицах я читаю вопрос. И пусть это только проекция моего собственного сознания, я над этим вопросом хочу поразмышлять. В моем сердце вопрошание Софии звучит примерно так:

- Люди! Вы все, которые сегодня плачете и скорбите по Тимофею! Помните ли вы обо мне? Ужасались ли вы смерти четырехлетней девочки Софии, которая погибла десять лет назад в Горловке? Если сможете, вспомните свою реакцию на новость о моей смерти и задайтесь вопросом – почему по Тимофею вы скорбите, а мой уход восприняли довольно спокойно? В чем разница?

Точно также, мое болезненное воображение, вкладывает вопрос во взгляд четырехлетнего Тимофея из Кривого Рога. Для него время остановилось всего несколько дней назад. Он смотрит на нас и спрашивает:

- Люди! Все те, кто так или иначе причастен к моему переходу в вечность. Думаете ли вы обо мне? Чем вызваны ваши действия и почему, зная о возможных последствиях, вы согласились с ними? Может ли ваша скорбь о Софии, быть оправданием ваших поступков? Посмотрите на фото, где мы вместе и спросите себя – почему уход Софии позволяет вам соглашаться с моей участью. В чем разница между нами?

Конечно, все это мои фантазии и ничего подобного дети не спрашивают. Пусть так. И пусть эти голоса звучат лишь в моей голове. Но, увы-увы, ответы на эти незаданные вопросы я слышу от множества людей. Я читаю их в комментариях под обсуждением произошедших трагедий. Люди, пытаясь осмыслить происходящее, объясняют сами себе, в чем отличие этих трагедий. Люди всегда находят какую то разницу, где трагедия мальчика и девочки принципиально отличаются друг от друга. И эта разница, толкает людей скорбеть по одному из них и рационализировать неизбежность ухода другого.

Я протестую против этих ответов. И обращаясь к фотографии с детьми, даю им обещание никогда не разделять их в своем сердце. Не знаю, сколько людей присоединится к моему обещанию. В нашем разделенном мире, как в известной пословице – не только своя рубашка ближе к телу, но и многое другое из своего – свое государство, свои сограждане, свои дети… И здесь хочется не просто сказать. Хочется крикнуть:

- Эх, друзья мои, какое же это скотство делить детей на своих и чужих! Да-да, именно скотство! Так живут хищники, скулящие о своих погибших детенышах, но пожирающие чужих. Отличаемся ли мы от них? Не знаю точно. Но зачастую то, что происходит в нашем сообществе, выглядит как отличие в худшую сторону.