По длинному
фронту,
блюдя
себя,
Нетленок
степенно
движимся.
Прозаиков глыбы,
поэтов семья.
И всех привечаем,
кто пыжится.
Одни -
безобидные дурачки,
Другие -
ну, прелесть, как дурочки.
Одни -
зарабатывают очки,
Другие -
с изюмом булочки.
И вдруг,
словно
вступив
в говно.
Отскребаем
его
отметины.
Это опять
всплыло
оно.
Наткнулись
на
Дядю Петю мы.
Мечта,
что похерит он
сам себя,
Накрылась...
да, им -
медным тазом.
О прошлом спокойствии
жутко скорбя,
Дяди Пети
мы зрим
метастазы.
В любую дырку,
как глист,
вползёт.
В любом
комменте
нагадит.
А сколько
дерьма
из себя
извлечёт!
И спереди,
и, чаще,
сзади.
Да ладно б дерьмо,
этим
не удивишь:
Искусников
здесь
немало.
Но многоречив
до жути
малыш -
Не комменты,
а вёдры
с калом.
Уймись, Дядя Петя,
слезь с колёс,
хрен прыщавый.
Натявкался -
щас
отдохни.
Достань
из широких
штанин
поц свой вялый.
Достал?
Быстро взад
запихни. |
