Является ли Диана бездеятельным и пассивным персонажем с драматургической точки зрения? Всё зависит от того, что именно понимать под словами «пассивный» и «бездеятельный». Конечно, в романе она не дерётся на дуэлях, не стреляет из пистолета и не устраивает засады – для этого есть другие персонажи. Многие читатели любят противопоставлять Диане её подругу Жанну де Бриссак: вот, дескать, живая героиня, не то, что эта ваша «амёба» Диана. Вон, мол, как она сначала при помощи Бюсси перехитрила всю королевскую стражу, переодевшись в костюм пажа, а затем уже помогла своему мужу Сен-Люку разыграть и самого короля посредством тайного слухового отверстия.
Естественно, людям, далёким от принципов построения сюжета книги, трудно понять, что такой персонаж, как Жанна – безусловно, более близкий большинству современных читателей, более весёлый, яркий и броский – как раз затем и нужен, чтобы был драматургический контраст. Ведь весёлые и что называется, «лёгкие» сцены с участием Сен-Люка и Жанны как раз и должны оттенять всю драму Дианы, разряжать то напряжение, которое постепенно накапливается в любовной линии романа, чтобы потом это самое напряжение начало нарастать с новой силой. Это и есть одна из задач драматургии.
Посему и не стоит требовать от Дианы той внешней яркости и броскости в действиях, которая свойственна всё той же Жанне. И уж ни в коем случае не нужно сетовать на то, что она не совершает каких-то «подвигов во имя любви». Если внимательно прочесть ещё раз книгу, то мы увидим, что иногда она была готова их совершить, но события опережали её (убеждён, что так и задумывал Дюма – уж ему-то точно были ведомы драматургические каноны).
Так, она готова была убить себя трижды. В первый раз – когда находилась в замке Боже после похищения людьми герцога Анжуйского; тогда она была готова броситься в пруд, чтобы спастись от бесчестья. Во второй – когда грозила Монсоро убить себя кинжалом в доме на улице Сент-Антуан (тогда, как мы помним, Монсоро пришёл к ней провести первую ночь после бракосочетания). В третий – правда, это было не в книге, а в нашем фильме – когда намеревалась в Меридорском замке признаться Монсоро в том, что любит Бюсси (а если учесть характер Монсоро, то вполне возможно, что он убил бы её при таком известии). И оба раза (а в фильме – так и вообще трижды) в последний момент сам ход событий мешал ей это сделать: Монсоро вывез её на лодке из замка Боже; он же «…очевидно зная, что Диана в состоянии выполнить свою угрозу, вышел из гостиной…» во второй раз; наконец, в третий раз (в фильме) Сен-Люк «убил» Монсоро на дуэли ещё до того, как Диана собралась признаться Монсоро во всём.
И ещё один раз её пытался убить уже сам Монсоро во время финальной битвы Бюсси с наёмниками, но Реми тогда заслонил собой Диану и спас её, сам получив пулю.
Получается, что при внешней простоте и кажущейся невыразительности Диана – крайне интересный персонаж в книге, смелая и решительная женщина, благородная дама в самом полном смысле слова, обладающая сильной волей и характером. И так же, как и образ Бюсси, её образ имеет своё развитие на протяжении романа. А если учесть и последующую книгу, «Сорок пять», то в своём развитии Диана на протяжении двух книг проходит целых три этапа, которые мы рассмотрим в следующем подразделе.
Трансформация образа Дианы: невинная и наивная девушка – любимая женщина, умеющая хитрить и обманывать мужа – мстительница и ангел смерти
Итак, в начале романа, как мы видим, Диана – это невинное и наивное создание, не знающее всей жестокости этого мира. Её обожает отец, к которому она очень привязана, а Жанна де Бриссак, будущая жена Сен-Люка, – её лучшая подруга. Таким образом, она живёт в своём идиллическом мирке, где круг близких людей крайне мал.
После знакомства с Монсоро и герцогом Анжуйским Диана становится объектом охоты с их стороны. «Он охотник. Он будто преследует меня, как мою бедную Дафну», – так говорит она Гертруде про Монсоро в нашем фильме.
Но вскоре на своём жизненном пути она встречает Бюсси, в которого влюбляется. Несмотря на все обстоятельства и препятствия у них развиваются отношения, и Диана из наивной и невинной девушки превращается в любящую женщину. Любовь меняет её, раскрывает её, делает счастливой, несмотря на все сложности, стоящие на пути. Но эту любовь приходится прятать от чужих глаз, поэтому Диане поневоле пришлось научиться притворяться, освоить разные женские хитрости и уловки, а также писать тайком записки, передаваемые через слуг, и обращаться с верёвочной лестницей. К концу романа Диана принадлежит любимому мужчине в полном смысле этого слова; их любовь, как уже было написано выше, достигла высшей точки. Они с Бюсси буквально, что называется, растворились друг в друге. Каждый из них стал для другого целым миром.
