Если у тебя есть крутой бизнес, связи, люксовая техника, умный дом, похожий на дворец и женский интерес, то вот и хорошо, незачем гневить и расшатывать, ведь известно, как легко вылететь из обоймы, самому или с услужливой помощью.
Если у тебя есть работа с неплохой зарплатой и можешь позволить себе отпуск в Турции, нормальная тачка и приемлемая жена, то зачем рисковать тем, что так легко потерять и вникать во что-то заумное, когда итак сил хватает только на то, чтобы на работе не косили глаз и по вечерам так приятно окунуться в привычные Танчики или поскроллить ленту.
Если тебя уволили и новая работа или даже уже пенсия резко сузила возможности, а жена давно уже где-то с другими, то как приятно бывает забыться в Танчиках и просто скролля ленту приколов. Здесь социальная инкапсуляция становится единственным спасательным кругом. Никому не интересно обсуждать с тобой итак застрявшие в зубах проблемы, да и нет никакого практического смысла. Ну, можно иногда оправить гневный коммент на правительство и позволить себе крепкое слово.
Если ты ученый, то самое дорогое, что у тебя есть – твоя научная репутация. Она определяет то, приглашают ли тебя на интервью, дадут ли грант и сколько, устраивают ли платные лекции «наука — это круто» и как к этому относятся коллеги, связи с которыми многое определяют. Неважно как ты попадешь в топ. Решив ли задачу тысячелетия или своей харизмой, как это проделывают малолетние и не очень блогеры-миллионщики. Ты будешь беречь этот свой заповедник и не рискнешь сказать то, что нарушит благополучие. Ты не весь в изысканиях, а весь в удовлетворении ключевых факторов своего положения. Тебя не интересует новое и значимое других, если только они тоже не в топе, а важно удержать и развивать свое влияние, потому что так принято на самом глубоком этическом уровне всего общества сегодня. Можешь пороть любую чушь на популярных лекциях, все равно никто не станет вникать, приходя чтобы просто причаститься к мейнстриму. Чтобы сфотографироваться с «известным учёным», поставить лайк и почувствовать себя сопричастным к чему-то важному. А важность теперь измеряется не глубиной, а охватом. Так принято, се ла ви.
Но так было не всегда. Если относительно недавно люди жадно интересовались значащей новизной, читали сложные произведения и даже трактаты и эта значащая новизна заставляла задумываться.
Мы перешли от эпохи «культуры познания» (где ценностью был поиск истины через преодоление интеллектуальных трудностей) к эпохе «культуры подтверждения» (где ценностью является психологический комфорт и валидация собственного «Я»).
Еще несколько десятилетий назад в обществе доминировал модернистский проект. В нем наука, сложная литература и философия обладали сакральным статусом.
Чтение сложных трактатов или просмотр глубокого кинематографа (Тарковский, Бергман, Антониони) было маркером качества личности. Человек стремился расширить свою «капсулу», чтобы соответствовать высокой планке.
Интеллектуальная новизна воспринималась как инструмент изменения мира и улучшения себя. Люди были готовы тратить когнитивный ресурс на дешифровку сложных смыслов, потому что верили, что за этим стоит объективная истина.
Это делало людей максимально вовлеченными в социальные проблемы и во многом объединяло, потому что в головах возникали общие актуальности и общий социальный интерес.
Сегодня мы имеем поколение, которое не дешифрует, а свайпает. Если раньше человек при столкновении с незнакомым мнением говорил: «Я не понимаю, дай мне книгу, чтобы разобраться», — то сегодня он говорит: «Я не понимаю, значит, это бред, скип».
И вот тут мы возвращаемся к нашей инкапсуляции. Мы больше не хотим расширять свою скорлупу, потому что расширение — это боль, это сомнения, это риск потерять свою идентичность. Мы хотим лишь покрыть ее изнутри мягкими обоями из одобренных постов. Это не эволюция, это инволюция удобства.
Наше общество все больше напоминает не библиотеку, где шепчутся голосами великих мыслителей, а гигантский коктейль-бар, где каждый кричит о своем коктейле и глушит наушниками чужие голоса. И именно поэтому сегодня нам, независимо от статуса, стало так неинтересно понимать чужое мнение. Мы заняты самым важным — сохранением своего покоя.
Переход не произошел сам по себе — это результат целенаправленной трансформации когнитивной и культурной среды, выгодной господствующим элитам и это не теория заговора, а факты, который каждый может наблюдать сам. Может, но не хочет, потому что признание этого факта разрушает их иллюзию личной свободы и автономии. Проще считать себя уникальным и независимым, чем признать, что твои вкусы, реакции и даже уровень концентрации внимания детерминированы извне. Сегодня чтение сложной книги — это уже политический акт.
Если разложить этот процесс на наблюдаемые каждым факты, то становится очевидно, как именно элиты форматируют когнитивную среду.
