Как произведение становится шедевром

Как произведение становится шедевром
Какие условия и ситуации делают произведение широко известными шедеврами? Шедевры – как критерий здоровья общества.
 
Шедевр — это произведение искусства, которое признано обществом, культурой или историей как исключительное, выдающееся, значимое. Но не всегда это признание связано с техническим мастерством, красотой или даже непосредственной ценностью.
Совершенно не имеет значение вид творчества, законы признания произведения шедевром одинаковы.
Многие ученые, художники и писатели, обладавшие колоссальным мастерством, остались в тени, в то время как менее умелые получили мировую славу.
Примеры:
•  «Чёрный квадрат» Казимира Малевича — минималистичная картина, технически простая, но ставшая символом нового художественного мышления, поворотным пунктом в истории искусства. Это не мастерство, а новизна, дерзость, провокация, символизм.
•  «Фонтан» Марселя Дюшана — урна, подписанная псевдонимом. Технически — не произведение искусства, но концептуально — революционный шаг. Считается одним из самых влиятельных произведений XX века.
• Писательство Джоан Роулинг — её проза технически не сложна, но история, эмоциональность, массовый резонанс сделали «Гарри Поттера» культовым.
О роли протекции
К любым примерам популярности шедевров следует добавить: протекция влиятельных лиц, без чего просто невозможно оказывается проникнуть в фокус общественного внимания. Массмедиа относится к таким обезличенным влиятельным факторам.
«Шедевр — это не просто произведение искусства. Это произведение, которому повезло с покровителями, временем и обстоятельствами» - Пауль Валери.
Искусство не существует в вакууме. Даже самое гениальное произведение должно сначала добраться до аудитории, быть замеченным, понятым, поддержано финансово и интеллектуально. И именно влиятельные лица (критики, меценаты, издатели, кураторы, политики) играют роль «посредников», которые решают, что будет замечено, а что останется в забвении.
При этом протекция влиятельных лиц имеет разные причины и основания.
1.      Критики и искусствоведы формируют вкус общества, они могут выделить произведение из массы.
2.      Меценаты и коллекционеры дают финансовую поддержку и выводят произведение на рынок.
3.      Руководители галерей и музеев решают, что попадёт в фокус внимания, а что останется вне рамок.
4.      Политики и власти могут легитимировать или запретить произведение, что тоже влияет на его судьбу.
5.      Главные редакторы массмедиа и ведущие социальных сетей сегодня играют роль новых "протекторов" — они решают, что станет трендом.
6.      Признанные эксперты в данной области могут заметить произведение и посчитать необходимым показать это. При этом часто такое решение формируется в планах использовать такой показ в общей схеме деятельности самого эксперта (если только он не полный филантроп и люболюд). Эксперт может выбрать произведение, которое поможет ему укрепить свой статус — например, открыть «новое направление», «забытого автора» или «новое прочтение классики». Исследователь может сделать ставку на определённое произведение, чтобы развивать собственную теорию, диссертацию или научную школу. Куратор музея, директор издательства или главный редактор журнала может выбирать произведение, исходя из задач своей организации: модернизация фонда, популяризация темы, привлечение спонсоров. В некоторых случаях произведение используется как символ: сопротивления, национальной идентичности, феминизма, постколониального сознания и т. д. Если эксперт связан с рынком искусства или книгоизданием, его выбор может быть экономически обусловлен: инвестиции в автора, коллекцию или художника могут вырасти в цене.
7.      Народное движение фанатов – так же играет роль обезличенного фактора. Это чрезвычайно мощный фактор в превращении произведения искусства или литературы в культурный феномен. Это — народная любовь, иногда даже субкультура, которая может сделать произведение культовым, независимо от его формального качества или признания в академических кругах. Произведение начинает жить своей жизнью: его цитируют, пародируют, обсуждают, используют в мемах, пересказывают друзьям. Часто люди привязываются к произведению не за мастерство, а за внутренний резонанс: образ, идея, герой, ситуация. Когда много людей любят одно и то же, это создаёт эффект толпы — другие тоже хотят присоединиться, чтобы быть частью чего-то большего. Фанатская любовь может сохраняться годами, даже десятилетиями, и тем самым формировать культурную память.
Без протекции даже самые сильные произведения остаются незамеченными. То, что сегодня считается шедевром, завтра может быть забыто — всё зависит от того, какие идеи доминируют в общественном сознании.