Поэтому убийство Бюсси означало для Дианы только одно – смерть. С его гибелью мир для неё рухнул в одночасье. «А Диана после той страшной ночи исчезла», – говорит Шико в конце нашего фильма. Но она не просто исчезла; она, по сути, после той роковой ночи умерла – не в физическом смысле, разумеется, а в духовном.
Да, я сейчас немного забегаю вперёд, за пределы второй части трилогии, но для понимания сути образа Дианы это необходимо сделать. Она появится в следующей книге, в романе «Сорок пять», где отомстит Анжуйскому, и, уйдя затем в монастырь, проживёт ещё пару лет. Но это будет уже не та Диана, которую мы знали в «Графине де Монсоро», не то наивное юное создание и не та любящая женщина. Смерть любимого мужчины и жажда мести сделают из неё убийцу и ангела смерти. Отравив герцога Анжуйского и свершив свой суд над ним в память о Бюсси, она не вернёт себе счастье, и это самое горькое и ужасное.
Образ охоты в романе и его связь с образом Дианы де Меридор
Здесь как раз хотелось сказать несколько слов про образ охоты в «Графине де Монсоро», и причём тут Диана. Как известно, Дианой называлась в Древнем Риме богиня охоты, Луны и подземного, т.е. загробного мира. Потом эти функции распределились между тремя богинями, Луной, Дианой и Гекатой, но изначально это была одна богиня – Диана. В этом контексте образ, созданный Дюма в романе, приобретает совсем уж необычные черты. Конечно, мы не можем с точностью утверждать, что Дюма так задумал нарочно (во всяком случае, я об этом не знаю; возможно, надо поискать в каких-нибудь письмах или мемуарах самого писателя, если таковые есть). Но уж слишком много в романе говорит об этом.
Во-первых, как известно, практически все основные герои романа – это реально существовавшие люди, исторические личности. Дюма, правда, сильно изменил характеры многих из них и весьма вольно обращался с историческими фактами, меняя даты и мотивы поступков, но имена он почти все сохранил такими, какими они были в действительности. Все основные персонажи книги имеют те же имена, что и в жизни – Генрих III Валуа, Франсуа Анжуйский, Бюсси, Гизы, миньоны и анжуйцы, наконец, шут Шико (хотя «Шико» является прозвищем, а не именем). Изменены имена только у Монсоро (в жизни – Шарль де Шамб, в книге – Бриан) и как раз у Дианы, в реальности звавшейся Франсуазой. Возникает вопрос: если практически все имена героев остались неизменными, зачем менять имя у главной героини и у главного отрицательного героя? Возможно, из-за благозвучия (имя Диана определённо звучит красивее, чем Франсуаза; у Монсоро – не вижу особой разницы, если честно); возможно, по какой-то иной причине, трудно сказать. Но если Дюма это сделал специально, то почему именно Диана, а не какое-то другое имя?
И вот тут возникает вторая причина. Слишком часто Диана появляется в романе именно в контексте охоты как в прямом, так и в переносном смысле. Вспомним, что как раз на охоте Диана впервые увидела Монсоро, убившего её любимую Дафну, и это событие оставило у неё крайне отрицательное впечатление о главном ловчем. После этого Монсоро, а чуть позже и герцог Анжуйский начинают охотиться за Дианой, стремясь её заполучить: первый – чтобы жениться на ней, второй – чтобы сделать её своей любовницей. Первая встреча Бюсси и Монсоро тоже состоялась во время королевской охоты, и тогда у Бюсси и зародилось предчувствие, что ему ещё предстоит столкнуться с главным ловчим.
Далее, Диана знакомится с Бюсси после того, как на него устраивают засаду королевские миньоны – тоже, по сути, охотясь на него.
Ну и, наконец, последний бой Бюсси с наёмными убийцами Монсоро тоже стал результатом засады, которую устроил главный ловчий по всем правилам настоящей охоты, поставив капкан и грамотно организовав травлю «зверя». «Зверь», правда, оказался настолько силён и живуч, что перебил почти всю свору Монсоро во главе с ним самим, однако и сам погиб. И снова предоставим слово автору: «Из-за облака вышла блестящая луна. Свет ее проник в залитую кровью комнату, заиграл на оконных стеклах и озарил изрубленные ударами шпаг, пробитые пулями стены, мимоходом скользнув по бледным лицам мертвецов, в большинстве сохранивших, умирая, жестокий и угрожающий взгляд убийц…При виде этого поля битвы, которое он покрыл трупами, израненного, почти умирающего Бюсси охватило чувство беспредельной гордости». А как мы помним, у древних римлян Диана изначально не только покровительствовала охоте, но и была богиней Луны и загробного царства…
Добавим к этому, что Бюсси попался в капкан Монсоро после того, как Анжуйский уговорил короля, чтобы тот отослал главного ловчего в леса Компьени для подготовки очередной королевской охоты.
[justify] Но и это ещё не всё. Наиболее интересный поворот состоит в том, что в следующем романе «Сорок пять» уже сама Диана из жертвы превращается… в охотника на герцога