Где же то главное зло, которое заставляет сводить всех в управляемые инкапсулированные шаблоны особей? Их несколько (fornit.ru/67211), но рассмотрим сейчас только рекламу, которая всегда ложь. Чтобы заставить видеть рекламу ее навязывают во всех местах массовых посещений. Соцсети просто отомрут, если убрать из них рекламу. Никто сегодня не сможет противостоять засилью рекламы и предложений вроде: “купите платную подписку чтобы не видеть рекламу”, а это ровно то же как предложение за поворотом улицы: “Заплатите чтобы вас не облили грязью”. И вы платите за отказ от агрессии, которая уже нацелена на вас. Это создаёт расслоение. Те, кто может платить, получают менее загрязнённую среду. Те, кто не может, продолжают пастись в информационном загоне, обрабатывая тонны рекламного мусора. В любом случае деньги бизнесом осваиваются.
Никто сегодня не может противостоять этому засилью безнаказанно. Ведь это означает слив мощнейшего бизнеса, от которого не могут отказаться ни корпорации, ни правительства, ни даже те, кто искренне считает себя борцами за свободу. Рекламный рынок — это не просто отрасль, это кровеносная система цифровой экономики. Попытка её регулировать воспринимается как атака на капитализм как таковой.
Именно поэтому любое движение в сторону приватности или осознанного потребления встречает сопротивление — не прямое, а через усложнение интерфейсов, через запутанные настройки, через постоянное возобновление трекинга. Вас не убьют за то, что вы отключили рекламу. Вас просто сделают так, что вы не сможете её отключить, не отдав дань.
Отсюда растут все головы дракона.
Наблюдаемые факты управляемой трансформации
Изменение архитектуры медиапространства (дизайн зависимости) - это не заговор, а открытая бизнес-модель Кремниевой долины и медиагигантов.
Интерфейсы всех современных платформ (соцсети, видеохостинги, стриминги) построены по принципу игровых автоматов — бесконечная лента, мгновенное дофаминовое подкрепление, лайки.
Элитам (как экономическим, так и политическим) нужен предсказуемый потребитель с коротким циклом внимания. Удержание человека в состоянии постоянного эмоционального возбуждения лишает его ресурса на глубокую рефлексию. Человек, чей фокус внимания равен 10 секундам, физически не способен удерживать в голове сложную логическую цепочку политического или экономического обмана.
Коммерциализация и примитивизация образования: реформа образования во всем мире двигалась по единому вектору.
Переход от фундаментального образования (где учили мыслить системно и видеть взаимосвязи) к «компетенциям» и тестовым системам (ЕГЭ, SAT и т.д.). Гуманитарные дисциплины, философия, классическая литература урезаются или переводятся в разряд необязательных.
Системное мышление опасно для устоявшейся структуры элит. Человек с фрагментарным, клиповым образованием — это идеальный винтик: он отлично выполняет узкую рабочую функцию, но не способен задать вопрос, как устроена вся система в целом. Он инкапсулирован в своей профессии.
Форматирование «правильной» повестки через гранты и премии привела к тому, что культура и наука сегодня жестко централизованы через финансовые потоки.
Крупнейшие кинопремии (Оскар, Канны), литературные конкурсы и научные фонды спонсируют и продвигают произведения, строго соответствующие текущим идеологическим трендам.
Это экономическая цензура нового типа. Автору сложного, неудобного произведения просто не дадут бюджетов. В результате массовый зритель и читатель видит тонны однотипного, стерильного контента, который не заставляет думать, а лишь транслирует спущенные сверху паттерны поведения.
Удержание человека в состоянии постоянного эмоционального возбуждения — гнева, восторга, страха — лишает его когнитивного ресурса на глубокую рефлексию. Эмоциональный человек принимает решения импульсивно. Импульсивные решения легко направлять.
Факт: исследования показывают, что среднее время удержания внимания на одном объекте упало с 12 секунд в 2000 году до 8 секунд в 2023 году. Это ниже, чем у золотой рыбки. Мы стали видом, который не может дослушать собеседника до конца, если тот говорит дольше минуты.
Индустрия «успокоения» и психотерапевтический тренд
Современная массовая психология зачастую работает на удержание человека в его капсуле.
Огромную популярность лозунгов в духе: «Выйди из токсичного общения», «Огради свои границы», «Не читай то, что тебя расстраивает», «Главное — твой внутренний комфорт».
Под видом заботы о ментальном здоровье людей консервируют в их эгоцентризме. Если любое чужое мнение, требующее интеллектуального усилия или вызывающее спор, объявляется «токсичным» и «нарушающим границы», человек добровольно закрывает ставни своей капсулы. Общество атомизируется, а атомизированной массой управлять легче всего.
Почему люди «могут, но не хотят» замечать новое и важное?
Ответ кроется в психологической цене правды. Если человек признает, что его нежелание читать сложные трактаты, его жажда лайков и его зацикленность на собственном мнении — это результат дрессировки со стороны элит, он столкнется с тяжелейшим экзистенциальным кризисом. Ему придется признать себя объектом манипуляции.
Гораздо комфортнее принять навязанный элитами миф: «Я так живу, потому что я так хочу. Я не читаю занудные книги, потому что они устарели. Я общаюсь только с теми, кто со мной согласен, потому что я берегу свой ресурс». Элиты дали людям самый сладкий наркотик — иллюзию осознанности и уникальности при полной унификации их поведения.
Огромную популярность сегодня имеют лозунги, которые звучат как забота, но на деле являются рецептами изоляции:
[ul]