Иногда произведение становится шедевром не потому, что оно хорошее, а потому, что оно стало значимым для большой группы людей. Если бы братья Стругацкие не написали “Понедельник начинается в субботу”, они бы остались обычными посредственными фантастами. Но они нашли ключевой элемент общественного внимания. Если бы они написали просто про волшебников, то это была бы рядовая повесть, никакой юмор не помог бы. Но они сделали волшебниками Институт Чародейства И волшебства. Это было очень необычно и увлекательно, от науки можно было ожидать засекреченности такой тематики и вот приоткрываются впечатляющие подробности.
Чем признанный шедевр творчества отличается от массовой популярности, когда блогеры, получившие возможность широкого охвата масс, становятся знаменитыми? Чем это отличается от гениального мошенничества, творческий элемент которого столько же изощрен, как и вдающиеся произведения?
Отличие в стабильности эффекта. Шедевр – это не на короткое время, потому что даже эксперты видят, что это произведение очень нетривиально и сделано мастерски, тем самым продлевая эффект популярности. Еще отличие в позитивной направленности произведения. Творчество мошенников направлено во вред общества и, тем самым ограничено небольшим числом тех, кому оно полезно. Можно восхищаться хитростью и мастерством мошенничества, но это перекрывается негативом получаемого результата. Хотя в той же повести Стругацкий главный волшебник признал, что не знает такого волшебства, которое бы хоть кому-то не причинило вред, но речь идет о позитиве для социума, для большинства, а быть нужным людям – самая основная социальная установка человека, потеря которой грозит тяжелой депрессией (fornit.ru/345).
Шекспир, Пушкин, Достоевский, Бах, Толстой — их тексты и музыка остаются актуальными, потому что они говорят о вечных темах: любви, смерти, совести, власти, одиночестве.
Поэтому пустышками являются скандализующее искусство, где главная цель — шокировать, литературные хитрости, которые привлекательностью маскируют пустоту, контент, который заставляет тебя чувствовать «что-то важное», но после просмотра не остаётся ничего.
Наш мозг реагирует на форму, даже если содержание пустое. Такие вещи могут быть умно сконструированы, красиво оформлены, грамотно продвигаться, но их ценность оказывается мимолетной.
Шедевр направлен на позитив для социума, на то, чтобы удовлетворить глубинную человеческую потребность быть значимым, быть понятым, быть частью чего-то большего.
Это связано с концепцией социальной значимости. Шедевр даёт людям смысл. Он может вызывать вопросы, но он не лишён этической ориентации. Он помогает человеку развиваться, осмысливать мир, расти. Шедевры дают чувство причастности к чему-то общему. Они создают общие символы, вокруг которых строится культура. Они объединяют, а не разобщают.
Шедевр отличается не только формальным мастерством, но и глубиной, долговечностью, социальной значимостью и этической направленностью.
Он не просто нравится — он влияет на человека и общество, помогает им видеть мир шире, глубже, человечнее.
А творческое мошенничество, в том числе инфоцыганство блогеров ради влияния, пусть даже и изощрённое, — это искусство ради эффекта, а не ради смысла.
Условие признания
Возможность признания обществом шедевров зависит от того, насколько люди достигли уровня, позволяющего понять и оценить произведение. В обществе свиней нет смысла и какой-то практической возможности метать бисер. Поэтому главный фактор того, окажется ли произведение в топе общественного внимания – это подготовленность социума к его восприятию, насколько адекватно оно может быть интерпретировано в тех атрибутах, что выделяет шедевр из массы поделок.
Произведение искусства становится шедевром не само по себе, а через восприятие интерпретацию, обсуждение, рефлексию. Если общество не владеет языком, на котором говорит произведение, не имеет соответствующего культурного кода, не прошло определённый этап развития, то даже гениальное творчество может остаться непонятым, забытым, проигнорированным.
Так, романы Достоевского были недооценены многими современниками. Лишь через несколько десятилетий, когда общество начало осознавать проблемы внутреннего мира человека, экзистенциальные вопросы, этические дилеммы — он стал культовым автором.
После публикации Гоголем «Мёртвых душ», многие критики увидели лишь сатиру. Но спустя годы, особенно в работах Белинского и далее — в XX веке у Бахтина, — стало ясно, что это глубоко символическое и философское произведение.
Философские работы Людвига Витгенштейна были малопонятны даже для современных ему учёных. Только через поколение они начали влиять на лингвистику, психологию, искусственный интеллект.
Шедевр — это всегда диалог. Произведение искусства — это предложение диалога. Если общество не готово отвечать, то шедевр остаётся в одиночестве. Он может быть найден позже, иногда спустя века. «Гений часто одинок,